Гений - Мари Лу

Я резко прихожу в себя, поднимаю голову, осматриваю комнату. Видение с Метиасом исчезает. Я в палате, Дэя нигде не видно. Глубокая ночь. Кажется, мы уже были здесь. Я смутно помню Дэя сидящим у моей кровати, потом он выходит на балкон, приветствует ликующую толпу. Теперь его нет. Куда он ушел?

Хоть я и плохо соображаю, но через секунду понимаю, что меня разбудило. Я в комнате не одна. Здесь еще с полдесятка солдат Колоний. Высокая женщина-солдат с длинными рыжими волосами держит меня на прицеле.

— Она? — спрашивает женщина, не опуская винтовки.

Военный постарше кивает:

— Да. Не знал, что Дэй прячет солдата Республики. Перед нами не кто иная, как Джун Айпэрис. Самый знаменитый гений Республики. Корпорация «Дескон» будет на седьмом небе. Эта пленная стоит кучу денег. — Он холодно улыбается мне. — Ну, детка, скажи нам, куда отправился Дэй.

Прошло шестнадцать минут. Солдаты связали мне руки за спиной временными наручниками. В рот засунули кляп. Трое стоят у открытой двери в палату, остальные дежурят у балкона. Я издаю стон. Хотя жар прошел и суставы не болят, голова еще кружится. Куда делся Дэй?

Один из солдат говорит в микрофон:

— Да. — И после паузы: — Мы переведем ее в камеру. «Дескон» получит от нее немало полезной информации. Как только задержим Дэя, отправим его на допрос.

Другой солдат держит открытую дверь ботинком. Я догадываюсь: они ждут каталку, чтобы можно было меня увезти. Значит, у меня есть две-три минуты, чтобы освободиться.

Я сжимаю зубами кляп, подавляю тошноту и проглатываю его. Мои мысли и воспоминания смешались. Я моргаю — не могу понять, не галлюцинация ли это. Республика финансирует Патриотов. Как же я не поняла раньше? Так все было очевидно с самого начала — дорогая обстановка в помещениях, легкость, с которой Рейзор перебрасывал нас из одного места в другое.

Я смотрю на солдата, который говорит в микрофон. Как мне предупредить Дэя? Он, вероятно, ушел через балкон; когда вернется, меня здесь не найдет, а его будут ждать солдаты, чтобы увезти на допрос. Они даже могут решить, что мы — шпионы Республики. Я без конца перебираю колечко из скрепок.

Колечко из скрепок.

Мои руки замирают. Я медленно снимаю колечко с пальца у себя за спиной и пытаюсь раскрутить скрепки. Один из солдат кидает на меня взгляд, но я закрываю глаза и издаю тихий стон. Он возвращается к разговору. Я распрямляю скрепки, из которых сплетено колечко. Шесть переплетений каждой скрепки. Раскручиваю две первых. Потом распрямляю остальные и сгибаю в некое подобие (как мне хочется надеяться) буквы Z. От этих движений руки начинают болеть.

Вдруг один из солдат у балкона замолкает и смотрит в окно. Он некоторое время обшаривает глазами улицы. Если он и засек Дэя, то Дэй, вероятно, снова исчез. Солдат оглядывает крыши, потом теряет к ним интерес и возвращается в прежнее положение. Из коридора доносится разговор и безошибочно узнаваемый стук колес по плиточному полу. Они везут сюда каталку.

Нужно поторопиться. Я вставляю в замок наручников одну, потом вторую согнутую скрепку. Руки мучают меня, но нет времени дать им отдых. Я осторожно шарю скрепкой в замке, чувствую, как она прикасается к внутренним деталям, наконец находит рычажок. Поворачиваю скрепку, пытаясь отвести рычажок.

— «Дескон» с подкреплением уже в пути, — бормочет солдат.

В этот момент я двигаю вторую скрепку, и замок еле слышно щелкает. Два солдата и медсестра появляются с каталкой, останавливаются в дверях, потом идут ко мне. Замок отпирается, я чувствую, как наручники с тихим звоном спадают с рук. Солдат вперяет в меня свои молочно-белые глаза, недовольно кривит губы. Он замечает почти невидимую перемену в моем лице, звон наручников он тоже уловил. Он переводит взгляд на мои руки.

Если я собираюсь бежать, другого шанса не будет.

Я резко перекатываюсь через край кровати и вскакиваю на ноги. Словно волна, накатывает головокружение, но мне удается не упасть. Солдат, держащий меня под прицелом, выкрикивает предупреждение, но ему не хватает скорости. Я изо всех сил пинаю каталку, и она переворачивается, сбивая с ног одного из военных. Меня пытается схватить другой, но я делаю обманное движение, и мне удается уйти от него. Я устремляю взгляд на балкон.

Там все еще стоят трое солдат. Они кидаются на меня. От двух мне удается ускользнуть, но третий хватает меня за плечи, фиксирует шею и бросает на пол. У меня перехватывает дыхание. Я бешено сопротивляюсь, пытаясь освободиться.

— Не двигаться! — вопит один, другой пытается защелкнуть наручники у меня на запястьях.