Жажда - Джеррод Шустерман

– Вода есть повсюду, – отвечает Агата с легкой улыбкой. – Нужно только знать нужные места.

Она осматривает нашу испачканную одежду и, вероятно, понимает, насколько мы вымотаны путешествием – и эмоционально, и физически.

– Почему бы вам не остаться с нами? – предлагает Агата и, видя наши сомнения, добавляет, глядя на меня:

– Твоему брату у нас нравится.

– Да, это местечко – что надо, – кивает Гарретт. – Тут безопасненько.

И хотя безопасность – это главное, в чем мы нуждаемся, Келтон к приглашению относится недоверчиво.

– У нас есть цель, и мы должны ехать, – говорит он.

– Ну что ж, вы можете остаться хотя бы на ночь. Уже поздно. А утром поедете.

И Агата возвращается к костру, оставив нас одних.

Дискуссию открывает Генри.

– Я считаю, нам нужно остаться, – говорит он. – Отдохнуть, попить воды.

– У нас целый ящик «Аква Виты» в машине, – говорю я и вдруг соображаю, что мы оставили его без присмотра. –   Нужно запереть воду в кабине, – говорю я, – и воспользоваться гостеприимством этих людей. Может быть, они помогут нам заправить наш грузовик. И тогда мы спокойно уедем.

– И куда же мы направимся? – спрашивает Генри. – В эти жуткие акведуки? Чтобы снова потеряться?

– Мы совсем не потерялись, – парирует Келтон. – К тому же нам осталось совсем немного.

Спор разрешает Жаки.

– По акведукам днем будет легче ехать, – говорит она. – Поэтому лучше остаться в гостях у Водяного ангела и провести ночь здесь. Нам ведь совсем необязательно становиться адептами их маленького культа.

И все соглашаются – даже Келтон, который вообще не склонен кому-либо верить.

Я оставляю своих спутников и отправляюсь к Агате. Она стоит, склонившись над котелком с кипящей водой.

– Хорошо, – говорю я. – Мы останемся на ночь. Но есть ли тут кто-нибудь, кто мог бы слить для нас бензин? Нам нужно заправить грузовик.

– Конечно, – отвечает Агата, подмигнув. – Иначе как бы мы зажгли все эти костры?

– И, может быть, вы дадите нам немного этой воды, когда она остынет? – просит Жаки, вставая рядом со мной.

Но вместо того, чтобы ответить, Агата подходит и вглядывается в лицо Жаки. Затем берет в руки ее ладонь и щиплет кожу на тыльной стороне.

– Черт! Зачем вы это делаете? – недоумевает Жаки.

– Прости, но я не могу дать тебе воды, – говорит Агата. – Кожа у тебя еще достаточно эластична, а значит, обезвоживание не достигло пока критической точки.

– Она права, – произносит Келтон, и Жаки смотрит на него, как на предателя.

Агата смотрит на Гарретта, который уже познакомился с каким-то ребенком из этой компании и играет с ним, потом – вновь на нас.

– Я знаю, что такое жажда, как это тяжко – когда хочется пить, а воды нет. Но я не могу дать вам напиться, когда другим вода нужнее. Хотя мы можем вас покормить.

Еда! Я же совсем забыла про еду! То-то мой желудок корчится, пытаясь переварить самого себя! Да, я хочу есть. Хотя, если мне что-нибудь положить в рот, я вряд ли это прожую – настолько там сухо и горько. Даже вода будет колоть как иголками. И на голову что-то давит, словно обруч. Уж если и в этом состоянии я недостойна воды, то трудно представить, что может быть еще хуже.

– Мы поможем вам с машиной, устроим на ночь и дадим поесть, – говорит Агата. – И на этом – все.

Она оборачивается к сурового вида мужчинам, играющим возле костра в карты.

– Макс! Ты не поможешь? Тут людям нужен бензин.

– Момент! – отзывается один из сидящих. Он – грузный здоровяк, весь в коже, словно главарь байкеров. Поначалу я пугаюсь, но, как я уже поняла, внешний вид обманчив, потому что к концу дня – вне зависимости от какого-то там вида – только один фактор определяет поведение человека. Это – вода. В своей прошлой жизни я бы этому типу не доверяла. Но здесь и сейчас – доверяю. Потому что он – не водяной зомби. Пока еще им не стал.

И неожиданно меня пронзает чувство стыда за то, что я сомневалась в этом человеке.

– Со своей стороны мы просим вас помочь нам в наших делах, – говорит Агата. – Мы скоро отправимся собирать запасы с соседних полос. Пока Макс будет заниматься вашей машиной, кто-то из вас может присоединиться к нам.

– Я пойду, – говорит Генри, делая шаг вперед.

Гарретт смотрит на него и тоже выходит:

– Я с вами.

Первым моим импульсом было отправиться с ними, чтобы присмотреть за братом. Чтобы он опять куда-нибудь не запропастился или не влетел в неприятности. Но я останавливаю себя. До сих пор Гарретт не доставлял нам хлопот. Может быть, я должна предоставить ему побольше личного пространства? Побольше ему доверять? И если он хочет потрудиться не только ради себя, почему бы не дать ему шанс почувствовать, что он может что-то сделать и для других? Поэтому я наступаю на свои сестринские чувства, прошу Гарретта не отходить далеко от Агаты и присоединяюсь к Жаки и Келтону, которые под предводительством затянутого в кожу местного Гаргантюа отправляются за бензином для нашей машины.

Он ведет нас к маленькому белому грузовику, на каких обычно ездят ландшафтные рабочие, и достает пустую красную канистру и садовый шланг – то, что мы никак не смогли найти.

– Из одного бака в другой слить непросто, – говорит он. – Нужна канистра или ведро. Поставишь их на землю, и бензин течет. Гравитация.

– Гравитация, – бормочет про себя Келтон, явно расстроенный тем, что не сообразил сам. Гарретт вычислил это на уровне инстинкта – ведь именно за ведром он отправился к брошенным машинам. Да, мы все сегодня можем сказать о себе, что мы – дураки.

Зигзагами мы возвращаемся к грузовику. Тело мое будто налито свинцом, отчего каждый новый шаг дается труднее, чем предыдущий. Похоже, окружающие видят, как нам всем трудно держаться на ногах, потому что Макс лезет к себе в карман и, достав оттуда упакованное в пластик пирожное, протягивает Жаки:

– Возьмите. Это наша основная еда.

– Спасибо! – говорит Жаки, разрывая обертку и вонзая зубы в пористую шоколадную плоть.

Она с трудом жует пирожное и, поняв, что оно у нас только одно, нехотя разламывает то, что осталось, на две части, протягивая их мне и Келтону.

– Приятного аппетита, – говорит Макс. – Не так давно мы нашли их целый грузовик.

И добавляет:

– Несколько лет назад я слышал о круизном лайнере, который застрял на отмели. Им с воздуха сбросили несколько ящиков леденцов. Не знаю, как вам, но по мне уж лучше пирожные.

– Вы здесь уже так давно? – спрашиваю я. – Два дня?

– Три, – отвечает Макс. – Я выехал на шоссе через два дня после отключения воды. Обезвоживание я переношу хуже, чем большинство. Дело в высоком давлении – от него я потею, как скаковая лошадь. Поэтому и вода из меня уходит быстрее. Вода дома кончилась, и я приехал сюда; думал – либо найду воду, либо упаду. Я упал. Но меня нашла Водяной ангел. Агата дала мне воды, и когда я окреп, задала работы. Скоро нас тут скопилось десятки, и мы все работаем и заботимся друг о друге.