Мангуст - Владимир Малыгин

Из кабины обдавшего нас пылью паровика выглянула чумазая физиономия, расплылась в довольной улыбке. Радуется, что нас запылил, морда такая?

– Господин капитан просит вас вернуться.

– А что случилось-то? У нас дел много…

– Да вроде опять нападение на дирижабль, помощь запросили, точно не знаю. Да сейчас всё вам господин поручик и расскажет.

– Что за поручик?

– Начальник гарнизона.

Переглянулись, залезли в раскалённое нутро нагревшейся под горячим солнцем кабины. Даже открытые окошки не спасали от жара. Сразу же по лицу потекли струйки пота. Как тут водитель целый день выдерживает? Привычка?

– Доставил, господин поручик! – высунулся в окошко чумазый механик.

С удовольствием поспешили оставить душную кабину, обошли спереди пыхтящий паровик, остановились у трапа. Солдатиков уже нет на земле, все внутри скрылись, снаружи только офицер и капитан стоят, нас дожидаются.

– Прошу прощения, но у нас чрезвычайная ситуация. Господин капитан уверяет, что ваша помощь нам обязательно понадобится. Поэтому я взял на себя смелость попросить вашего участия в спасательном мероприятии.

– Да что случилось? Кто-нибудь нам может рассказать, в чём дело?

– Получили SOS. В нескольких часах лёту от нас идёт воздушный бой. Сообщение с пометкой «Государственное дело».

Я только головой покрутил. Георгий же сразу подобрался.

– Извините, у нас тоже государственное дело. Нам нужно посоветоваться. Мы отойдём на минуту. Долго вас не задержим.

Не обращая никакого внимания на ошарашенных этим заявлением офицеров, оттащил меня за руку в сторону. За кузов паровика. На мой вопросительный взгляд сразу же ответил:

– «Государственное дело» – это в данном случае подразумевает дирижабль из столицы с членами правящей семьи на борту. Наверняка по наши души летят. Судя по тому, что мы услышали, на них напали пираты, а может ещё кто-то. Вряд ли сами справятся, поэтому запросили помощь. Странно, если это так, они без военного сопровождения в одиночку не летают. Что будем делать? Получается, мы таким образом сами в пасть головы сунем. Но зато будем знать, что случилось. Удрать, если что, всегда успеем, как и помереть. И отказаться сейчас – только лишнее подозрение вызвать.

– А если по радио пройдёт ориентировка на нас?

– Вряд ли. Она бы уже давно прошла. Не будет государыня свои делишки наружу выставлять.

– Она-то не будет? Та ещё змея!

– Время уходит! Господа, вы с нами? – высунулся из-за капота паровика капитан.

– Да, летим!

– Попрошу на борт.

По дюралевому рифлёному трапу взбежали в кабину, протиснулись мимо пропотевших, рассевшихся вдоль стен солдат, переступая через вытянутые ноги и лежащие на полу рюкзаки. Тесный кораблик, не предназначен он для перевозки людей. Даже капитан смутился и поспешил объяснить происходящее, пробираясь в рубку:

– Получив такой сигнал, любое воздушное судно обязано прийти на помощь. В том числе и наш почтовый курьер. Хотя две наши пушки погоды не сделают, если там крейсерские не справляются.

– А солдатики-то зачем? Толку от них в воздушном бою…

– А если придётся на абордаж идти? А наземная операция? – потянулся к ручке двери в рулевую рубку. – Если есть желание, приглашаю присоединиться ко мне. Тут вам будет тесно и душно.

Это точно. Уже сейчас в ставшем тесным помещении невозможно было дышать. От крепкого запаха пота, ароматов кожи и сапожной ваксы, табачной вони перехватывало дыхание. Отвык я от подобного. Впрочем, и не привыкал. Даже на свалке воздух был чище. Это только у нор бомжей нечем было дышать, но я всегда держался от них подальше. Там не только запахи, там и насекомых можно было на раз подхватить.

– Взлетаем! Курс на северо-запад! – Палуба толкнула в ноги, дирижабль начал набирать высоту прямо в полуденное солнце, навалилась тяжесть.

– Будем идти на максимальной скорости, часа за два долетим, – пояснил для нас.

Набрали высоту, потянулась под нами зелёная гористая тайга с острыми скалистыми вершинами. Где-то через час полёта стало понятно, что нас ждёт. Радист начал получать сообщение. Крейсерские дирижабли конвоя ведут тяжёлый бой с эскадрой противника. Это не пираты, это регулярные войска. Осталось два из трёх, и те сильно потрёпаны. Враг превосходит силами втрое. Государев дирижабль пытается оторваться и уйти, но сильно дымит и теряет высоту. Ближайший патруль на подходе.

– Лезть в атаку на противника с нашими возможностями это самоубийство. Если уж крейсера не справляются. Скорость нам не поможет, единственный выход в быстром маневрировании. Попробуем дирижабль государя прикрыть. По Уставу все пассажиры, находящиеся во время боя на борту, переходят в моё подчинение. Понимаю, что вами лучше не командовать, поэтому полагаюсь на ваш здравый смысл. Иван Дмитриевич, проводите магов в артиллерийский отсек, – обратился капитан к помощнику.

Приказы капитана не обсуждаются, а выполняются, особенно в боевых условиях. Хотя можно было, конечно, и задержаться в рубке, всё равно до боестолкновения время ещё есть, а так было бы можно посмотреть на сражение, оценить обстановку. Словно услышав мои мысли, капитан продолжил:

– Отсек у нас небольшой, но позволяет вести обстрел во все стороны, поэтому вам там будет удобнее использовать магию. И всё видно.

Там я ещё не был, не довелось.

Спустились вниз, броневая створка лязгнула железом, сочно чавкнула за спиной, отсекая нас от экипажа. Низко тут, головами почти в открытые ажурные балки потолка упираемся. Овальное небольшое помещение точно под кабиной. А я думал, что это машинное отделение. Сейчас броневые заслонки везде были открыты, узкие жерла двух небольших пушечек смотрели в голубое небо с редкими огромными башнями облаков. Старпом представил нас оглянувшимся на лязг двери артиллеристам, сосредоточенно укладывающим ящики со снарядами.

– Дальше вы сами. Надеемся на вашу помощь. Связь с мостиком поддерживается по селектору. Команду на открытие огня получите от артиллеристов. Удачи, господа.

Даже показалось, что офицер при прощании щёлкнул каблуками. Только показалось, потому что на дирижаблях у всего экипажа обувь специальная, с мягкими подошвами.

– Это хорошо, что вы маги. В прошлом бою нас здорово потрепали. Если бы не ты, парень, то многие из нас в этот рейс на борт не поднялись бы. А если бы у нас в штате свой боевой маг числился, то и потерь было бы меньше…

А я вспомнил этого батарейца. Как раз именно его я вытягивал с того света с огромной раной в груди. Сил тогда много пришлось потратить.

– Отставить разговорчики! После боя поговоришь в кают-компании. А сейчас по местам стоять, к бою готовиться! – вислоусый старшина-комендор оборвал завязавшийся было разговор.

Успел оглядеться в отсеке, запомнил, где что находится, чтобы потом не спотыкаться, заглянул в парочку противоположных пушечных портов. Обзор отличный, никаких помех.