Белые стяги победы - Дмитрий Казаков

Странное ощущение преследовало Ардила – будто он не живой человек, кожаный мешок с костями, мышцами, внутренностями, кровью и всем прочим, а хрупкая штуковина вроде яйца, только с руками и ногами. Казалось, что энергетическое тело при малейшем усилии оторвется от физического, а время от времени он переставал воспринимать что-либо, на несколько мгновений словно проваливался в темный глубокий колодец.

И что самое жуткое – он не мог накладывать заклинания.

Попытка сотворить чары отзывалась жуткой болью внутри, и он понимал, что еще немного – и все, нечто оборвется, и он лишится возможности колдовать очень надолго, если не навсегда. Попытки обратиться за помощью к повелителю, воззвать к Новому Богу ничего не давали, в голове стоял сплошной туман.

Ардил хорошо помнил, с чего все началось – он вступил в те проклятые ворота, сделал несколько шагов. Затем что-то обрушилось на него сразу со всех сторон, перекрутило и смяло, будто он стал тряпкой в руках собравшейся мыть пол хозяйки, и силы потекли из тела.

Он точно знал, что это заклинание, но ни с чем подобным никогда не сталкивался.

А времени на то, чтобы разбираться, не было – впереди рубились Серебряные Крылья, махали топорами гномы, с боков хозяина Гардза прикрывали наемники и маги. Тарегонские копейщики отступали, но упорно цеплялись за каждый фут, заставляли врага дорого платить за любой шаг.

– Повелитель, я отслужил… – просипел Ярдак, десятник гвардии, поворачиваясь к Ардилу, из его рта хлынула кровь, запятнала блестящий нагрудник, испачкала пластины набрюшника, тяжелые капли забарабанили по мостовой, а мгновением позже упало и тело.

Место в строю занял кто-то еще, а хозяин Гардза переступил через погибшего.

Сейчас не время подсчитывать потери и скорбеть по ушедшим.

Маг по прозвищу Валун, шагавший справа от Ардила, небрежным движением посоха сотворил зомби из трупа. Тот поднялся и бросился на врагов, но зато в самого некроманта впилось несколько копий. Одно пробило горло, другое угодило в пах, чародей беззвучно повалился, исчез под ногами воинов.

– Вперед! – заорал Ардил. – Нажмем!

Повернув голову, обнаружил, что Зарина сражается рядом – быстрая, верткая и смертоносная, как ядовитая змея. Спину же хозяину Гардза прикрыл никто иной как Харек Одержимый, мрачный и сосредоточенный, с клинком, по самую рукоять испачканным в чужой крови.

Они прошли еще с десяток шагов, и еще…

В переулок, ведущий к спасительной двери в подвал, свернуло всего полторы дюжины бойцов, и это из пятидесяти, выступивших сегодня из лагеря! Самый могучий гном, в чьей рыжей бороде имелось немало седины, с ревом бросился на врагов, давая соратникам еще несколько мгновений.

Ардил кубарем скатился по ступенькам, едва не упал, а распрямившись, понял: все вернулось! Боль и холод, ощущение внутренней слабости ушли, сменились привычным теплом, а это значит, что через некоторое время, немного придя в себя, он вновь сможет колдовать!

– Закрывайте ее! – рявкнул хозяин Гардза.

В подвале так же горели факелы, лежали зарубленные тарегонцы.

В толпу их живых соратников, сунувшихся было следом, ударил огненный шар, послышались вопли обгоревших людей, по ступенькам скатилось тело с обугленным лицом. Раненые шарахнулись прочь, оттеснили товарищей, и Харек сумел прикрыть дверь, а последний из гномов, с надрубленным наплечником, с грохотом задвинул засов.

– Надо… уходить… дальше, – просипел Ардил, пытаясь восстановить дыхание.

– Повелитель, вы в порядке? – спросил кто-то из гвардейцев, чьего имени он не помнил, а хозяин Гардза недовольно встряхнул головой: не время сейчас для дурацких вопросов! Их осталось всего… раз, два… пять, тринадцать, и надо выбраться из Ревайна, вернуться к своим.

Но что там были за чары, ради Верховного Блага?

Он попытался еще раз воззвать к Новому Богу, попросить помощи или хотя бы совета, но тот не откликнулся, словно вовсе исчез из изнанки или умер. Потом Ардил сообразил, что все смотрят на него, и что пора отдать приказ, иначе они так и будут тут торчать, ожидая верной смерти.

Вон, снаружи как вопят, наверняка подтягивают свежие силы…

– Уходим, – велел он. – Нам нужна передышка.

Дверь в стене, уводящая в катакомбы, послушно открылась, едва он приложил руку. В лицо пахнуло сырой прохладой, и Ардил подумал, что отступать тем путем, каким они шли, нельзя – этого от них ждут, и наверняка отправят отряды на перехват по более коротким дорогам. И уж точно попытаются встретить в том зале, где начинается тоннель, ведущий к лагерю.

Жаль, что допрошенный тарегонец знал о подземелье так мало… Наверняка есть другие ходы, что ведут за пределы города… Можно отыскать их с помощью заклинаний, но для этого нужно немного времени и сил… Нет, точно не стоит делать то, что легко предсказуемо – удирать со всех ног в известном каждому направлении…

Ардил остановился, когда они спустились примерно на половину высоты спиральной лестницы. Бежавший следом гвардеец едва не налетел на хозяина Гардза, и неразборчиво выругался, дальше кто-то еще лязгнул доспехами и помянул трижды клятую матушку Хаоса.

– Сюда, – Ардил повернулся к гладкой на вид стене, и монолитный вроде бы блок камня под его пальцами разошелся, открыв прямой и темный коридор: это было спрятано очень искусно, так, чтобы ни один обычный маг не заметил, но он-то ведь совсем не обычный, он ученик Нового Бога…

Замаскированная дверь бесшумно закрылась, едва через нее прошел последний из воинов. Коридор через пару десятков футов привел в квадратную комнату, откуда начинались еще два тоннеля. На ее беленых стенах обнаружились сделанные черным значки, что складывались в огромную, несколько раз опоясывающую помещение надпись.

– Тут остановимся, – сказал хозяин Гардза.

– Повелитель, здесь опасно, – хриплый голос принадлежал, как и следовало ожидать, Хареку – из всех, кто отправился в этот поход с Ардилом, только один человек имел наглость ему возражать. – Это нехорошее место, сожри его Хаос, нам тут будет очень плохо, без сил останемся.

– А ты откуда знаешь?! – рявкнул он, повернувшись.

– Я бывал в местах, подобных этому…