Кукла 7 - Мир

Вот только пред этим, Йорк решил проверить, функционируют ли вообще эти приборы хоть как-то? Тем более что Марк выдвинул предположение, что они еще и позволят видеть в темноте. А тут, в подвале, при одном единственном фонарике на шестерых, темно как в жопе! И если прибор исправен и действительно обладает такой функцией…

Вот только первое, что увидел Йорк, после активации аппарата и надевания его себе на голову — некую маленькую тень, что удерживала одной рукой тень иную, большую, поставленную на колени и… одна тень душила другую! А скорее… уже заканчивала процесс, ведь удушаемое тельце, уже еле дергалось.

Йорк, чуть было не сделал в штанишки. Испугался! Стащил с головы аппарат, чуть было не отбросив её в сторону, что могло бы стать концом для хрупкой электроники импортного устройства. Выпучил глаза в ту сторону, где видел… то что видел! Попросил товарищей посветить туда фонариком — не увидел НИЧЕГО!

Чуть было не обосрался вновь! Но вместо этого — вновь нацепил маску на голову, и… невидимка у входа, у пролома в двери, через которую они вошли, был уже один, и валялся явным трупом. И Йорк, матюгаясь и получая заряды тока от ошейника, описал ситуацию коллегам. И те, тоже воспользовались аппаратом, вторым, ведь их было тут всего два, и тоже… славно поплясали от разрядов электричества, увидев бесформенное нечто, лишь отдаленно похожее на человека, валяющееся у двери.

— А ведь мы пару минут назад там проходили! И не было там ничего! Не было!

Набравшись духа и смелости, пошли проверили — да, теперь там лежит тело, и оно — вполне человеческое! Да еще и женское. А после того, как совладали с системой невидимости невидимки, содрав с неё её костюм и оголили тельце неизвестной, выяснилось, что оно у мертвой девушки еще и очень красивое.

— Как думаете, оно ведь еще теплое, да? Еще ведь можно да? — поинтересовался их главный придурок-матершинник Чак, поигрывая с сосочками мертвеца, — Я бы ей так и…

— Ты совсем окуел⁈ — не сдержался в речи Рон, — Это труп! Мертвец!

— Да, понимаю… но у меня бабы уже больше недели не было! Да еще и Мурена сбежала… — помянул он одну из двух женщин, что работала на их гоп компанию до недавнего времени, и бежала «за лучшей долей» с иными глупцами.

— Вот выполним работу, Хозяин возможно тебе её на блюде предоставит. — скривился Рон, отводя взор от мертвеца с обнаженной грудью.

— Да ну её! Там же пробы ставить не где! Она всех наших перетрахала! Достала… шалава…

— А эта чо, не такая думаешь? — вставил свой Юнь Марк, и тоже, скривившись, отвернулся от мёртвого тела, валяющегося на полу, с выпученными глазами и вывалившимся языком, не желая видеть, как один придурок, перешел с проигрывания, к наминанию груди этой мертвечине.

— А эта… — причмокнул Чак-некрофил, глядя на лицо мертвой красотки, — хотя бы красива.

— Кажется, я начинаю догадываться, за что тебя повязали.

— Эй!

— А что, не так?

— Я пока на воле был, таким не занимался! — явно обиделся Чак, но руку с груди не убрал, только мять её перестал.

— Может мы наконец работать начнем, а? — подал голос самый рассудительный из них, и мужики, переглянувшись, вернулись к ящикам, к оставленной там «работе».

И даже Чак, вздохнув, и в последний раз посмотрев на тело, отправился к остальным, чтобы помогать передавать ящики в коридор через дыру. И вернул внимание телу лишь тогда, когда все ящики с грузом, были вынесены прочь из помещения.

— А её че… так и оставим, да?

— А куда её деть то? Мы с теми то телами из лифта заипались воевать, извлекать, сортировать закапывать! Хочешь еще работки получить, да?

— НЕТ! Но…

— Свежее? Через часок ты изменишь своё мнение!

— Но… бабу надо, — погладил мужчина ошейник на шее, — Босс! — обратился он словно бы в пустоту, но его товарищи вздрогнули разом, ведь прекрасно знали — босс ответит, если его позвать, — Бабу хочу! Разреши хотя бы с теми достовучими су… самками! Из соседнего дома перепехнутся! Сил моих больше нет это терпеть.

— В подвале, куда попадете через соседнее строение, найдете баб, берите любых, что согласятся с вами пойти. — ответил на данный вопрос начальник, как всегда, говоря словно бы из неоткуда и отовсюду разом.

— Че, правда?

— В… соседнем?

— А не тюрьма ли там?

— Да откуда? Нет тут такого рядом! Совсем памяти нет что ли, тупица⁈ Средь лужайки домик этот стоит! И ближайшее строение… школа?

— Не, есть еще генераторная будка, мы мимо неё проходили, когда к черному ходу шли, помните?

— Ну…

— Вот там и будет нужное вам. — ответил голос властелина этих шестерок, и у людей пробежал табун мурашек по спине.

Впрочем, спорить с начальством, в их положении — себе дороже! А потому, вытаскав все честно спи… добытое! На улицу, они отправились в сторону неприметного строения генераторной. Вскрыли дверь методом лома, походили по помещению, где словно бы ураган побывал и нет ни единого целого куска проводки или оборудования. Нашли неприметный люк в полу, что был открыт, а вернее срезан кем-то еще до них. Спустились… попали в некое помещение, что иначе как тюремный коридор, и узилище для пыток не назвать! И следы крови, и иных жидкостей, и оборудование, и даже валяющиеся тут и там, части тел людей, зачастую в сильно несвежем виде, об этом прямо-таки кричат и говорят откровенно.

Тела убиенных… запытанных заживо! Тут тоже есть, но больше всего их впечатлила коллекция членов и яиц висящих рядами на одной из стен, с подписями, фотографиями бывших владельцев причиндалов.

— А я ведь его знаю!

— Этот член?

— Нет, этого мужика. Этого, с фото. Нормальный ведь дядька! Прям… конкретный перец! И… честный.

— Только не дядька он уже, раз под его фото, весят его яйца.

— Да уж…

Помещение пыточных казематов, как оказалось было соединено с основным зданием департамента, и вход через будку, явно неофициальный, а запасной, или даже рабочий, для поставок «тел». Но найти вход, что как бы парадный, со стороны департамента, они бы точно не смогли — несмотря на размеры широких дверей, под габариты широких дам, этот вход весьма искусно маскировался и сливался со стенами. И не впотьмах подвала с единственным фонариком подобное искать! А потому, хозяин, пославший их «вкругаля» поступил весьма правильно, показав дорогу, на которой сложно заблудится.

А еще, этот