Вечный Хэллоуин - Габриэль Г. Стюарт

— Никогда не думал, что придётся выбирать занятие на вечер, который может оказаться последним. — вздохнул парень, стоя перед белым экраном. — Чем бы ты хотел заняться?

— Это сложный вопрос. — покачал головой мужчина, доставая с полки чашки. — Съездить ещё разок на Грант каньон мы уже не успеем, так что остаётся посмотреть фильм, как всегда. Как насчёт «Звёздных воин»7?

— Но у меня нет дисков с ними. — признался Генри, пожав плечами.

— Как это? — удивился Аластар. — У тебя есть всё.

— Всё, что мне нравится. — робко добавил парень.

— Ты хочешь сказать, что не фанат «Звёздных воин»? — брови фамильяра поползли к потолку.

— Вроде нет. Артуру не нравятся, и мне что-то тоже не понравилось.

— О, — Аластар закатил глаза. — ну, тогда всё ясно.

Генри решил с ним не спорить. Он понимал, что, то, о чём думает фамильяр — правда. И всегда ей было.

Они устроились на диване и погасили свет. Аластар был не против пересмотреть «Матрицу»8, но в нём ещё пеклась доля злобы на дядю Генри. Парень же не мог просто смотреть кино и наслаждаться, в его мысли лезли чудовищные картины будущего, где он приложит руку к разрушению мира. Фамильяр заметил беспокойство друга спустя двадцать минут. Генри смотрел фильм отсутствующим взглядом, зрачки не двигались вслед за передвижениями героев на экране.

— Да, — протянул мужчина. — расслабишься тут.

Генри перевёл свой стеклянный взгляд на Аластара.

— Мне как-то не по себе.

— Ещё бы. — хмыкнул мужчина. — Может ты хочешь о чём-нибудь поговорить? О чём-то другом. О гольфе, сушёной рыбе или древнегреческих поэтах?

Парень слегка улыбнулся, но помотал головой. В голову ничего, кроме того самого не лезло.

— Тогда давай поговорим о тебе. — снова предложил фамильяр. — Может ты хочешь исповедаться?

Генри хихикнул и обхватил колени руками.

— У меня была обычная жизнь, ты же знаешь. А вот твоя, я уверен, поинтереснее.

— Тогда давай ты будешь спрашивать меня, а я тебя. Мне бы хотелось узнать всё, пока не поздно.

Спокойствия эти слова не предавали, но Генри хотелось сейчас отвлечься хоть на минуту.

— Где ты побывал? — парень задал свой первый вопрос.

Аластар задумался, улыбаясь хорошим воспоминаниям и мрачнея от плохих.

— На самом деле я немного путешествовал. В основном там, куда забрасывало случаем. — он неопределённо хмыкнул. — Просто полагался на судьбу. Однажды я нечаянно сел не на тот корабль и пять недель плыл до Австралии.

— Пять? И ты не свихнулся?

— Кто знает. — ехидно ухмыльнулся фамильяр. — Был случай на Камчатке, где меня чуть медведь не слопал. Я несколько часов на дереве отсиживался.

— Ой, — Генри вдруг схватился за голову. — я и забыл, что в том мире ты кот. Теперь всё звучит ещё безумней.

— Зато было весело. — Аластар элегантно потянулся совсем как кошка. — Теперь мой черёд. — Генри хотел возразить, что ещё не обо всех приключениях расспросил, но понял, что по правилам задать можно лишь один вопрос. — Почему ты выглядишь грустным на той фотографии с выпускного бала?

Генри похлопал глазами, пытаясь понять о чём речь. Тогда Аластар щёлкнул пальцами и в следующую секунду раскрыл альбом, оказавшийся у него в руках. Он указал на фото 2008 года, и Генри всё понял.

— Ну, — он замялся. — всё просто. Я хотел пойти с Джеком, но родители нам запретили и пришлось пойти с этой девушкой. — парень протараторил всё так быстро, что Аластар ещё секунд пять вслушивался в его уже исчезнувшую речь.

— И почему тебе не разрешили пойти с Джеком?

— А ты как думаешь. — щёки Генри зарделись, а его взгляд носился по комнате.

Аластара помолчал, а потом открыл рот, чтобы озвучить свои мысли, но парень его опередил:

— Почему ты так долго не мог найти своего хозяина?

Аластар тяжело вздохнул и провёл рукой по взъерошенным волосам.

— На это у меня нет точного ответа. — признался фамильяр. — Когда мне исполнилось двадцать, я думал, что вот-вот его встречу, но шли годы и мне уже перевалило за тридцать пять, перестал меняться внешне, так как не хотел выглядеть старше своего будущего хозяина. — мужчина с иронией в глазах посмотрел на Генри. — Я был одинок в пятьдесят, в семьдесят. У меня были хорошие знакомые, но всё же их мне было недостаточно. И вот, когда я обнаружил портал в мир людей я стал всё чаще убегать из своего, надеясь, что так быстрее найду кого-то. В сто пятьдесят я совсем отчаялся. Ну, и ты знаешь, пошёл не самой светлой дорогой. — фамильяр смотрел куда-то в сторону окна, его вид казался необычно несчастным. — И я не знаю к чему бы меня привели мои поступки, не наступи тот день, который изменил мою жизнь.

— Значит, тогда я изменил твою жизнь, а ты мою. — подытожил парень.

Аластар уже с нескрываемой теплотой воззрился на Генри, играя мячиком для сквоша в руках. Они замолкли и наслаждались тишиной, которая в эти минуты не приносила с собой плохих мыслей.

–

«Ужас Аркхэма»1 — настольная игра по мотивам мифов Г.Ф. Лавкрафта. Придумана Ричардом Лаунисом, первое издание было выпущено компанией «Chaosium» в 1987, второе (с другими правилами) компанией «Fantasy Flight Games» в 2005 и перевыпущено в 2007.

Агата Кристи2 — английская писательница и драматург. Автор рассказов «Пуаро ведёт следствие» и цикла произведений о мисс Марпл.

Арахнофобия3 — навязчивая боязнь пауков.

Гензель и Гретель4 — немецкая народная сказка, записанная и изданная братьями Гримм. История о юных брате и сестре, которым угрожает ведьма-людоедка, живущая глубоко в лесу.

5 — цитата национального героя Уильяма Уоллеса из фильма «Храброе Сердце» (1995).

6 — строки песни «Who Will Save the World» группы Tears for Fears.

«Звёздные войны»7 — медиафраншиза в жанре космическая опера, включающая в себя 11 художественных фильмов. Создатель: Джордж Лукас.

«Матрица»8 — американско-австралийский научно-фантастический боевик, снятый братьями Вачовски, вышедший в 1999 году.

Начало конца

Он не стал медлить, не стал ждать подходящего момента, не стал произносить долгую нудную злодейскую речь. Он просто начал.

В тот самый миг, 27 ноября, когда резко завыли оборотни, когда трава прижалась к земле, а громадную луну и звёзды закрыли чёрные грозовые облака, когда все монстры притихли, а голову Аластара пронзила боль, всё и началось.

По улицам Уоррена пополз густой иссиня-чёрный туман, поглощающий дома, фонари, заборы, указатели, дороги, кусты и деревья. Он не пах попкорном, яблоками в карамели или шоколадом, он пах страхом. Никто точно не может