Территория дракона - Алекс Орлов

Вентиляция снова работала с перебоями. За последний месяц Оберст трижды заставлял техников чинить ее, но надолго ее потом не хватало. Пришлось вызывать специалистов из города: они полдня стукали по коробам, подсоединяли провода к вентиляционным боксам, но в результате развели руками. Сказали – древняя конструкция, мы вам немножко подмажем, и неделю она еще будет работать, а за остальное не отвечаем. Комплектующие, сказали, старые. Оберст спросил – можно ли заменить, они сказали – база тоже старая, новые комплектующие не подойдут.

Счет за услуги выставили такой, что Штуцер предложил завалить их – за борзость. Договорились, что они за эту же цену еще составят предварительный список нужного оборудования и калькуляцию работ по установке.

Все эти переговоры приходилось вести Оберсту и, чтобы спецы не боялись, он выступал в роли инженера объекта. В конце концов образование у него было соответствующее, а Штуцер все переговоры сводил к мордобою. Здесь на пустыре это давало хороший эффект, но городские, конечно, к такому были не приучены.

– Открой окно, что ли… – сказал Оберст. Несколько бригадиров, находившихся тут же, вскочили было с мест, даже Симонс, с рукой на перевязи, но это относилось к Штуцеру.

– Ша! Сидеть всем! – приказал он и, подойдя к зарешеченному окну полуподвала, открыл одну из створок. Вместе со свежим воздухом в помещение хлынул гул свободного торжища – до «круга» тут было метров сорок.

– Сводку мне дали? – спросил Оберст, садясь за стол.

– За вчера по всем наименованиям, – привстав, сообщил Гузной, наголо бритый бандит со шрамом через все лицо. Гузной отвечал за расход дури – другими словами, был менеджером по реализации.

Раньше он служил на «круге» обычным охранником, но после парочки историй, где зарекомендовал себя как хороший стрелок, продвинулся до шкуродера. А там неожиданно проявился его талант к счету и учету расходов, когда бригадир назначил его продукты выдавать. Оказалось, что Гузной никогда не выдавал лишнего, не зажимал чужое и сводил дебет с кредитом.

С того времени прошли еще годы, прежде чем он стал ответственным по учету.

– Да, вижу, – придвинул к себе листок Оберст и пробежался глазами по колонке. – А почему «зеленая медь» просела?

– Так мы главный компонент на «дюймовочку» перебросили, поэтому «зеленой меди» меньше, но благодаря выходу «дюймовочки» прибавили от этой замены пятнадцать процентов.

– Ага, вижу, – кивнул Оберст, и Гузной перевел дух. Он знал, что, если главный с виду спокоен и немногословен, значит, готовятся большие разборки, по результатам которых находится работа для Штуцера. А после его бесед дорога либо к лепиле на пару недель, либо в яму, которых тут на пустыре хватало.

– А это что? – спросил Оберст, заметив еще один подколотый к отчету листок.

– Это предложения, сэр. По расширению ассортимента, – снова привстав, проблеял Гузной. Он боялся, что босс сорвется именно на нем. Ну зачем он сегодня полез с этими предложениями? Не мог подождать до завтра? Мог, конечно, но тут никогда не угадаешь.

– Так, вот эта третья позиция, это что?

– Алкоморфологическая взвесь. Пакуется в баллоны.

– Почему не указан уровень?

– Это зависит от концентрации, обычно от одной до десяти тысяч единиц, – пояснил Гузной.

– Но по цене – мы же не сможем это здесь продать, у нас две трети рынка шняги делают.

– Я засылал своих человечков, сэр, в «Конюшенный загон» и на «Карусельную песенку». Они вовсю втыкают этот товар развозом. Поднимают реальные суммы.

– Развоз по городу потребует башлять копов. Ты это понимаешь?

Гузному показалось, что Оберст начала раздражаться, и он почувствовал, как под майкой по его животу стекают капли пота.

– Я понимаю и готов взять упп… правление процессом в свои руки.

– Потянешь?

– Если еще пару помощников – потяну. Уже есть прикидки и наброски расширенного бизнес-плана.

Оберст сел прямее и забарабанил по столу пальцами. Потом посмотрел в окно, через которое было видно только пасмурное небо.