Второй шанс. Снайпер - Виктор Мишин

— Документы, ефрейтор! — прогнусавил немец и протянул руку Сане Зимину. Я чуть не выхватил пистолет, благо, он лежал рядом в телеге.

— Там прибыло три сотни человек, из них больше половины — в таком вот виде. Нас послали догонять колонну и не успели выписать бумаги, — Зимин говорил таким спокойным голосом, что я даже заслушался. Вообще-то, надо бы меньше говорить, а то заподозрят чего-нибудь — немцы далеко не лохи. С документами была самая главная проблема — у немцев-то порядок во всем. И отправка в тыл раненых и мертвецов без документов была невозможна. У нас тоже они есть, только те солдаты, на которых выписаны бумаги, числятся в них ранеными, а таких тут нет. Да и бывшие санитары уж никак не должны быть мертвыми на этих телегах.

— Подождите здесь, я свяжусь с вашим старшим.

Попали! В голове стрельнула мысль — завалить всех присутствующих. Всего рядом находилось не более шести человек, хотя близко стояли только водила и этот фельдфебель.

— Я поехал, Отто. При погрузке на поезд все равно их будут проверять, чего мне здесь оставаться — и так еще остальных догонять, — прозвучавший голос водителя, оторвал меня от просчета вариантов развития событий. Я тихонько толкнул локтем Зимина, показав ему чуть заметным кивком на домик рядом с мостом. Саня так же незаметно кивнул в ответ.

— Разрешите, я с вами, — бодро спросил он у фельдфебеля. — Чего просто так стоять, может, разрешат здесь остаться на ночь.

— Идем, — нехотя махнув рукой, недоверчивый Отто направился к маленькой хибаре, в которой, видимо, был узел связи.

Водила, пожав плечами, уселся в кабину и завел двигатель, а я, подозвав ближе Круглова и Деда, решил воспользоваться моментом.

— Толя, пройдись аккуратно, немецкий у тебя тоже вполне качественный, осмотрись, фрицев посчитай. Дед, стой здесь, смотри по сторонам, я Зимина подстрахую.

Толя вразвалочку двинул вдоль домов. Дед занялся сбруей, делая вид, что это сейчас — самое важное занятие.

Из домика, куда уходил фельдфебель, Саня вышел спокойным и ровным шагом спустя всего минуту. Перехватив его взгляд, понял — сматываться надо. Погрузились на телеги и отправились в обратную сторону. По пути к нам подсели остальные бойцы. Телеги удалось спрятать в саду у одного из домов. В принципе спрятать — громко сказано, просто загнали их во двор.

Утро началось с бомбежки. Если честно — чуть не обделался. Наши штурмовики «дербанили» переправу. Разброс в сотню метров не промах, поэтому прилетало и по хутору. Для нас это было в принципе не плохо. Немчура не станет искать «регулировщика», и можно будет попробовать спрятаться.

День мы провалялись, прячась по щелям. Суета на хуторе стояла нездоровая, но по чердакам и пустым домам никто не лазал. Некоторые хаты были серьезно повреждены, в одной такой мы и укрылись с казахом. Остальные прятались в сенниках. Когда к нам заявился Саня Зимин, чуть не пристрелил его. Напугал засранец.

Местных жителей на хуторе не было видно, редкие хаты занимали солдаты и офицеры вермахта. Может, жителям не разрешали выходить, а может — и вовсе всех истребили. Возле некоторых хат сидели солдаты. В основном по одному — часовые, наверное.

— Ну, штаны-то зашили? — оскалился Саня.

— А сам-то вытряхнул? — вопросом встретил его Мурат.

— Есть чего? — прервал я их юмор, обращаясь к Зимину.

— Хреново дело, командир, — Саня посерьезнел и махнул рукой, показывая отчаяние, — фельдмаршал еще вчера с самого утра на тот берег убыл, когда вернется — неизвестно.

— Это тебе «регулировщик» рассказал? — Я опять теребил в руках патрон, на этот раз от немецкого карабина. Чего-то нервный я становлюсь, постоянно стал патроны в руках катать.

— Ага, чего делать будем?

— Надо было ехать на тот берег сразу, тем более — фельдфебель приказывал, — задумчиво проговорил я.

— Ага, и в нашу форму сразу переодеться, чтобы немцам работы меньше было, — ответил Зимин.

— А где штаб, выяснил? — вклинился Мурат.

— Третья хата, если от реки считать, слева от нас. Вон за тем домом, где стог сена стоит, — протянул руку Саня, указывая направление. Примерно двести метров. Надо позицию искать — расстояние детское, но подойду к выбору места со всей пролетарской совестью.

— Тогда так: Мурат, как начнет темнеть, дуй вперед, постарайся тихо. Нужна позиция с видом на штаб. Рано или поздно, но цель вернется. Если нет — я дурак. Саня, бери Вано и Деда, ищите себе место для прикрытия, пришли ко мне Толяна. По коням, мужики, — скомандовал я.

— Как я тебе сообщу, если замечу чего? — осторожно поинтересовался казах.

— Найдешь «лежку», вернешься за мной. Вместе наблюдать будем, — заключил я.

Все осторожно рассыпались.

Темнело стремительно. Я уже успел обдумать все, десятки раз.

— Толян, пошли со мной, — кивнул я Круглову, как только тот появился в моем укрытии. Хотелось самому поискать место, откуда можно было бы «работать».

Осторожно пробираясь в темноте, мы выбирались с хутора. Пользуясь то свежими воронками, то укрываясь за уцелевшими после налета авиации плетнями.

— Все, командир, дальше некуда идти, — сплюнул Толян.

— Толя, я — назад. Вон там, — я указал рукой вперед, — овражек есть, осмотри его. Оттуда обзор мужикам будет нормальный, прикроют нас. Оглядись и ставь «сюрпризы» — только так, чтобы сами потом прошли.

— Понял, — Толян подхватил свой тяжелый мешок с «подарками» и двинул к оврагу.

— А мы пойдем немного не туда, — тихо произнес я вслух, обращаясь сам к себе.

Пропустив мимо себя гуляющих полупьяных фрицев — вот тебе и орднунг, — я за одним из сараев со всей дури наткнулся на офицера.

— Что это такое, рядовой, глаза забыл дома, фамилия?

Мне показалось, что долбаный фашист сейчас всю округу на уши поставит. Подумаешь, чуть с ног его не сбил, не хрен шастать по ночам.

Удар вышел что надо. Вскинув руку в нацистском приветствии, я ребром ладони нанес офицеру удар по шее. Упасть он не успел — подхватив падающего бессознательного офицерика под руки, я живенько утащил его за угол сараюшки. Черт, что с ним делать? Свяжу для начала и за Муратом схожу. Так и сделал.

Офицер оказался связистом. Под крышей сенника, в котором Мурат сделал лежку, мы привели немца в чувство и начали тыкать штыком в мягкие части тела.

— Мурат, найди Саню, передай — пусть занимают позицию в овраге. Толян там «сюрпризы» ставит, пусть осторожнее идут.

— Этого чего, валить? — казах поморщился.

— А на хрена он нам нужен-то? Вроде все выяснили, остается ждать, — я развел руками, — только вот, куда его девать — я работать отсюда хотел, позиция хорошая, на черта тут лишняя вонь.

— Понял, сейчас в сарай унесу, брошу и сена сверху накидаю. Раньше полудня вряд ли найдут, и то, если с самого утра хватятся. Ты сказал — отсюда будешь стрелять, а я? — уставился на меня Мурат, до которого дошли мои слова.