Британские СС - Лен Дейтон

Гарри жил на Ливерпуль-роуд. Раньше они с женой занимали весь дом; теперь в их распоряжении остался только первый этаж, два верхних снимала другая семья. Обедали Гарри и Джоан в подвальной кухоньке. Там Джоан и налила Дугласу чаю.

Дуглас понял, что его опасения не напрасны, как только она открыла ему дверь – непричесанная, в халате, с покрасневшими от слез глазами. Она была гораздо моложе Гарри. Самая хорошенькая машинистка в канцелярии завода, где Гарри расследовал хищение. Теперь ее белокурые волосы выцвели, лицо покраснело от холода. С неловкой улыбкой она пододвинула к Дугласу чашку прозрачного несладкого чаю, пригладила всклокоченные волосы и поплотнее запахнула халат у горла.

За Гарри пришли в три часа ночи. Немецкий офицер в сопровождении двенадцати солдат и какой-то очень юный констебль из пригородного отделения, который никогда раньше не слыхал о Гарри.

– Я думаю, он и о Скотленд-Ярде не слыхал, – добавила Джоан с презрением.

– А удостоверение Гарри им разве не показал?

– Показал. Офицер глянул, поблагодарил и убрал к себе в карман. Хотя вообще был довольно вежлив. Выражал сожаление… Но по-английски почти не говорил, а у Гарри совсем плохо с немецким, мистер Арчер. Жаль, что вас рядом не было. Вот вы умеете с ними объясниться, Гарри всегда это повторял.

– Вам следовало позвонить в Скотленд-Ярд, Джоан.

– Телефонные будки были все под охраной. Солдат поставили. Разрешали только официальные звонки. Я видела, как соседка пыталась, ушла ни с чем. Я много часов ждала его в полицейском участке. Потом разыскала тамошнего сержанта, он старый друг Гарри, и я знакома с его женой. Он мне сказал, что это какая-то ошибка и мне лучше вернуться домой и лечь спать. Может, Гарри будет дома раньше меня. – Она пожала плечами. – Но его, конечно, тут не было…

– Немцы задержали сотни людей. Возможно, тысячи. Идет расследование взрыва на Хайгейтском кладбище. Поиски Гарри среди них могут занять пару дней. И еще день на оформление документов. Но его освободят. Это какая-то ошибка.

– Вы всегда были добры к нам, мистер Арчер.

По правде говоря, Дуглас всегда был с Джоан в натянутых отношениях. Ее раздражала его аристократическая речь и манеры, а также то, что университетское образование позволило Дугласу сразу продвинуться по карьерной лестнице, а Гарри на всю жизнь застрял в звании сержанта сыскной полиции.

– Мы с Гарри напарники, – сказал Дуглас.

– Знаете, он плакал, когда узнал, что вы спасли его брата от депортации. Он и не подозревал, что это вы. Он в Сиде души не чает. Плакал, честное слово, не сойти мне с этого места.

– Благодарите полицейского хирурга, Джоан. Он подробно расписал, какое у Сида слабое здоровье, и дал заключение, что к физическому труду он непригоден. – Дуглас поднялся на ноги. – Ну пойду искать Гарри. Но если сегодня он еще не вернется, не впадайте в панику. Дело долгое.

– Гарри не преступник, мистер Арчер.

– Я знаю, Джоан.

Снаружи за подвальным оком были видны только беленые ступени каменного крыльца; на каждой стоял горшок с пожухшим от холода растением. Порыв ветра смел с крыльца сухие листья с шорохом, напоминающим шум воды.

– Какая стужа… – простонала Джоан, дыша на ладони.

Дуглас подумал об арестантах, мерзнущих сейчас под открытым небом на стадионах и в загонах для скота.

– Не унывайте, Джоан, – проговорил он.

Ответом ему была тень улыбки. Разговор между ними никогда не клеился. У них не было ничего общего, кроме Гарри.