Медоед 9 - Макс Гудвин

— Ваше опасение понятно. Это не повторится. Более вашу супругу ничего не побеспокоит. Спасибо за вашу лояльность.

— Хорошего вечера, — выдохнул я.

И снова вернулся к девушкам.

— Китайцы извиняются и платят за свой косяк, — произнёс я.

— Ир, это же чудесно, — приобняла Иру Лера, а я вдруг понял, что личное дело Леры я так и не смотрел.

— Я сейчас лицо и руки помою и к вам, — произнёс я и пошёл в ванную, где за стойкой с полотенцами был скрыт сейф. Открыв его, я включил Тиммейта и написал ему текстом: «Дай досье на Дикобраза».

— Я думал, ты не попросишь, — произнёс у меня в ухе наушник, как только я его туда вставил. — Поскольку тебе некогда читать, я тебе прочту сам.

И пока мы шли к выходу из отеля по свежевымытому полу, пахнущему ландышем, но не гарью, Тиммейт накидывал мне:

— Дикобраз в поле внимания ОЗЛ попала как свидетельница страшной катастрофы. Ну, как свидетельница. Сама Лера Владимировна Кубатулина — спортсменка высоких спортивных достижений, пловец-подводник. Так вот, купалась она на реке Оби, а в этот же самый период, по случайному стечению обстоятельств, в оной утонуло пять выпивающих молодых мужчин. Лера же говорила, что плавала и не слышала ничего и никого не видела.

— Однако на телах утопленников были найдены синяки в районе стоп, шей и рук. Криминалист предположил, что кто-то держал их, пока они тонули. Я понимаю, что ты сейчас скажешь: как можно держать пятерых? И я тебе не отвечу. Девушку допрашивали, и она от показаний своих не отказывалась. А когда следователь обвинила её в пособничестве некому преступнику, Лера сослалась на 51-ю статью Конституции и вообще замолчала.

— В сети стала подниматься буча. Оказалось, что за день до смерти эта же компания, гуляя по пляжу, набрела на какую-то девушку, которая, со слов друзей утопленников, была «не против развлечься». И ребята настолько хорошо развлеклись, что решили и на следующий день прогуляться по этому же пляжу в надежде на новые знакомства.

— А теперь из данных доктора Вайнштейна, под гипнозом самой Дикобраз: Лера не заявила о групповом изнасиловании, но пообещала «отдаться им на завтра тоже». А на следующий день пошла туда же и ждала их, а увидев молодых людей, побежала в воду. Прокричав: «Если не догоните, то можете друг друга сами трахнуть»!

— Парни и прыгнули в воду, надеясь догнать и повторить вчерашний вечер.

— А теперь из заключения суда: гражданку Кубатулину Валерию Владимировну считать невиновной в части статей 125 УК РФ об оставлении в опасности и 105 УК РФ об умышленном убийстве группы лиц с особой жестокостью ввиду недостаточности доказательств. А то, что Кубатулина — КМС по плаванию, считать к делу не относящимся.

— В ОЗЛ пришла на условиях, что будет осуществлять ликвидацию только мужчин. Соблазняет, усыпляет, душит. Посещает клуб бразильского джиу-джитсу «Тим Стрела» как в Новосибирске, так и в Питере. Постоянных отношений нет. Гетеросексуальна.

«Какой же она Дикобраз? Она — Чёрная вдова. Или Богомол. Или Анаконда. Но хочет быть Дикобразом — пусть будет», — подумал я, слушая Тиммейта. — «У нас в ОЗЛ простые требования для ликвидаторов: в контролёра не стрелять, хер на стол не выкладывать».

И мы как раз спустились вниз, как девочка с ресепшена подняла руку и прокричала:

— Мистер Калинин, мистер Калинин!

Я остановился потому что к нам бежала невысокая азиатка в строгом чёрном платье, с гладко зачёсанными волосами и вежливой, натянутой улыбкой. В руках она держала небольшой конверт и протянула его мне. Я тут же при ней открыл и увидел, что внутри оказалась банковская карта. На лицевой стороне было выбито имя: Ли Вэй. А на обратной, на кусочке лейкопластыря, маркером пароль: 0000.

— Спасибо, — произнёс я.

— Хорошего отдыха и ещё раз простите, — промурлыкала она и поклонилась.

И я вернулся к девушкам. Но когда шёл к Ире, вдруг заметил, что Дикобраз как-то странно смерила меня взглядом — снизу вверх. И её ротик странно улыбнулся.

— А знаешь, что самое интересное? — продолжил Тиммейт в наушнике. — Лера и под гипнозом ссылалась на 51-ю статью Конституции, когда Вайнштейн спрашивал о том, что произошло с теми парнями. Но я считаю, что она их утопила.

Последние слова он произнёс шёпотом — будто нас могли слышать.

«К гадалке не ходи — утопила», — подумал я. И мстит всем мужикам. Теперь соблазняет и мстит. Ещё один хищник в нашем Лесу. Но мне нечего бояться. Да, она была красива, стройна и ухожена. Восемь из десяти по моей шкале, если отсчитывать в «Ирах». Но всё же хорошо, что есть Тиммейт, который мне всё про неё рассказал.

Мы вышли на улицу, а у входа нас ждал чёрный седан, и за рулём сидел крепкий, коренастый мужичок со сломанными ушами, он собственно и забирал меня из аэропорта. Он не обернулся, только кивнул, когда мы сели девушки назад а я на место Ван Юя.

Пекин вечером оказался другим. Народу стало больше. Толпы блуждающей молодёжи — в кепках и ярких куртках, со светящимися телефонами. Тут везде играла музыка — откуда-то рэп, откуда-то китайский рок. И вокруг были бары да рестораны и каждый светился своими вывесками. Над улицами горели мерцающие и разноцветные рекламы. И я вдруг понял откуда пошла целиком концепция киберпанка, Китай в ней уже жил, пока мы про него только смотрели фильмы. Это же немыслимо, скажи мне кто-нибудь в 1994том что я буду обучать сражающихся роботов, у виска бы покрутил пальцем. Ну вот и подкрался 2025тый, каких-то тридцать лет прошло и стационарный телефон заменил мобильный, картонные перфокарты заменили дискеты сначала большие потом поменьше, потом диски, а потом и флешки. Сейчас тот у кого нет страницы в соцсети больше фрик чем норма, а постоянное снимание чего-нибудь на видео и фотосъёмку стало новой реальностью. Как будто когда-нибудь будешь это всё пересматривать, терабайты ненужной информации с мемами, жопами, сиськами и котиками. Хотя котиков я бы оставил.

Пока я думал о разном, нас привезли к бару, что оказался скрыт в глубине квартала. Снаружи нас встретила неприметная дверь с вывеской на