ЖГИ! - Сергей Вишневский

— Что-то боязно мне, — произнес мужчина в кожаной куртке.

Он сидел на лавке, впереди телеги, рядом с возницей, и с опаской посматривал по сторонам.

— Это кусарифские приходили, — пояснил второй. — Я в таверне слыхал, тут бойня была. Обломали они тут зубы.

Двое мужчин подъезжали к городу. Стены из серого камня наводили мрачности, которая слегка разбавлялась синим штандартом города Вивек. Над городом, подпирая небеса высокой красной крышей, виднелась белоснежная башня.

— Как бы три шкуры не содрали, — вздохнул мужчина в кожаной куртке. — Война, дело затратное.

— Не, — покачал головой возница. — В постоялом дворе говорят, что с телеги берут по серебрушке.

— Врут. Даже на ярмарке берут три, — сморщился собеседник.

— Ты, Докло, конечно, мастер, но дурак, — сплюнул второй мужик. — Город своего не упустит, но он знает, где брать. Они на специи, сталь и ткань с шелком налог отдельный держат. Пошлиной называют. А твои глиняные горшки им даром не сдались. Серебрушку с телеги возьмут и смотреть толком не станут.

— А если я шелку привез? Или перца какого привезу?

— Не выйдет. В воротах артефкты стоят. Они сразу укажут, если у тебя такой товар есть. Торгаши из тех, что к северянам ходили, жаловались, что их с солью поймали. За товар три шкуры содрали. Сами не рады, что обмануть хотели.

— Может, врут?

— Может, и врут, но смотри, сколько телег в город тянется, — хмыкнул собеседник и указал за спину, где за ними уже собралась приличная вереница. Многие пытались попасть в город до рассвета.

— Ну и что?

— Докло, вот мастер ты так? Если с глиной чего сделать, посуду какую хитрую — это к тебе. Тут в окрестностях лучше тебя никто не делает.

— Ну, дак! — расправил плечи мужик.

— А ко мне ты почему пришел, Докло?

— Говорят, ты торгаш хороший и бойкий. Без прибыли никогда не ходишь.

— Так слушай меня тогда, а не ворчи. Мы уже почти у ворот, а ты все менжуешься. Вивек, может, и не Кусариф, но они тут слово держат. Если сказано в грамоте — серебрушка с телеги, значит, так и есть! Не мути воду! Еще ничего не случилось, а ты уже сто причин нашел домой уехать.

— Да я-то чего? Я ничего, — вздохнул гончар. — Сам знаешь, тяжко.

— Конечно тяжко, — фыркнул торгаш. — Пять дочерей, попробуй приличное приданое собрать.

— Не сыпь соль на рану, — вздохнул Докло.

Телега подкатила к очереди и после недолгого ожидания въехала в ворота, где их встретили пара стражников, одетых в добротную стальную броню, и один клерк.

— Что везете? — без особого интереса спросил он.

— Посуда глиняная, горшки, кувшины под вино, — перечислил торговец.

— Шелк, специи, ткани, металл, драгоценности, сталь?

— Нет. Только посуда.

Клерк поднял голову, взглянув на большой расписанный рунами камень и кивнул.

— Серебрушка за проезд. Торговую марку брать будете?

Гончар с торговцем переглянулись.

— А что за марка такая?

— Право на рынке стоять в первом ряду. Лоток наш, грузчики тоже наши. Зазывал, если надо, за отдельную плату.

— И сколько за такую марку? — тут же спросил торговец, быстро поняв выгоду стоять в первом ряду.

— Серебрушка сверху.

Торговец полез за пазуху, за кошельком, но его ухватил за плечо гончар.

— С ума сошел?!! Серебрушку за место! — зашептал он.

— Когда я из говна тарелки лепить начну, тогда и будешь указывать, — буркнул торгаш и одним движением сбросил руку с плеча. — Будьте добры, нам бы марку, и получше.

— Рано пришли, не в первый лоток, так во второй точно встанете.

Торгаш протянул монету и получил в обмен металлическую пластину с гербом города.

— На рынке отдадите распорядителям, — пояснил он и махнул рукой. — Езжай!

Так парочка торговцев проехала в город, постучав телегой по мостовой, и они оказались на рынке, который совершенно не был похож ни на ярмарку, ни на что либо виденное ранее.

— Это куда нам и как вставать? — нахмурился гончар.

Вместо привычного ровного места, где расставляли телеги, они оказались в ровных рядах из деревян

— На торг? — подскочил к ним молодой парнишка с большой серебряной бляхой на цепочке, которая висела у него на животе.

— На торг, — кивнул торговец и показал ему металлическую марку.

— Что привезли?

— Посуда глиняная. Кувшины, горшки…

Парень почесал голову и кивнул в сторону ряда, где возвышался штандарт с молотом и иглой.

— В мастеровой ряд пойдете.

— А чего это у вас ряд мастеровой отдельно? Местные в нем тоже свой труд продают? — вмешался гончар.

— Местные из своих мастерских продают, — пояснил парень. — У них товар другой и цена совсем другая. К ним за дорогим товаром ходят, здесь пришлые торгуют, у кого лавки своей в городе нет.

Мужики кивнули, а молодой парень указал на первый лоток в ряду.

— Вон за тот становитесь. Мужики сейчас подтянутся, выгрузить помогут. Лошадь с телегой они тоже заберут.