Достойный сын - Михаил Табич

— Ке-ле-вир! — несся голос со стороны Боденфена.

Все сразу же обернулись на этот голос — кто-то стоял на груде обломков. Однако разглядеть издалека, кто это был, ни у кого не получилось — на его месте сиял ослепительно яркий алый огонек.

— С тобой говорит новый Герой людских земель, — продолжил громогласный голос. — Я даю тебе выбор! Присягни мне на верность, как достойному Повелителю, чья Корона горит алым цветом. Или сразись со мной в бою, как с узурпатором, и сорви Священную Корону с моей головы собственными руками.

— Что этот людишка несет! Что он себе позволяет! Да как он смеет! — зароптали келевировы воеводы.

— Заткнитесь, — сквозь зубы сказал Келевир, внимательно слушая наглеца по ту сторону долины.

— Ежели ты не внемлешь моим словам и не покажешься передо мной, то я покину город и тебе придется бежать за мной на край света. Даю тебе на раздумье два часа. Выходи и встреться со мной лицом к лицу, если, конечно, не боишься меня, те-ле-но-чек! — алый огонек потух, и на груде обломков уже больше никто не стоял.

«Выпытали у нее про меня, значит, — подумал Келевир. — Немудрено, „контракт“ ведь между ней и Повелителем, меня он не защищает».

— Вы это слышали? Он говорил на нашем языке? — кричал удивленный Морок. — Как такое может быть?

— Они брали наших воинов в плен, могли выпытать у них, — предположил Басрук. — А может быть, у них есть толмачи.

— Это сейчас уже не важно. Басрук, готовь мои войска, мы идем штурмовать город, — приказал Келевир.

Басрук прошел несколько шагов, после чего застыл на месте, дрожа всем телом, он обернулся в сторону Келевира.

— Позвольте… возразить… — выдавил из себя Басрук.

«Какой же он все-таки упрямец», — подумал Келевир, не спуская глаз со своего советника.

— Басрук, вольно, — сказал Келевир. — Я тебя слушаю.

— Я — против штурма города. Это очевидная ловушка! Узурпатор что-то задумал! — выпалил Басрук.

— И что, по-твоему, меня ждет в этой ловушке? — спросил Келевир, подойдя поближе к своему советнику. — Засада из пяти тысяч бойцов? Человечишка, который носит Корону немного лучше остальных?

— Если он готов принимать бой, значит он уверен в своих силах! — ответил Басрук.

— Нет, он переоценивает свои силы, — фыркнул Келевир. — Пока что у него лишь получилось победить выскочку-полукровку и сделать пару удачных вылазок. Тебе напомнить, как он улепетывал, встретившись с нами на переправе?

— На его голове сидит Корона, вы сами знаете, на что она способна! — возразил Басрук. — Что, если наши войска попадут под его влияние?

— Я не потерплю богохульств из твоих уст, мальчишка! — прорычал Келевир, схватив Басрука за плечи. — Только истинный Повелитель способен на такое.

— Мой генерал, вы не обязаны это делать… — проскулил в ответ Басрук.

— Он бросил мне вызов, на моем языке, перед моей армией, и даже не поскупился добавить оскорбление, — сказал Келевир, отпустив своего советника. — Он хочет боя со мной, и он его получит, заплатив своей жизнью.

— Его судьба уже предрешена, впереди его ждет только смерть. И обстрела со стороны наших колдунов вполне достаточно, — сказал Басрук, потирая свое плечо.

— А если он убежит? — спросил Келевир. — В прошлый раз наши лучшие наездники не смогли его догнать. Я не собираюсь гоняться за ним неделями и месяцами.

— Он не убежит! Мы задействуем всех колдунов! И сожжем все до тла! — ответил Басрук.

— И что ты будешь делать, если Корона будет уничтожена под обстрелом? Как ты мне предлагаешь отчитываться перед Повелителем? — спросил Келевир.

Басрук поманил Келевира к себе. Келевир подошел почти вплотную и нагнул свою голову.

— У нашего Повелителя уже есть Корона, — Басрук начал шептать на ухо своему генералу. — Мне кажется, что для него главное, чтобы такой Короны не было у людей. Потерь в бою не избежать, думаю, он поймет. Ваша жизнь дороже запасной Короны.

Келевир положил одну руку Басруку на шею, другую — на затылок.

— Только у тебя хватает наглости мешать лесть и богохульство в одном котле, — Келевир начал шептать Басруку на ухо. — Что бы я тебе ни сказал, у тебя на все есть ответ. Именно поэтому ты — мой советник. Я не буду кривить душой и скажу тебе все, как есть. Я устал от сражений, которые заканчиваются, не успев начаться, потому что колдуны уже всех перестреляли. Я жажду кровопролития и я его получу. Я не буду заставлять тебя делать то, во что ты так сильно не веришь. Позволяю тебе пересидеть этот бой.

Басрук вырвался из рук Келевира и отпрыгнул в сторону.

— Я отказываюсь! — дрожащим голосом крикнул Басрук. — Я не могу отсиживаться, когда мое чутье кричит «смерть» и «погибель»! Пока я жив, я не допущу этот безрассудный штурм!

«Упрямец до конца, — подумал Келевир, — и почему только „контракт“ его не остановил…»

Келевир подошел к своему советнику, обеими руками схватил того за шею и поднял над землей, Басрук ни капли не сопротивлялся.

— Я понял твое решение, — сказал Келевир, смотря Басруку прямо в глаза. — И я его уважаю.

Послышался громкий щелчок. Голова Басрука безжизненно повисла на руках у Келевира. Генерал выпустил тело советника из своих рук, и оно глухо шлепнулось о землю.

— Пусть это будет вам всем уроком, — обратился Келевир к своим воеводам. — Вы можете со мной не соглашаться, но неповиновения я не потерплю.

Воеводы ничего не смели ответить, они лишь в страхе поглядывали на лежащий за Келевиром труп Басрука.

— Мы — ни в коем случае! Вам не стоит сомневаться в нашей верности! — первым подал голос Морок, которого тут же поддержали остальные воеводы.

— Ярдын, тебе готовить войска, — обратился Келевир к одному из своих воевод.

— Будет сделано! — выпалил Ярдын, который сразу же помчался выполнять поручение генерала.

— Положите тело в гроб, — приказал Келевир. — Я повезу его домой, если смогу.

Келевир направился в свой шатер — ему самому нужно было подготовиться к бою. В шатре на деревянной стойке красовались его вороненые латы. Эти латы были его гордостью, ведь Повелитель лично участвовал в их ковке и воронении. И это были знатные латы — какой бы удар по ним не пришелся, они все равно блестели как новые. Пластины этих лат были толсты и тяжелы — некоторые части доспеха помощникам приходилось держать вдвоем, пока третий их закреплял. Любой другой воин не смог бы их носить — он бы просто свалился под их тяжестью. Но не Келевир — он был благословлен Повелителем, поэтому