Шаги Командора - Алексей Волков

Турки восторженно приветствовали пролет дирижабля. Если они и слышали о подобном чуде, то видеть пролет им не доводилось. Кто падал в ужасе ниц, кто пытался удрать, кто застывал неподвижным изваянием и не отрывал взор от неба. Равнодушных не имелось. А ведь мы даже не бросали бомбы. Ну, почти не бросали. Несколько мелких не в счет. Это так, для усиления восторга внизу, дабы имели представление: над головами у них плывет не игрушка, а грозное оружие. А дальше пусть делают соответствующие выводы. Полезные в плане здоровья.

Но даже будь у нас большой запас смертоносных подарков, особой пользы в плане уничтожения ближнего это бы не принесло. Черный порох – не самая лучшая начинка, а никакой иной взрывчатки у нас не было. Ни к чему нам подстегивать прогресс в химии. Нынешние войны не настолько жестоки. Во всяком случае, на европейском континенте и когда речь идет о попытке завоевания территории. По общей нехватке населения каждая из сторон стремится мирных обывателей не трогать, а сделать их собственными подданными.

Османы – дело чуть иное. До армянской резни еще далеко, как сейчас обстоят дела, я точно не знаю. Может, тоже относительно бережно относятся к подданным. В смысле, без особого предлога не зверствуют. Да все равно Восток и есть Восток.

Судя по открывающимся пейзажам, армия визиря в самом деле была очень велика. Сосчитать точно трудно, тем более когда все разбросано на большом пространстве. Но по прикидкам, непосредственно турок было больше ста тысяч. Да еще бездомные татары. В набег их ушло тысяч под восемьдесят. Ладно, пусть шестьдесят. Все ведь примерно. Какая-то часть полегла при попытке прорваться домой, кто-то не выдержал и сдался. Может, порядка сорока тысяч еще здесь. И с Мазепой порядка десяти. Считать-то лучше по максимуму. Окажется меньше, тем лучше для нас.

Петр явно встревожился, воочию узрев силы неприятеля. Все-таки перевес был минимум пятикратный. Я же, напротив, обрадовался.

– Ничего, государь. Нам жалеть басурманов ни к чему. А уж своих изменников тем более. Чем больше на нас кинут, тем больше перебьем. Проблемы надо решать кардинально и сразу. Ты же не хочешь растягивать удовольствие на все лето. В день бить по одному отряду. Солдатики устанут. Без того война продлится несколько лет. У султана армий много. Мог бы сюда побольше стянуть. Чтобы нам не растягивать. Дел еще столько, а тут возись с ерундой…

Кажется, моя уверенность подействовала. Петр Алексеевич в военных вопросах мне доверял. До сих пор я его не подводил. Если обещал кого-нибудь разбить, то обязательно разбивал. Но я действительно в победе почти не сомневался. Некий процент вероятного поражения имелся, всего не предусмотришь, а полки – не пешки, и люди вдруг могут поступить не так, как должно. Например, удариться в панику, сплоховать. Однако зря, что ли, все эти годы мы учили войска? Вряд ли в нынешние воинственные времена хоть одна армия мира сравнится с русской по уровню тактической подготовки. Я уже не говорю о более совершенном оружии. Проиграть было бы стыдно.

Я обратил внимание, что турки стояли без каких-либо укреплений, то есть собирались не обороняться, а атаковать. Визирю была известна наша примерная численность, и он явно желал покончить с нами могучим ударом. Мир не без болтливых людей.

– А вон и Мазепа! – Меншиков указал на очередной появившийся в поле зрения лагерь.

Мы пригляделись. Дирижабль шел на высоте метров в четыреста. Вполне достаточно, чтобы в него не могли попасть даже случайно. Потому приходилось порою прибегать к подзорным трубам и к нашему старенькому морскому биноклю.

– Точно! Они! Изменники! – Петр взирал вниз как кот на мышь.

– А ведь они не так далеко от нас, – я-то злости не испытывал и потому оглядывал местность с практической стороны.

Почему бывший гетман предпочел остановиться в поле, а не в каком-нибудь селении, роли не играло. Может, не доверял местным жителям, может, старался подчеркнуть близость к простым казакам. Или просто большой шатер по нынешнему времени показался гораздо комфортнее имеющихся поблизости строений. Край небогатый, хоромы отыскать трудно. Особенно если на пару ночей. Все равно баталия разразится в ближайшие пару дней.

Зря это он. В отличие от османов Мазепа по своему положению видел не раз, на что способны мои егеря. Я отнюдь не собирался сводить войну к террору, один раз подашь пример, и остальным захочется, только былой гетман вполне мог считаться не полководцем вражеской армии, а тем, кем являлся на деле – обычным изменником.

– Подождите немного. – Дирижабль завис, а я торопливо набрасывал кроки лагеря и окрестностей.

– Это зачем? – поинтересовался Петр. – Может, бомбой его?

– Так нет больше бомб. Да и зачем? Ты же сам наградил Мазепу орденом Иуды. А награда должна найти героя, – пояснил я.