Биотеррор - Сергей Ковалев

За дверью была операционная. Несколько странная на вид, словно из прошлого века. Не было множества вещей, которые обычно показывают в сериалах про больницу: умных приборов, следящих за давлением, пульсом, ритмом сердца. Сохраняющих дыхание и прочее, и прочее. Только операционный стол, круг мощных ламп над ним и какие-то металлические контейнеры.

На Алису напал ступор, она не могла понять, что и зачем ей показывают.

Потом хирург, деловито орудовавший во внутренностях серого тела на операционном столе, отложил скальпель и достал нечто большое, окровавленное и скользкое — ему приходилось держать это двумя руками. Медсестра отработанным движением подняла на столик один из контейнеров, откинула крышку. Хирург опустил свою добычу в поднимающийся белый пар. Сестра захлопнула крышку, пробежала пальцами по клавиатуре на металлическом боку и переставила контейнер на тележку. Хирург вновь взялся за скальпель…

— Печень, — произнес Тао. — Очень ходовой товар. И вообще ваши органы хорошо продаются. Еще ваши дедушки и бабушки жили правильной жизнью, у вас генофонд не успел испортиться…

Алиса почувствовала, как все вокруг поплыло. Жуткая дверь, и добродушный Тао исчезли…

Очнулась она от легких, но весьма ощутимых пощечин.

— Ч-что?

— В первый раз страшно, — согласился Тао, помогая ей встать на ноги. — Я когда в первый раз увидел, тоже сомлел. Пошли дальше.

Алиса еле переставляла ноги. Перед глазами стояло вытянутое серое тело, похожее на тушку ощипанной курицы. От мысли, что скоро и она будет так же лежать на этом столе, к горлу подкатывала желчь.

В следующей двери, к которой ее подвел Тао, окошка не было. Был только небольшой глазок, словно в тюремной камере. Повинуясь жесту китайца, она заглянула в него, ожидая увидеть что-нибудь еще более ужасное. Но за дверью оказалась небольшая комната — то ли монашеская келья, то ли казарма. Шесть коек, тумбочки и шкаф. На четырех койках лежали девушки примерно одного возраста и о чем-то разговаривали.

Алиса подняла на Тао вопросительный взгляд.

— Этим повезло. Поедут за границу целыми. Но навсегда.

— Ты о чем?

— Их купили. Арабы любят белокожих девушек. Будут женами в гаремах. Или в бордель попадут. Но хотя бы живыми.

— Зачем ты мне это показываешь?

— Хозяин приказал, — развел руками Тао. — Когда говоришь, многие не верят. Лучше один раз увидеть, так ведь у вас говорят? Ты отсюда в любом случае не выйдешь. Если будешь слушаться хозяина, он тебя продаст какому-нибудь арабу. Может даже повезет, попадешь к шейху в гарем. Ты блондинка, таких любят. А если будешь упрямиться и хамить…

Тао многозначительно посмотрел на дверь со светящимся окошком.

— Пошли наверх. Хозяин освободится через час, наверное. Как раз посидишь-подумаешь. Хотя, о чем тут думать?

Алиса механически переставляла ноги, борясь с тошнотой. В голове билась паническая мысль: ее расчленят! Разделают, как курицу! Фэн Цзы хочет знать, кто убил его людей. А ей нечего сказать! Она действительно не знает этого, но чертов китаец не поверит. И ее убьют!

От прежнего спокойствия не осталось и следа.

Тао провел ее в какую-то маленькую комнату без окон, обыскал, забрал телефон и ушел, заперев дверь. Огромный китаец, спокойно рассуждающий об убийствах и работорговле пугал Алису. Но когда он ушел, она даже пожалела об этом: оставаться наедине со страхом было невыносимо. Богатое воображение рисовало картины одна страшнее другой. Она так накрутила себя, что когда щелкнул замок, и на пороге появился Тао, ее стошнило.

Китаец отпрянул, выругался.

«Вот и все. Сейчас я умру».

Алиса почувствовала внутри уже знакомую пустоту, провал в темный, абсолютный холод. Пространство вокруг начало дрожать. Это была не галлюцинация: со стен начали падать репродукции в рамах, подпрыгнул и грохнулся на бок стул.

Тао вцепился в косяк и смотрел на нее с ужасом.

Алиса почувствовала, как что-то вокруг — она не видела что, но это было нечто живое, огромное и бесформенное — заворочалось недовольно. Это что-то чувствовало ее страх и отчаяние. Оно не мыслило в человеческом понимании. Словно самка животного, услышавшая жалобный писк детеныша, оно спешило на помощь, повинуясь инстинкту.

Раздался тяжелый ухающий звук, и Тао вылетел в коридор от удара огромной невидимой лапы. Прокатился по полу, остался лежать бесформенным кулем. Следующий удар разнес стену. По дому прокатился низкий гул, от которого у Алисы завибрировали все кости. Внутри девушки по-прежнему царила пустота, но она чувствовала, что должна идти. Должна оказаться как можно дальше от этого места.

Алиса вышла в коридор. Навстречу ей бежало несколько китайцев в бронежилетах с автоматами в руках. Вновь качнулось вокруг нечто огромное и невидимое. Прокатилось низкое рычание и нападающих разметало, трепля и разрывая, как соломенные чучела. Нечто пришло в ярость — ее детенышу угрожали! Узкий коридор наполнился ревом и беснующейся силой. Вдавило двери, вслед за ними внутрь комнат стали проваливаться стены. В конце коридора возник Фэн Цзы — бледный, с вытаращенными глазами. Бросился на колени, прикрывая голову руками и что-то жалобно выкрикивая.

Алиса почувствовала, как невидимый зверь смотрит на китайца, делает шаг к нему, поднимает невидимую лапу…

— Великолепно!

Зверь замер, так и не нанеся удар.

— Просто восхитительно! Девочка моя, я в тебе никогда не сомневался, но не думал, что внутри дремлет такая силища! Это просто чудо!

Маленький толстячок обошел подвывающего от ужаса Фэн Цзы, похлопал в ладоши.

— Браво! Давно бы так!

Пустота исчезла, а вместе с ней и невидимый зверь.

Алиса с трудом произнесла дрожащими губами:

— Сим? Откуда ты здесь?

* * *

— Это моя вина. Я не смогла предугадать маневр дикарей.

Розенблейд не пыталась оправдаться. В их отряде она командир, а значит, ей и нести ответственность за провал. Следовало поставить в засаде у бомбоубежища больше людей. Или более опытных бойцов. Вариантов много, но она выбрала неверный.

— Я прошу отстранить меня от руководства.

— Не говорите глупостей, — проворчал гигант. — Где я сейчас буду искать вам замену? Никто не совершенен, все ошибаются. Мне нужны не красивые жесты, а чтобы вы превратили поражение в победу. Вы же умеете это.

— Есть! — Розенблейд вытянулась по стойке «смирно». — Благодарю вас!

— Ох, опять вы с вашими заплесневелыми жестами времен Антанты… Хорошо. Что у нас?

— Девушку увезли на полицейской машине, — доложила женщина. — Камера наблюдения на перекрестке была повреждена, но еще об одной, на проходной завода, противник не знал. По номеру мы вышли на водителя машины и патрульного, который дежурил с ним сегодня. Ален…