Антираспад - Антон Орлов

Олег уселся в кресло пилота и вскоре крикнул из кабины, что эта система ему понятна, можно стартовать. Норберт задраил входной люк, хозяин мастерской и внук отошли под навес крыльца. Машина оторвалась от земли.

— Куда держать курс, господин Гестен? — спросил Олег.

Зеруат ответил не сразу, он разглядывал план-схему Черраха.

— Давайте на юго-запад, там отель с ангаром на окраине. У нас есть в этом городе еще одно дело.

Из-за вибрации все валилось из рук, однако он отыскал в багаже древний приборчик для подделки документов, поставил на договор о купле-продаже нужную печать и расписался за нотариуса. Телохранители наблюдали за его манипуляциями с любопытством, но без вопросов.

Отель был из недорогих, для фермеров, прилетавших в Черрах торговать; по желанию можно было снять номер либо ограничиться арендой места в ангаре и жить в магнитоплане. Зеруат остановился на втором варианте. Велев Олегу и Аманде никуда не отлучаться, он позвал Норберта во двор для разговора. Когда обогнули штабель ящиков с крупными пахучими плодами, темно-красными в черную крапинку, Ответственный по Безопасности огляделся: рядом никого. Люди толпились около длинного одноэтажного здания — склада для овощей и на террасе отеля, где продавалось пиво. Солнце садилось, на ярко-розовом небе кляксами темнели облака. Тяжелый приторный аромат плодов раздражал Зеруата, он заметил, что телохранитель тоже слегка морщится.

— В чем дело, господин Гестен?

— Видите ли… — Зеруат покосился на ящики. — Гм, как вам сказать… Надо обеспечить свою безопасность, чтобы никто не мог отследить, что мы купили здесь магнитоплан, и сообщить наши приметы. Вы, агрессивная натура, лучше меня понимаете такие вещи. Сделайте это ночью. И учтите… — По его телу прошла слабая дрожь. — Я человек иной культуры, поэтому подробности меня не интересуют. Не вздумайте завтра мне их пересказывать! С меня хватит и того, что я видел в Жаймонате. Вы обязательно получите свои деньги, очень много денег. Идите.

— Ни черта не понял! — На лице Норберта появилось туповатое выражение человека, который силится нечто осмыслить, но никак не может. — Куда вы меня посылаете, господин Гестен?

— В ту мастерскую, где мы купили магнитоплан.

— Зачем?

Зеруат ответил ему долгим печальным взглядом.

— Извините, но я по-прежнему не понимаю. Вы можете просто сказать вслух то, что хотите сказать?

От такой бестактности Ответственного по Безопасности передернуло.

— Вы должны туда проникнуть, — вновь начал он, в душе проклиная этого парня за недогадливость, — так, чтобы вас не заметили. И выполнить некий прискорбный долг… От этого зависит успех нашей экспедиции — и будущее человечества!

Норберт нахмурился, потом заявил:

— Я бы хотел получить точные указания. А то выходит, что я должен пойти в мастерскую и сделать там сам не знаю что. Скажите напрямую.

О, если бы Зеруат мог говорить о таких вещах напрямую, как это принято у дикарей!

— Надо отправить в небытие свидетелей. — Неимоверным усилием воли он принудил себя произнести эти слова вслух. — Ради нашей цели… Вы, агрессивный человек, должны это сделать.

— То есть вы предлагаете мне совершить убийство? (Услышав эту грубую, как удар по лицу, формулировку, Зеруат не сдержал болезненной гримасы.) Я не согласен. Давайте просто заплатим свидетелям за молчание.

Совладав с нервным напряжением, Зеруат прошептал:

— Ерунда, вы просто глупый мальчишка. Хозяин мастерской возьмет деньги и сделает по-своему. Почему вы не подчиняетесь? Вы же сбили слакианский бот, вы вместе с Амандой убивали людей в Жаймонате!

— Там были рабовладельцы и бандиты, господин Гестен. Они нападали, мы защищались.

— Но для вас-то какая разница? — Зеруат пытался понять логику этого дикаря. — Слакиан и тех бандитов было много, а тут — всего два свидетеля! Если сравнить количество жертв, это будет очень мелкое… гм, преступление.

— Мне плевать на количество! — Норберт разозлился. — Рабовладельцы и бандиты — это рабовладельцы и бандиты, а хозяин мастерской и его внук — вполне порядочные люди. Я не убийца.

Зеруат мог бы указать ему на ложность последнего утверждения, но счел за благо промолчать. Он никогда еще не видел своего телохранителя в таком состоянии! Лучше с ним поосторожней. Агрессивные существа в гневе способны на непредсказуемые действия.

— Ну ладно, ладно… — Ответственный по Безопасности все-таки сумел выдавить улыбку. — Я просто хотел испытать вас, Норберт! Я рад, что вы не убийца. Идемте обратно.

Хотелось надеяться, что Норберт ему поверил… Когда они вернулись в салон магнитоплана, Зеруат послал Аманду на кухню заказать ужин. Вскоре принесли чай для него, кофе для сотрудников «Антираспада» и горшочки с мелко нарезанными запеченными овощами.

— Я вот думаю, ребятки, если закупить у фермеров побольше всяких овощей и фруктов по дешевке, а потом, на нейтральной территории, подороже продать, это ведь перспективная сделка? — В глазах у Аманды появилось мечтательное выражение. — Как, по-вашему?

Норберт и Олег переглянулись, а после принялись уговаривать ее оставить эту затею.

— Да я, ребятки, только свои деньги вложу, раз вы так боитесь риска, — стояла на своем Аманда.

— И вернетесь на Валену без гроша, — возразил Норберт. — Не надо.

Пока они спорили, Зеруат бросил в каждую чашку с кофе по крохотной полупрозрачной таблетке — снотворное, сам проглотил красную — стимулятор. Потом громко объявил:

— Давайте ужинать, нам надо хорошо выспаться! Отправляемся завтра на рассвете.

Вскоре их начало клонить в сон, они забрались в гамаки и уснули. На всякий случай Зеруат потряс каждого за плечо, окликнул по имени — никакой реакции. Тогда он сложил посуду в корзину, потушил свет и вышел наружу. Стояла темная субтропическая ночь. Над террасой мерцали гирлянды фонариков — там по-прежнему было многолюдно, звякали кружки, фермеры громко разговаривали и смеялись. Ответственный по Безопасности отнес посуду на кухню, потоптался у всех на виду, несколько раз пожаловался на плохое самочувствие и бессонницу. Ему предложили пива, он отказался, сославшись на больной желудок, и добавил, что теперь, подышав свежим воздухом, все-таки попробует уснуть. Итак, у него есть алиби. Направился он не к ангару, а к арке, которая вела на улицу. Запнулся впотьмах о нечто мягкое — оно с пронзительным воплем метнулось в сторону, сверкнула пара желтых глаз. Мерзость какая, кот!.. Содрогнувшись, Зеруат сунул руку в карман, за оружием, но опасное животное не стало его преследовать. Под аркой висел фонарь в виде шара, и в его ровном белом свете Зеруат увидел, двух крыс, уплетающих растерзанный плод. Привычное зрелище для раглоссианина. Он немного воспрянул духом, однако потом подумал, что кот, надо полагать, наблюдал за крысами, и ему опять стало не по себе. Отвратительно, когда одни звери убивают других, а люди им это позволяют!