Чехов - Гоблин MeXXanik

При упоминании о том, что мне удалось решить дело Фомы, секретарь улыбнулась:

— Это просто замечательно, Павел Филиппович.

— Завтра, Фома напишет заявление на оказание услуг, подпишет решение проблемы, и мы передадим его в министерство, — продолжил я. — Прошу прощения за то, что рабочий день выдался таким долгим. Я совсем забыл предупредить вас, чтобы вы шли домой после конца рабочего дня. Само собой, я оплачу сверхурочные. И закажу вам такси.

На щеках девушки проступил румянец. Она открыла было рот, чтобы ответить, но я ее перебил:

— Если начальство само предлагает бонусы лучше соглашаться. Иначе потом это можно войти в привычку у руководства. И босс часто будет просить вас задержаться после работы.

Достал из кармана телефон, набрал номер службы такси и вызвал извозчика к офису.

— Пока вас не было, я собрала все закрытые заявки и завтра отвезу их в министерство, — начала рассказывать девушка, когда я убрал телефон в карман. — А ещё вам пришел вызов на допрос. Завтра, в три часа дня.

Я поморщился. Держать тело до трёх часов в такую погоду было не самой хорошей идеей. Ладно, завтра в первой половине дня я проведу прием, и после обеда отпущу Арину Родионовну домой. И…

Беседу прервал писк сообщения, пришедшего на мой телефон. Я достал аппарат из кармана. На дисплее высвечивались оповещение о том, что такси прибыло. О чем я и сказал девушке. Секретарь встала с кресла, взяла со стола сумку:

— До завтра, Павел Филиппович.

— До завтра, — ответил я.

Проводил девушку до двери, вышел на крыльцо, помахал на прощание рукой, когда Арина Родионовна садилась в машину. Едва только авто скрылось в арке, спустился по ступеням и махнул рукой Фоме. И у стены ярко вспыхнули фары. А затем послышался звук заводимого двигателя. И из темноты выехала машина. Она остановилась у крыльца, и из открытого окна выглянул Фома:

— Девочек привезли, вашество, — важно произнес он. — Почитай, свежие.

Вышел из машины, прошёл к задней двери, открыл её, явив моему взору сидевшую на диванчике Оксану.

— А можно всех посмотреть? — с сомнением произнес я, глядя на девочку.

— Увы, вашество, больше нет, — развел руками слуга. — Брать будете?

И мы, не сговариваясь, рассмеялись. С горьковатым на вкус смехом ушло напряжение от пережитого за сегодняшний день.

— Выходи, девочка Оксана, — скомандовал я. И свидетельница послушно вышла из авто.

— Фома, поможешь мне доставить ее домой? — обратился я к слуге. Тот с опаской покосился на мертвячку, но все же подошёл к неподвижно стоящей девице. И мы направились к крыльцу.

— Она нужна нам завтра к обеду, — произнес я, и слуга довольно улыбнулся:

— Значиться, не зря я ледник обновил, вашество.

— Не зря, — согласился я.

Под четким нашим руководством, Оксана добралась до погреба, где я приказал ей лечь на заботливо расстеленное одеяло поверх льда. Что она послушно и исполнила. После чего Фома отправился на кухню, оставив меня в подвале одного.

— Никак невесту в дом привести решил? — послышался за спиной насмешливый голос призрака. — Ничего такая. Красивая.

Обернулся. Любовь Федоровна стояла у лестницы, и с интересом разглядывала гостью:

— Первую ночь здесь проведёте? — уточнила она. — Ох уж эта блаженная прохлада, неподвижность. Как думаешь, родня-то невесту примет?

— Успокойтесь, — устало ответил я. — Это свидетельница по одному делу.

Призрак кивнула:

— Понимаю. Если можешь оживить мертвеца, хоть и на время — грех ситуацией не воспользоваться. Ладно, так уж и быть. Я тебе помогу. Приведу ее в порядок.

— Спасибо, Любовь Федоровна, — ответил я.

Призрак подошла к Оксане, присела рядом с ней и о чем-то зашептала. Я же вышел из подвала и отправился в комнату.

Телефон в кармане пискнул, когда я уже вошел в приемную. Я вынул из кармана аппарат. На дисплее высвечивалось сообщение от Беловой:

"Не спишь? Можем поговорить"?

Я вздохнул и запер входную дверь. Открыл список контактов, нашел номер Алисы. Нажал на вызов.

Девушка взяла трубку почти сразу:

— Привет, Чехов. Как дела?

— В последнее время все интереснее, — ответил я, не вдаваясь в подробности о событиях сегодняшнего дня.

— Ой! А расскажешь?

В голосе девушки послышался интерес.

— Не сегодня. Ты-то чего не спишь? Ночное дежурство?Подруга вздохнула:

— Ага. Скука смертная. Если честно, я думала, что будет интереснее.

"Радоваться надо", — хотел было ответить я, вспоминая, как отец день и ночь пропадал на работе.

— У меня есть к тебе просьба, мастер Павел Филиппович, — продолжила Белова.

— Для тебя что угодно, — ответил я и добавил:

— Ну, почти.

Девушка замялась, подбирая слова:

— В общем, можешь помочь одному моему знакомому? Вернее, знакомому отца. В общем, он промышленник. Соболев.

— Что за Соболев? — не понял я. — Не знаю такого. Хотя фамилия вроде на слуху.

— Глава молодого клана промышленников. Они делают линейку умных развивающих конструкторов и прочих игрушек.

— А, тот самый Соболев, — протянул я.

Игорь Соболев был молодым промышленником из простолюдинов, который смог основать организацию и раскрутить ее. Со временем Соболев начал принимать бастардов, и даже вроде как должен был скоро получить знак клана.

Знак клана могли получать промышленники из бастардов или простолюдинов, и это ставило их на один уровень с семьёй. С одной оговоркой: клан мог быть либо торговым, либо промышленным. А люди, принятые в клан, не могли быть государевыми слугами. Максимум — наемными советниками при службе, или экспертами. И на моей памяти, а, возможно, и за всю историю, этот парень был единственным простолюдином, который вот-вот должен был основать клан.

— И зачем им адвокат? — не понял я. — Проблемы с фискальной службой?

— Разбирательство в Торговой Палате.

Я едва не выругался. Торговая палата занималась спорами между промышленниками, гильдиями и прочими торговыми объединениями.

— По поводу чего разбирательство? — уточнил я.

— Он не сказал. Но что-то очень важное.

— Раз уж ты просишь — передай ему, что завтра, часов в десять утра, у меня найдется время. Потом посетители, а после обеда мне нужно встретиться с клиентом в остроге. Не знаю, когда освобожусь.

— Первое уголовное дело? — живо заинтересовалась Алиса.

— Ага. И жандарм такой попался…, — начал было я