Псы - Виктор Мишин

Вчера, двадцать восьмого августа, случилось радостное событие. С костромских берегов Волги пришло судно с людьми. Небольшая группа выживших целенаправленно вела поиски. На их пути возникли шлюзы и, каково же было их удивление, когда им просемафорили, что пропустят. Люди были в шоке, они ожидали, что здесь их путешествие и закончится, а вышло вон как. С нами связалась наша вахтовая команда и обо все сообщила. Вылетели на «Мишке». Через полчаса неспешного полета уже обнимались с серьёзными такими мужиками. Люди оказались вполне адекватными, о нас знали, но не предполагали, что мы шлюзы держим, а главное, что они работают. Они искали хоть кого-то, доходили до Ярославля, но там их обстреляли бывшие менты, погибло несколько человек. Они к пирсу подошли, не думали, что так может обернуться. Вроде и так людей почти нет, а эти решили их попросту перестрелять. Мужики ответили с КПВ, установленного на треноге на носу корабля, и свалили, пока менты в штаны накидали. О нас они знали потому, как видели нашу «Тушку». Когда собак мочили, бомбер делал разворот в районе Ярославля, до Костромы там недалеко, вот и увидели. Пошли во второй раз, возле одной из деревень увидели людей и на шлюпках подошли к берегу. Людьми оказались найденные нами после уничтожения ментовского анклава выжившие одной из деревень на Волге, вот те и рассказали, что ментов больше нет, а мы те, кто их расхреначил. Рассказали, что мы нормальные люди, и похвастались, что сами они в нашем анклаве. Во блин, а ведь сами постоянно твердят, что сами по себе и не под кого идти не хотят. Да ясно все, побоялись, что пришлые на корабле их пограбить захотят, вот и прикинулись шлангами. Засранцы. Костромские решили идти дальше вверх по реке, в надежде найти тех, кто тут такой крутой теперь, что бомбовозы гоняет по округе.

С мужиками поладили. У тех были проблемы с лекарствами, складов в городе не было, а за три года запасы аптек они уже вычистили. Анклав у них большой, но до нашего пока не дотягивает. Большое количество людей у них обусловлено рождаемостью. У них уже на второй год БП родились две сотни малышей, а в этом году еще столько же. Сколько всего, точно не говорят, но объявили, что бойцов смогут выставить полтысячи. Блин, если не врут, то почти как у нас. С лекарствами я обещал помочь. Мы сами только вернулись из рейда в Кимры, где были большие медицинские склады. Огромная территория с ангарами всякой нужной всячины ждала людей три года. Да, лекарства портятся, но у нас и фармацевты есть, аж двое, а препаратов для изготовления лекарств на складах хватало. Также там мы и оборудования надыбали не на один КамАЗ. Скоро вывозить будем, батя с Деней машины готовят, Смирнов группу зачистки, тварей там прилично. Вот почему-то людей нет. Вообще, во всем Подмосковье, по крайней мере с севера, мы не нашли ни одного выжившего. Николаевич хочет за Тверь слетать, дальше ни его, ни мои еще не заходили, но у Москвы искать некого. Видимо, сказалось то, что это была столица, и химии на нее не пожалели. Потравили под ноль. Так и объявил костромским.

– Поможем, чего уж тут, а так, надо к городу невест шлепать.

– А чего там? – спросил старший из моряков-речников.

– Где-то недалеко от Иваново тоже есть склады с медициной, у меня есть люди, что работали на снабжении в районной больнице, к ним всегда оттуда лекарства шли. Узнаю точнее, сразу поедем.

– Мы бы хотели участвовать.

– Поучаствуете, обещаю. Тем более там вроде как люди остались, если мне «говоруны» не наврали перед смертью.

– Во как! Ладно, командир, сработаемся. Глядишь, и мы чем поможем.

– Поможете, нам топливо авиационное нужно. В любых количествах!

– Так у нас военный аэродром рядом. Там не выжил никто, но самолеты стояли.

– Зашибись. Я летунам сообщу, мы им второго нашего «Мишку» подогнали, вот и пусть к вам слетают, глядишь, и найдут чего.

– Договорились. Слушай, старшой, а выше как? – капитан указал в сторону шлюзов.

– Черепок пустой, выживших нет, мародерка под нами, танкистами и летунами с Кипелово. Углич тоже пустой, в округе людей находили и вывезли к себе, там чуть ли не по два-три человека в деревнях выживало. Нашли мало кого, но со шлюзами проблема. Мои, – я указал на ребят со шлюзов, – ездили, говорят, что там все на электронике, надо запитывать чуть ли не весь каскад. Пока не было необходимости, поэтому глубоко не занимались. А еще выше ездили, почти до столицы добрались, но, как и сказал ранее, нет там никого.

– Жалко, там ведь всяких поселков на воде было как грязи.

– Жалко, – повторил я, – а что делать. Вот теперь и вам работа будет.

– Какая? – заинтересованно спросил Кэп.

– Так вниз-то вы не ходили, сам же говорил. А там Нижний, производства, воинские части, да и выживших я бы поискал. Хотя, если верить нашим наблюдениям, вокруг больших городов почти никого не осталось. Менты эти бывшие с зоны были, а она в стороне от Ярика находилась. В деревнях, что возле самого города, тоже глухо. Про Череповец я уже говорил, Тверь такая же пустая.

– Да, мы ведь еще и не ходили никуда толком. Мы ведь судно освоили только в этом году. Раньше как-то справлялись и без него, да вот что-то рыбы мало стало, вот и засуетились.

– Это немного и наша вина.

– Даже так? – удивленно спросил капитан.

– Но только немного. Мы вылавливаем в больших количествах, людей у нас много. Но мы с северо-западной стороны водохранилища, здесь в округе не ловим, вот и сказал, что немного, но и мы виноваты.

Разговор с новыми людьми затянулся до вечера. Пригласили посмотреть корабль, мы не отказались. Батя давно у меня хочет суденышко приобрести, чтобы побольше было, чем простые яхты, что у нас имеются, хотя есть и большие. Но вот конкретно корабля у нас нет, а все потому, что боимся засадить его где-нибудь на мель. Водохранилище у нас совсем не озеро Байкал, глубины небольшие. А так как создано оно на месте бывших городов и деревень, встречаются порой и вовсе места, где можно даже на яхте на мель сесть, не то что на корабле. Хотя вон папа предлагал «Окского» себе прибрать из порта Череповца, у того и осадка маленькая, и сами размеры небольшие, но вот с грузоподъемностью все в порядке. А было бы очень хорошо, если бы нам удалось с угличскими шлюзами разобраться. Мы бы к Кимрам на склады прямо на кораблике дочапали, за раз бы все увезли.

В сентябре наш общий, на все три области, главный энергетик объявил, что ему скоро понадобятся люди, много людей и техника.

– Чего удумали-с, товарищ главный по свету?

– Так будем предков вспоминать, надо кабель тянуть от ГЭС до распределительной подстанции, узнаем теперь, что такое делать быстро, когда припрет. С подстанцией тоже не все в порядке. Вашу деревню снабжали и обслуживали раньше из Весьегонска, нужна будет новая линия.

Вот блин. При самом худшем сценарии нам потребуется больше ста километров. А людей сколько нужно выделить? Хотя я, конечно, прибедняюсь, есть у нас ресурсы, есть. Дал добро и попросил составить мне в виде плана, перечень того, что необходимо.