Кукла 7 - Мир

Шаг этот, мягко говоря, выглядит бредом! Суицидной миссией! Идиотизмом. Но в тоже время — кто он такой, чтобы обсуждать приказы начальства? Тем более ТАКОГО начальства? Может быть этот приказ тоже… просто проверка на вшивость?

Все же, вряд ли их тут так собирают и вооружают, дарят вещи, ценой в миллионы, просто ради бессмысленной попытки убиться об полицейских департамента с обычными дешевыми усыпляющими пистолетами, действующими на всех людей безотказно и с гарантией.

Вряд ли это все нужно просто… что бы избавится от надоевших миньонов. Все же, для этих целей есть куда более простой метод! Например — удушение через их «поводок» — ошейник на шеи, что легко может убить, и Йорк даже видел однажды как это происходит.

Видел он, показательную кара одной психички, что тоже, когда-то стала частью их отряда бывших уголовников на службе неизвестного, не слушалась, берега теряла регулярно, спорила с приказами, и была задушена своим невидимым обручем на шее в наказание за все, раз не понимает ни слов, ни угроз, ни даже электрошока.

Умирала она… долго и мучительно, и люди вокруг даже ничего не могли сделать, чтобы ей помочь — ошейник на коже был виден как след, кожу сдавливающий, но не был ощутим материально пальцами как что-то отдельное от самой кожи. И эти ошейники, с тех придурков, что убежали, никто не снимал. Но Йорк уверен — их не убили, просто используют для неких иных целей, где выживаемость миньона граничит с отрицательными числами.

Снаряжение, что получили оставшиеся верными боссу шестерки, выглядело… разнородным. Одежда, что простая мужская и ношенная, и только одного размера — подходит не всем. Доспехи охотников и монстров — разно размерные, и вообще — свалка всякого хлама, выбирай что хочешь! Ну и оружие… куча всякого колюше-пыряющего-рубящего добра из подземелий и тоже явно с монстров, и те самые автоматы сил специального назначения.

И хоть никто из них, никто из парней их нестройного ряда уголовников «вставших на путь праведный, не матерящийся» не шарит за маркировку, типы, классы, и вообще оружие такого уровня, но они всё равно — умеют читать! И прочитать что написано на выданном им оружии вполне в состоянии.

— Разработано по заказу министерства внутренних дел.

И еще куча различных надписей подобного характера на автоматиках, характеризующих то, для кого они предназначены. Разве что патроны к ним явно неродные, и… непонятно даже, лучше или хуже, но точно тоже магические!

— Вот эта вот буква на гильзе, означает, что боеприпас особый и с магией, а вот эта, принадлежность к типу, но я…

— Да куйня это все! Куйня! Да и какая нам в опу разница⁈

— В опу может быть и никакая, но нам этими патронами явно не в кака ковыряться, так что разница есть.

Но все равно, как бы их тут не вооружили и не наряжали средь ночи, а идти штурмовать главное здание департамента даже в этот темный час… это самоубийство! Но несмотря на это — они собрались и пошли, как и приказывали, на штурм.

Трясясь от страха и дрожа, пришли… к закрытым дверям черного входа здания — ну не через парадный же им идти, в самом то деле⁈ Босс все же не уточнял, что надо ломится через главный! Так что… зашли с тыла, да.

— Там ведь наверняка камеры всюду.

— Заткнись.

— И охрана… и сигнализация…

— Заткнись….

— А возможно и…

— Завались уже, и без того тошно!

— Заткнулись оба, а то своим писком выдадите нас!

— А тебе мраз… ай!

— Получил? То-то! Не матерись!

— Да уж… — простонал Йорк, качая головой, глядя на стонущего матершинника, и притихших остальных ребят их «слаженной» группы.

Ни взаимопонимания, ни взаимоуважения… в обычное время, из-за страха пред боссом и ошейников, эта шобла еще как-то нормально себя ведет! И всё как-то нормально происходит, но сейчас, граница напуганости явно перешла некую черту, и… парни все на нервах. Все же… не абы куда пришли, не абы какой дом грабить! А самое логово полицаев, главное здание департамента Сиэля! И… да, умирать по-глупому, от тяжелых сапогов объёмных баб, да в бессознательном виде, будучи запененными насмерть, как-то не хочется. А еще больше не хочется живьём попадаться в лапы жирным и наглым дамочкам, живущим в этом курятнике, в который они, столь глупо, вламываются, с монтировкой наперевес.

Монтировка, впрочем, не самая обычная, а явно какой-то магический металл. И не монтировка вовсе! А просто кусок гнутой стали, словно бы выдранной из некой конструкции. Но на функционале это не сказывается — раз, подцепил, зацепил, и опытный домушник Марк, товарищ Йорка, в два движения вскрывает казалось бы непреступную «сейф дверь».

— Она только с виду такая, — комментирует он ситуацию, и свою ловко сделанную работу, — а по факту дрянь редкостная! Само полотно, хоть и тяжелое, но только из-за бетона внутри, а так жестянка жестянкой, и можно было бы вскрыть дверь просто отодрав верхний слой сталюги и выкрошив бетон. А дверной косяк вообще гамно жестянка, особенна эта планка со стороны замка, его я и отогнул.

— Слушай, Марк, — интересуется в него амбал Рон, тот, что просил заткнутся двух, а не одного, не тот, что матершинник, — ты что, реально столь часто… работал по профилю? — завуалировал он фразу «работал по домам» сделав речь почти невинной.

— Не а. — улыбается мужчина, помахивая монтировкой, — Я ведь уже говорил — я мошенник! А по домам лазить у меня хобби такое.

— Веселое у тебя хобби, да.

— Психи.

— Циц, мы все тут такие!

— Ну а двери эти, — с нежностью, словно бы любимую женщину, погладил мужчина дверное полотно приоткрытой двери, за которую никто так и не спешил заходить во внутрь здания, непонятно чего ожидая снаружи, — я знаю тупо потому, что торговал ими.

— И… автоматами тоже, потому знаешь… маркировку?

— Пфф! — чуть было не заражал в голос человек в ответ, — Я торговал подделками! Откуда у меня настоящие⁈

— А у нас… настоящие? — обеспокоился Йорк ситуацией, ведь если двери в департаменте… поддельные, то кто сказал, что автоматы… нет?

— У нас, — замялся мужчина, и словно сдулся, словно бы чем-то расстроился, — настоящие.

— А чего ты тогда так скис то весь а? А ну говори давай! Фуфел ведь нам втюрили, да⁈ — оживился матершинник, как видно отойдя от удара током, которым его одарил ошейник за мат.