Антираспад - Антон Орлов

Солнце поднималось все выше и выше, розовый туман редел, и вскоре Норберт смог разглядеть вдали, на фоне безоблачного пурпурного неба, темный контур — руины бекрийского города. Приободренный, он зашагал быстрее. Привычной для человеческого глаза травы на равнине не было, зато повсюду лежали толстые коричневато-зеленые листья; когда он наступал на них, те хрустели, но не лопались. Самые мелкие — размером с человеческий ноготь, самые крупные достигали в поперечнике двадцати — тридцати сантиметров. Из любопытства Норберт выдрал один экземпляр из земли. Нижнюю часть растения покрывали, словно ворс, короткие белые корешки. Он разломил лист: внутри — студенистая изумрудно-зеленая мякоть, насыщенная влагой. Слабый звук в небе заставил его забыть об исследованиях и нырнуть в тень ближайшей скалы. Летательный аппарат. Черный, дисковидный… Он двигался на большой высоте и вскоре исчез из поля зрения. А скала, в отличие от Мраморных гор, оказалась вполне настоящей — твердой, не пористой. Натуральный камень. Впрочем, если в этой местности, как утверждает Гестен, регулярно происходят разборки между тигонцами, слакианами, денорцами, бекрами и им подобными «агрессивными существами», скалы здесь и должны быть именно такими, без обмана. Иначе бы от них давно уже ничего не осталось.

Убедившись, что в небе пусто, Норберт двинулся дальше зигзагами, от скалы к скале, чтобы при необходимости сразу найти укрытие. Иногда на пути ему попадались водоемы — не то лужи, не то озерца; в прозрачной, как темное стекло, воде плавали миниатюрные создания, слепленные из трепещущих веерообразных перепонок и щупалец, и еще какая-то живность, помельче, слишком верткая — толком не рассмотришь. Скалы стояли поодиночке либо небольшими группами, горячие, пыльные, с заостренными верхушками. В очередной раз добравшись до тени, Норберт отстегнул от пояса флягу с водой, отхлебнул. Пока все шло гладко, агрессоры не давали о себе знать.

Ожидание становилось невыносимым. У Зеруата то и дело усиливалось сердцебиение, потели ладони. Он взглянул на часы: времени прошло не так уж много, телохранитель еще в пути. Пытаясь разрядить напряжение, Ответственный по Безопасности начал сортировать вещи, откладывая самое необходимое — то, что надо непременно забрать с собой, если придется в экстренном порядке покинуть магнитоплан. Аптечка. Сервокостюм. Сухой паек. Деньги. Аманду он отправил наружу — следить за обстановкой, Олегу велел помогать.

— Вы считаете, на нас нападут? — спросил компьютерщик.

— Здесь это вполне вероятно… Если заметят.

— И что мы тогда сделаем? Спрячемся в лесу?

— Да. — Зеруат приподнял сумку с сервокостюмом и утомленно поморщился: тяжелая!

— Но ведь мы тогда останемся без транспорта!

— Не имеет значения. Я вызову корабль, нас заберут. Главное — не разминуться с Норбертом.

— Это само собой, — согласился Олег. — Нельзя же бросать его здесь.

Зеруат беспокоился не о Норберте, а о пульте Нуль-Излучателя, но возражать не стал: пусть компьютерщик думает, будто нанимателя заботит судьба его друга. Норберт уже стоит одной ногой в небытии. Его лишенная гармонии жизнь оборвется раньше, чем истекут сутки.

— На нас могут напасть тигонцы? — задал новый вопрос Олег.

— Не только. Напасть может кто угодно. Тигонцы или слакиане — худший вариант. Жаймонатские бандиты — это, конечно, тоже плохо, но они вряд ли здесь объявятся. У них не те возможности, чтобы тягаться с хорошо вооруженными инопланетянами.

На круглом лице компьютерщика появилось отстраненно-задумчивое выражение.

— Так… Значит, есть худший вариант и есть лучший?

— Если можно так сказать, — вздохнул Зеруат. — Тигонцы очень не любят чужаков, они сразу убьют нас и будут потом похваляться друг перед другом своим героизмом. Слакианам нужны рабы. А условия на Слаке такие, что рабы долго не живут. Вот если мы встретим денорцев или бекров, у нас будет шанс уцелеть. Мизерный шанс.