Цифровой Олимп - Виктор Гросов

— Теневые волки! — прошептала Аранэя, её лицо приобрело серьёзное выражение. — Опасные хищники. Обладают врождённой теневой магией.

— Отлично, — буркнул Гром, вскидывая топор. — Значит, будет жарко.

В групповом чате выскочило уведомление:

[Системное сообщение]: Внимание! Вы столкнулись с Теневыми волками!

[Системное сообщение]: Уровень противника: 82–85.

— Восемьдесят второй⁈ — выдохнула Лилит. — Да они же нас с одного удара…

— Не паниковать! — рявкнул я, чувствуя, как азарт битвы вытесняет страх. — Гром, Аранэя, атакуем в лоб! Сойка, держи их на расстоянии! Лилит, хватит снимать, будь осторожна!

— Раскомандовался тут, — пробубнила эльфийка, но выполнила указание.

Теневые волки двигались бесшумно, словно тени, окружая нас плотным кольцом. Их красные глаза горели жаждой крови, а из пастей вырывалось низкое, угрожающее рычание.

— Гром! — крикнул я, концентрируя энергию для заклинания. — Отвлеки их!

Гром, не раздумывая, бросился навстречу ближайшему волку. Его топор сверкнул в воздухе, но удар прошел мимо — зверь увернулся в последний момент, словно предвидев движение Грома.

— «Ментальный кнут»! — я направил поток ментальной энергии на другого волка, атаковавшего Грома с фланга.

Невидимая сила обрушилась на хищника, отбрасывая его в сторону. Волк заскулил от боли, но тут же вскочил на лапы, его глаза наполнились яростью.

— Осторожнее, маг! — крикнула Аранэя, отражая атаку двух волков сразу. — Их не так-то просто взять!

Я и сам это понял. Теневые волки были быстрыми, ловкими и обладали какой-то врождённой устойчивостью к магии разума. Мои заклинания, обычно действовавшие безотказно, на них производили лишь кратковременный эффект.

— Сойка! — заорал Гром, уворачиваясь от когтей волка, который был почти вдвое больше него. — Поддержи!

— Уже! — отозвалась Сойка, её стрелы, одна за другой, устремились к целям.

Эльфийка отправляла заклинания воздушной школы, но они были бесполезны. Поэтому она применяла умения эльфийской расы — внезапные физические атаки кинжалами на умопомрачительной скорости.

Но даже её меткие выпады не могли остановить хищников. Теневые волки продолжали атаковать, их движения были скоординированы и точны.

— Их слишком много! — Лилит отступила назад, её лицо побледнело.

Мы оказались в кольце врагов, и ситуация с каждой минутой становилась всё более отчаянной. В этот момент я заметил, что волки иногда на мгновение замирают, словно спотыкаются о что-то невидимое.

— Лилит, ты заметила? — крикнул я. — Кажется, волки… спотыкаются?

— Ты прав! — девушка, прищурившись, наблюдала за полем боя. — Словно наткнулись на какую-то преграду. Но я ничего не вижу!

Внезапно меня осенило. А почему бы и нет?

— «Эмпатическая связь»! — прошептал я, направляя волну ментальной энергии на ближайшего волка.

На мгновение мир вокруг меня исчез. Я ощутил себя волком — ощутил его хищную грацию, его жажду крови, его… СТРАХ.

Да, волк боялся. Боялся чего-то невидимого, скрывающегося в тумане. Я почувствовал, как волк обходит стороной какой-то участок земли, словно там находилась невидимая стена.

«Лилит! — мысленно крикнул я, не прерывая связь с волком. — У них здесь какой-то ментальный барьер! Нужно его обойти!»

Я направил волчьи инстинкты, уводя хищника в сторону, туда, где барьер казался слабее. Остальные волки, следуя за своим вожаком, тоже начали обходить невидимую преграду. Какое-то аномальное пятно.

— Быстро, за мной! — крикнул я, прерывая связь и устремляясь в ту сторону, откуда убегали волки.

Мы проскочили опасную зону, чудом не задев невидимую ловушку. Но я знал, что это ещё не конец. Чёрная Бездна была полна сюрпризов, и не все они были приятными…

Теневые волки, будто наткнувшись на невидимую стену, заметались, теряя строй.

— Вперед! — крикнул я, указывая на проход между хищниками. — Пока они дезориентированы!

Группа рванула вслед за мной. Гром, прикрывая наш тыл, с размахом крушил черепа замешкавшимся волкам, а Сойка осыпала их градом стрел. Аранэя, двигаясь с грацией хищницы, пронзала врагов своими клинками, не давая им приблизиться.

Мы прорвались сквозь ослабленное кольцо, но я знал, что это ещё не победа. Теневые волки, придя в себя, бросились за нами в погоню.

— Нужно скрыться! — крикнула Лилит, оглядываясь на преследователей. — Они нас догонят!

— Вон там! — Аранэя указала на тёмный провал в скале, напоминающий вход в пещеру. — Может быть, там мы сможем от них оторваться!

Не теряя времени на споры, мы бросились к пещере. Внутри было темно и сыро, от стен веяло холодом. Мы продвинулись вглубь, надеясь, что волки не рискнут преследовать нас в этой темноте.

— Кажется, оторвались, — прошептал Гром, осматриваясь по сторонам. — Хотя…

Он не успел договорить. Из глубины пещеры донеслось низкое рычание, от которого у нас по спинам пробежал холодный пот.

— Неужели здесь кто-то живет? — прошептала Лилит.

— Хуже, — прошептала Аранэя, её рука легла на рукоять клинка. — Гораздо хуже…

Из темноты показались два красных огонька, затем ещё два, и ещё…

На нас смотрели десятки глаз, мерцающих в темноте, словно звезды на ночном небе. Но это были не звезды. Это были глаза хищников.

И они были голодными.

Из темноты, словно кошмарные порождения тьмы, выползали все новые пауки. Их мохнатые лапы царапали камень, а бесчисленные глаза горели хищным огнём.

Нет! Только не они! Ну почему не гигантские огры или хотя бы дракон? Меня накрыла волна первобытного ужаса. Пауки. Отвратительные, восьминогие создания, которые всегда вызывают у меня отвращение.

— Лирой, ты чего? — Гром с тревогой смотрел на меня. — Лицо белее снега.

— Пауки… — прохрипел я, с трудом разжимая сведенные судорогой челюсти. — Их слишком много…

— Так бей их! — Гром, не понимая моей паники, уже вовсю размахивал топором, отбиваясь от напирающих чудовищ.

«Соберись, тряпка!» — заорал я на себя, пытаясь взять себя в руки. — Это всего лишь игра! Пиксели! Полигоны!

Но от этих мыслей легче не становилось. Гигантские пауки, щелкая жвалами, приближались. Их глаза, словно раскаленные угли, впивались в меня, наполняя душу ледяным ужасом.

— «Ментальный… щит…» — прохрипел я, с трудом концентрируя энергию.

Вокруг группы вспыхнул мерцающий барьер, но я понимал, что он не продержится