Дикторат - Галина Манукян

Эдэр поднял за волосы безуспешно пытающегося выпутаться Главного жреца, повернул к себе и грозно сказал:

– Тебе, Паул, лучше вернуть в строй моих людей, если не хочешь смотреть, как я крошу в капусту твоих.

– Как ты смеешь?! Духи покарают тебя, – зло ответил Верховный. – Скорее на крошево из твоих дикарей посмотрю я.

– Перстень, Эд! – подсказал Тим.

Гигант нажал на поверхность кольца. Стражники не поднялись. Они, казалось, и не дышали совсем. Эдэр хищно взглянул в глаза Верховному и встряхнул его так, что тот клацнул зубами.

– Кажется, ты не понял. Духам на тебя наплевать, если они вообще есть. Верни моих людей!

Внезапно желторотый подал голос:

– Н-н-настройки перстня п-прописаны на П-паула. Т-только его палец сработает…

– С ума сошел, Иван?! – вскипел Главный. – Кому помогаешь?! Сейферы будут с минуты на минуту!

– Н-н-нет, – встал паренек, хмуро глядя на Паула, – я давно считаю, что все это неправильно.

– Без работы останешься, – предупредил жрец. – Вообще.

Желторотый брезгливо отряхнул руки:

– Я н-нанимался отлаживать с-систему, а не в фашистских з-з-заговорах участвовать. Т-так что шли бы вы п-подальше со своими уг-грозами.

Эдэр удивился. Такого он не ждал. Тем более от этого хлюпика. Однако он готов был поклясться, что пацан говорил искренне, пусть и подумалось в первый момент, что это была уловка. Гигант вытянул связанные сзади кисти жреца в сторону недвижимых стражников, Паул попробовал выдернуть руки, но Эдэр придавил их и нажал чужим пальцем с большим аккуратно обстриженным ногтем на матовую поверхность перстня.

– Говнюк мелкий, – выругался Паул.

Эдэр с благодарностью кивнул желторотому, когда воины зашевелились, будто пробуждаясь ото сна. На душе отлегло. И только сейчас гигант услышал требовательный голос, с трудом угадывая в нем женщину:

– Уберите свои щупальца сейчас же! Мне нужно перевязать моего коллегу, иначе он истечет кровью! Слышите, чурбан?!

Эдэр обернулся и увидел Тима, обвившего щупальцами зеленую фигуру.

– Мне все равно, – произнес мутант и, почувствовав взгляд, посмотрел на Эдэра: – Что дальше, командо?

– Что случилось, командо? – озадаченно спросил Никол, поднимаясь с блестящего пола.

– Командо? – медленно повторили за ним Сём и Грэг.

Эдэр подхватил за шкирку обозленного Паула и поставил на колени перед воинами.

– У вас были вопросы. Задавайте!

– Б-боюсь, на это п-правда н-н-нет времени, – встрял юный жрец Иван, – от с-силы ч-через п-пять минут здесь б-будет группа з-зачистки. И в-вопросы задавать б-будет просто н-н-некому.

Он с опаской прошел мимо стражей к дверям, провел перед ними амулетом и махнул рукой:

– П-пойдемте за мной. Я выведу вас!

* * *

У меня зуб на зуб не попадал от страха и холода, однако в душе светлыми пятнами пульсировала неуверенная, будто шажки ползунка, радость. От того, что Эдэр и Тим были живыми, хоть и не совсем целыми, судя по исполосованной спине гиганта и рубцам, просвечивающим сквозь изодранную рубаху мутанта. Но я ничего не понимала: как они нашли меня, как освободились с тех кошмарных столбов, откуда лужа крови на полу, как сумел Эдэр одолеть жрецов, и что вообще происходит?! И потому мою зыбкую радость смывала тревога, ожидание того, что вот-вот грядет нечто ужасное. От царящего в комнате напряжения меня трясло еще больше.

Я опасливо смотрела на молодого жреца с залитой кровью, повисшей на сухожилиях рукой, на ужасную Грац, на увеличившиеся до жути багровые с синими прожилками щупальца Тима, видела странные приспособления, осколки, усыпавшие пол, глоссов, будто только что разбуженных после попойки… И, наконец, я уцепилась взглядом за фигуру Эдэра, от которой веяло уверенностью и силой – так хватаются во время урагана в степи за бетонную сваю, ведь она становится единственной надеждой на спасение. В корзине у стены я увидела среди скомканных бумажек, игл и мусора свои штаны и, быстро выудив, натянула их на себя. Под ними валялись и сандалии. Куда делась жилетка, оставалось только догадываться. В голове мелькнула мысль, что если от моей одежды жрецы так легко избавились, значит, скоро распрощались бы и с моим телом. Я поежилась и обвязала голубой тряпкой из-под инструментов грудь, на которую то и дело косились стражники.

Иван предложил вывести глоссов отсюда.

– Кто это? – спросил у Эдэра стражник со страшными белыми шрамами на голове.

– Иван, – буркнул гигант и, переложив меч в другую руку, посмотрел на нетерпеливо топчущегося парня у входа: – Откуда идут сейферы и сколько их?

Тот развел руками:

– Н-не знаю, сколько. Л-летят с внешней базы.

С б-большой земли.

– В смысле с большой земли?

– Д-долго объяснять.

– Черт возьми, мы и пришли сюда за объяснениями! – рявкнул долговязый страж и шагнул вперед, к жрецу, который поймал меня раньше. – Мы пришли к вам, Паул, чтобы узнать, правда ли в Дикторате за всеми ведется слежка? И если правда, то почему?

– Вы проникли в святая святых! Вы доверились предателю! – с высокомерной злостью произнес жрец, гордый и грозный даже у ног Эдэра. Связанные руки не давали ему встать без опоры, хотя Эдэр и не позволил бы. Пленник повел крючковатым носом: – И вы хотите, чтобы я, ваш Главный жрец, поведал сокровенные тайны духов тем, кому доверено было охранять мой дом, а они предали меня?! Сначала освободите и призовите к порядку изменника!

Так это был сам Главный жрец? – оторопела я и спряталась за спину Эдэра, отчаянно сдерживая желание схватиться за его пояс, как ребенок за рубаху матери. А опасаться было чего, ведь на лицах стражников мелькнуло сомнение. Потому я выкрикнула:

– Они следят. Я сама видела! Тут есть целая комната с записями про всех и каждого! Я видела!

– Чем докажешь? – угрюмо спросил долговязый.

Я зависла на секунду, потом нашлась:

– Вчера меня не было в мегаполисе, так? Откуда мне знать, что там происходило? Но я-то знаю, что Амосу, сыну казначея, прислали новую наложницу из степей, Шеску. И еще одну ему дали, Таниту, кажется… Я видела, как этот жирдяй развлекался… Это прозрачный треугольник показывал. Я видела позорные столбы…

Стражники переглянулись. Эдэр как-то странно на меня посмотрел. А Иван всплеснул руками:

– Да п-правду она г-говорит! Т-только она сожгла там все! К-круто так, файерболами. Пиу-пиу, и п-пердык серверам. Фиг з-знает, когда т-теперь восстановят. Сейчас т-только с дронов идет р-рекординг, и все. А Паул – т-такой же п-посланник духов, как я – к-командо. Не похож, д-да? Если, конечно, духами не считать наше управление, – прыснул себе под нос Иван, но тут же посерьезнел и, потрясая в воздухе амулетом, показал на живую карту, на которой в левом верхнем углу вспыхнуло множество красных точек: – К-короче! Я понимаю, что вы варвары и все такое. Н-но блин, я не п-планирую тут оставаться больше. Хотите, сами р-разбирайтесь с сейферами, а я п-пошел. Из меня Ч-че Гевара н-никакой.