Кодекс самурая - Макс Глебов

– А средний и малый радиус?

– Средних роботы нашли одиннадцать штук. Это те, которые прошли все тесты. Именно средним радиусом батарея долбила по крейсеру, поэтому их так мало и осталось. А ракеты малого радиуса нам бесполезны. Их-то уцелело пятьдесят семь штук, но без пусковых установок их не запустишь.

Доклад Летры вызвал у меня противоречивые чувства. С одной стороны, безусловно, радовало, что теперь у нас есть серьезный аргумент против эсминца мятежников, а с другой, без пусковых установок ракеты ПКО теряли значительную часть боевой эффективности. Пусковая дает ракете начальный разгонный импульс и ведет ее своими системами сканирования и дистанционного управления, пока автономная система наведения не захватит цель с достаточной надежностью. Без всего этого, конечно, можно обойтись. С поверхности планеты ракету без пусковой установки не запустишь, а вот прямо из космоса – пожалуйста. Вот только разгоняться ей придется на собственных двигателях, что увеличит подлетное время и отрицательно скажется на максимальной дальности. Полет на одной десятой скорости света требует частичного погружения в гипер, а этот режим жрет уйму энергии, и если тратить ее на первичный разгон, в самый нужный момент ракете ее может просто не хватить.

– Роботы расчистили завалы и извлекают ракеты. Тебе нужно решить, что с ними делать дальше – на поверхности Луны они бесполезны.

– Будем поднимать их на орбиту. Там крутятся обломки крейсера мятежников. Попробуем спрятать ракеты среди них.

– Общая масса изменится. Это будет заметно. Придется лишние обломки стаскивать с орбиты, но в целом идея рабочая… Обнаружен противник! – голос Летры сорвался на крик. – Три миллиона километров. Идет под маскировочным полем. Это не малый разведчик – цель слишком крупная. Лейтенант, они решились на атаку! Мы не успеем ничего сделать.

– Куда он идет, к нам или к Земле?

– Пока непонятно – еще слишком далеко.

– Сообщи на Землю. Пусть объявляют воздушную тревогу в крупнейших городах. Сколько у нас времени?

– Минут двадцать. Может быть, двадцать пять. Зависит от его маневров.

– Бери контроль над ботом и сажай его на поверхность. Мне нужно хотя бы две ракеты дальнего радиуса на орбите.

– Мы не успеем. Их же еще придется как-то прикрепить, – возразила Летра, но команду вычислителю бота отдала.

– Ну так думай над этим!

– Уже думаю. Пока, правда… Стоп! Мощности двигателей бота вполне хватит, чтобы поднять с Луны одновременно универсальный проходчик и ракету. Сам «Монолит» может закрепиться под днищем бота с помощью своих манипуляторов, а шестью «лапами» обхватить и зафиксировать груз. Это почти не займет времени…

– Действуй!

– Выполняю! – в голосе Летры я с удивлением услышал злой азарт.

Бот вертикально падал на поверхность Луны. Серая равнина, обезображенная стеклянисто поблескивающими воронками, стремительно надвигалась, разворачиваясь в плоскость. Внизу уже без всякого увеличения были видны роботы, суетившиеся вокруг металлического цилиндра ракеты.

Торможение было настолько резким, что гравикорректор не смог полностью его погасить. Меня с изрядной силой вжало в кресло. Бот содрогнулся от довольно жесткого соприкосновения с броней проходчика, уже оседлавшего ракету – Летра не желала терять ни секунды.

«Монолит» вцепился манипуляторами в выступы на корпусе десантного бота, и Летра немедленно рванула машину вверх, стремясь максимально быстро достичь ближайшей группы обломков мятежного крейсера.

– Противник идет к Земле! Через три с половиной минуты будет на высоких орбитах. Ирс, с целью что-то не так… Параметры несколько отличаются от стандартных для эсминца. С учетом маскировочного поля данные поступают с большой погрешностью, но расхождения растут по мере сокращения дистанции.

– Перехватить успеем?

– Одной ракетой? Успеем, но для эсминца это даже не смешно.

– А для корабля поддержки?

– Считаешь, это не «Консул Пран»?

– Отцепляй ракету. Сама подумай, Хирч долго не решался соваться к планете, даже когда имел куда больше сведений о том, что творится в околоземном пространстве, а тут вдруг бросился в слепую атаку. С чего бы?

– Ракета готова.

– Твои сателлиты держат цель?

– Держат, но…

– Пуск!

В хвостовой части отпущенной на свободу ракеты возникло бледное свечение, мгновенно превратившееся в едва различимый росчерк, когда выведенный на максимальную мощность двигатель бросил ее к цели.

– Давай назад на Луну. Будем вытаскивать на орбиту остальные ракеты. Сейчас Хирч увидит, что мы почти безоружны и приведет к Земле эсминец.

– Противник спускается на низкую орбиту. Идет над Тихим океаном. Через двадцать секунд будет над Нью-Йорком.

– Прав был лейтенант Кри. Все происходит, как он и сказал. Первая цель– крупнейший город мира. Почти двенадцать миллионов человек…

– Автономная система наведения ракеты захватила цель. Ты прав, это не «Консул Пран». Десять секунд до удара… Плотный встречный огонь! У транспорта не должно быть столько пушек непосредственной обороны!

Отметка ракеты на голографической проекции совершила несколько хаотичных прыжков, пытаясь избежать попаданий. Несколько секунд это удавалось, но потом маркер мигнул и расплылся жирным кружком.

– Всё, – мрачно сообщила Летра. – Самоподрыв. Система наведения ракеты поняла, что не сможет уклониться от зенитного огня и подорвала заряд. Увы, слишком далеко. Защитное поле, скорее всего, отразило поражающие элементы и защитило цель от повреждений.

Я продолжал наблюдать за кораблем мятежников с помощью тактической голограммы. Противник находился уже над территорией США.

– Наблюдаю пуск противокорабельной торпеды класса «Онагр», -доложила Летра, хотя я и сам прекрасно видел, что происходит. – Изрядная дрянь. При удачном попадании может пробить поле и изрядно огорчить даже линкор последнего поколения. Только кто ее до линкора допустит…

– Сколько до удара?

– Пять секунд.

Орбитальные сателлиты с беспощадной точностью разворачивали передо мной картину последних секунд жизни огромного города. Засыпанный снегом Нью-Йорк вытянулся в небо шпилями небоскребов Манхэттена. Мегаполис с опустевшими из-за воздушной тревоги улицами словно бы сжался в ожидании удара, понимая, что отразить его он не сможет.

Я видел точку торпеды, рвущуюся к земле в ярко светящемся облаке плазмы. Никто не проектировал ее специально для применения в атмосферах планет, но такой режим все-таки предусматривался на случай отсутствия или выхода из строя штатных средств подавления противоорбитальной обороны.

Ослепительная вспышка затмила полуденное солнце. Огненный шар накрыл центр города. Через несколько секунд он потускнел и опал, оставив после себя огромную дымящуюся воронку, по краям которой громоздились уродливые остовы снесенных почти до основания домов и сплошное поле дымных пожаров, простиравшееся на несколько километров вокруг.