Вихрь колдовства - Мишель Харрисон

– И мы никогда, никогда больше не поедем в это гиблое место! – заключила бабушка и так грохнула сумку на кухонный стол, что чашка рядом чуть не выпрыгнула из блюдечка. – Ох, Барни, чего мы только не пережили! Похищения, падения под лед, а теперь и сломанная рука. И так без конца!

Она бросила пальто на спинку стула и принялась набивать трубку. Барни Уиддершинс тем временем втаскивал через порог чемодан с вещами дочек.

Бетти обвела взглядом кухню коттеджа «Черный дрозд», впитывая знакомые запахи, прислушиваясь к звукам дома. Она и не представляла, что будет так рада вернуться в Пендлвик.

– Смотрите! – воскликнула Чарли, когда к ним устремился Эй, заинтересованно подергивая хвостом. – Он по нам скучал!

Она подхватила тощего черного кота на руки и тут же отпустила: кот издал гневный мяв.

– Скорее уж скучал по запаху крысы, – хмыкнула Бетти.

– То есть воображаемой крысы, – быстро добавила Флисс и покосилась на бабушку. – Как же здорово вернуться домой, целыми и невредимыми!

– Если меня спросить, тесновато тут у вас. – Кларисса придирчиво оглядывала кухню.

– Вот и хорошо, что никто не спрашивает, – пробормотал папа себе под нос. Он подмигнул Бетти и ласково обнял Флисс.

– А от полов этих кривых у меня уже голова кругом, – продолжила Кларисса и плюхнулась за стол. – Словно я целую неделю хлестала виски. Неудивительно, что Банни тут поселилась.

– Сколько, говоришь, ты собираешься у нас прогостить? – вежливо осведомился Барни.

– И в какой комнате она будет жить? – с нажимом спросила Чарли.

– Кларисса, – поправила ее Кларисса. – Не «она». Банни говорила, что я могу остаться, пока лодыжка не заживет.

– Поселишься в комнате Флисс. – Бабушка довольно пыхтела трубкой. – Со сломанной ногой по лестницам не побегаешь.

– Слушай… – Кларисса вдруг смущенно кашлянула. Глаза у нее забегали, как у двери «Знобкой хижины», когда они только приехали в Глухомань. – Банни, тут такое дело… Ты все-таки поспешила, когда ко мне помчалась. Я в письме написала, что думаю, будто сломала ногу. Она и вправду ужасно болела. Но, если честно, перед вашим приездом приходил врач, и оказалось, что это просто растяжение! Вот удача-то, правда?

Бабушка закашлялась и гневно воззрилась на Клариссу. Бетти готова была поклясться, что из ушей у бабушки валит дым.

– Удача? – спросила она наконец. – Я потащила бедных девочек невесть куда, носилась там с тобой, а у тебя даже лодыжка не сломана! Какого же… ты раньше не сказала?

– Ну, – Кларисса замялась, – я была так рада вас видеть, и… так приятно, когда о тебе заботятся…

– В общем, будешь спать наверху, – прогудела бабушка и сердито поджала губы.

– Наверху? – запротестовала Кларисса. – С моей лодыжкой?

– Надо же ее как-то разрабатывать, – бросила бабушка. – Поживешь в комнате Чарли. Чарли, а ты переселишься к Бетти.

– Ура! – вскричала Чарли и хитро улыбнулась Клариссе. – У меня в кровати здорово. Повсюду крысиный пух, так что будет тепло.

Кларисса растянула губы в притворной улыбке и пробормотала:

– Прелестно. Ну что, я пойду отнесу наверх свои вещи?

– Отличная мысль, – сказала бабушка. В глазах у нее заплясал лукавый огонек. – Только сначала поставь чайник и приготовь нам всем хорошего чайку. Может, оно и к лучшему, что ты здесь: Флисс как раз сломанную руку побережет.

Позже, когда они поужинали и приняли горячую ванну, а Чарли наконец закончила взахлеб пересказывать папе приключения в Глухомани (и даже слова Финна Шарки, убежденного, что мистер Снид с его шелудивыми усами надолго засядет за решетку), три сестры отправились к Бетти в комнату. Они разбирали чемодан и тихо разговаривали.

Флисс ерзала на кровати, стараясь устроиться поудобнее. По дороге домой она кривилась на каждом ухабе, но ни разу не пожаловалась.

– Не унывай, Флисс! – подбодрила Бетти. – Во всяком случае, сломанная рука лучше разбитого сердца.