Тень - Евгения Полянина

Катя кивнула. Она понимала. Но вместе с тем чувствовала, что нужна там. – Я знаю, что должна вернуться. Знаю, – повторила она. Боль в животе все нарастала. Катя чувствовала, как черная сила стягивает ее раны. Солнце уже встало, так что ее действие ослабло, и рана невыносимо болела. Хотелось забиться в темную комнату, сжаться комком и плакать, пока все не закончится.

Но она нужна была там. Ее ждали.

– Она бредит, – подал голос Вятский. Голос прозвучал резче, чем обычно. – Если ты думаешь, что кто-нибудь добровольно отправит тебя балансировать между жизнью и смертью…

– Я знаю, что делать! – вдруг воскликнула Ева. Катя повернула голову и сосредоточила взгляд на ее лице с раскосыми глазами. – Я отлично разбираюсь в дозировках лекарств и в передозировках тоже.

Ева улыбнулась щербатой улыбкой с таким энтузиазмом, словно говорила об американских горках. В этот момент Катя отчетливо поняла, что имеет дело с сумасшедшей.

Но сейчас это было кстати.

– Даже не думай, – возразил Вятский.

Гоша отошел от кровати, и теперь Катя видела не только его ноги.

– Как ни странно, я с ним согласен, тебе без разницы, а мне объясняться с твоей мамой. Я ее боюсь! – заключил Гоша.

Ева фыркнула. Гоша смерил ее недовольным взглядом.

– Тебя вообще никто не спрашивает, – сказал он по-детски, – ты здесь новенькая.

– И что? – Ева соскочила с подоконника и нависла над Катей. – Послушай, детка, если ты действительно готова, я могу это провернуть.

– У охотника организм работает иначе, – возразила Мариам, – даже если ты разбираешься в таблетках, ты не сможешь рассчитать дозу.

– Мои родители были учеными. Я знаю, как проводятся такие эксперименты: увеличим дозу в два раза и будем надеяться, что сработает.

Катя с трудом села, опираясь на спинку кровати. Голова кружилась, она чувствовала себя бесконечно слабой. А в комнате все продолжали и продолжали спорить.

Как будто они решали.

– Да все будет о’кей! – уверяла Ева. – Должно быть весело.

– Ты просто ненормальная! – отозвался Гоша.

– Эй, просто напомню: это твоя подруга предложила.

Но это была ее ответственность. Ее долг. Она обещала. Катя сосредоточила взгляд на Еве.

– Сделаем это, – попросила она, игнорируя взгляды друзей. – В конце концов, что плохого может случиться?

* * *

– Быстрее! Быстрее! – кричал Артур. Голос срывался. Ноги подгибались и дрожали, руки были стерты до крови, было больно хвататься за камни и корни. Ветки цепляли одежду. Лента порвалась, и волосы липли к лицу и застилали глаза.

Артур был самым старшим, поэтому замыкал. Перед ним на гору карабкалась Элли, ее юбка качалась из стороны в сторону. Носач шел первым. Он вел их отряд к базе, но без навыков Таксы они двигались медленно. А ведьма шла по их следу.

Артур оглянулся.

Лес заливало черное море. Черные волны сталкивались друг с другом и застывали, укрытые грязно-белой пеной. И по этим застывшим волнам неровными рядами, скуля и воя, бежали грызуны.

В одном Оракул оказалась права. Прежнего мира не будет. Ведьму обманули. Много лет, может, даже больше, она играла в игру, правила которой придумала сама. Много лет она побеждала, и вдруг оказалась побеждена. После такого разочарования любой избалованный ребенок делает только одно: ломает всю игру к черту.

* * *

Катя открыла глаза. Над ней сплетались голубоватые ветви, перед глазами летали светлячки, рассеивая зеленый свет, который отражался в белых нераспустившихся цветах. Опершись рукой о мокрую траву, она поднялась на ноги.

Как она могла забыть про это место? Сейчас оно казалось реальнее, чем все остальное. Катя втянула воздух. Пахло чем-то похожим на газ.

Она огляделась и почувствовала, как радость от удачной затеи отравляет страх. С севера, сминая деревья, двигалось черное месиво. Разбираться, что это, не было времени.

Поэтому Катя повернулась и побежала.

Она не знала, сколько прошло времени. В какой-то миг удары веток, колючки, лианы, трава и камни – все смешалось в сплошную массу, по которой она неслась, загребая руками, задыхаясь, спотыкаясь и стараясь унять резкую боль в животе, которая накатывала волнами.

Бежать. Дышать. Найти остальных.

Черная волна осталась позади. Но Катя все еще чувствовала едкий запах. Она заметила пригорок, рванула к нему и стала подниматься вверх. Оглянулась и сглотнула.

Белая туфелька Элли лежала на покрытом мхом камне. Она была перевернута, на каблук налипла грязь, а на белом носке алела кровь.

– Артур, Артур, – прости меня, – шептала Элли, давясь от слез. Она так сжимала его шею, что ему хотелось завыть от боли. Но он понимал, что если скажет об этом, Элли расстроится окончательно и решит идти сама. Если она пойдет сама – не выживет.

Он закрыл глаза, которые щипало от пота. Если так пойдет и дальше, он тоже погибнет. Как и все.

Вместе с Оракулом все стояли у входа в пещеру, держа корзинки со своим скарбом. Ее длинные волосы были подвязаны, что означало: Оракул собирается уходить.

Завидев Артура и остальных, она обрадовалась.

– Хвала Диане! Вы живы. Что случилось? – Она приняла на руки заливающуюся слезами Элли, и та сразу успокоилась.

– Избранная исчезла! – выпалил Носач, он отбросил палку и принялся сдирать с футболки колючки. – Напала на ведьму и исчезла.

– Этого не может быть, – сказала Оракул, – я знаю, я видела, что она убьет ведьму. Я ждала ее. Я ждала семь лет…

Она всхлипнула. Все посмотрели на нее с удивлением. Оракул никогда не плакала. Но она всхлипнула еще раз. И еще. А потом залилась такими слезами, что им могла бы позавидовать даже Элли.

– Столько детей погибло!.. – проговорила она, утирая слезы. – Все должно было быть по-другому. Все должно было…

– Нужно уходить! – перебил Артур. – Нас преследуют полчища грызунов. И ведьма.

– Куда? – спросила Оракул. – Я не знаю, что делать. Я больше ничего не вижу. Этот мир должен был исчезнуть сегодня. Избранная должна была…

– Она здесь! – сказала вдруг Элли, указав на чащу, откуда со всех ног неслась Катя.

* * *

Она так резко затормозила, что едва не упала. С трудом удержавшись на ногах, она с облегчением выдохнула, заметив живую и невредимую Элли. У Элли было поцарапано плечо и не хватало одной туфельки. Но она была жива.

Крыса молнией подскочил к Кате и схватил ее за свитер.

– Ты!.. – процедил он сквозь зубы. – Все из-за тебя!

Катя оттолкнула его и огляделась. Черный туман поднимался в нескольких километрах от них. У них еще было время. Но совсем немного.