Герцог на счастье - Ива Лебедева

— Конечно, ваше высочество. — Капитан тут же вытянулся и замер, преданно моргая на принца. — Для меня большая честь выполнить вашу просьбу.

— Вас же, сударь, — хм, улыбка у его высочества вышла настолько милая, что даже у меня по спине пробежал холодок. А Роберта, которому она была адресована, явственно передернуло, — попрошу присоединиться к нам. Капитан, помогите лорду Уорбейну не потеряться.

Глава 65

Едва обе кареты остановились на площади перед храмом, его высочество высунулся в окно, обменялся с моим мужем какими-то знаками и снова скрылся за занавесками.

— Нам велено немного подождать, пока толпа схлынет после благословения, — перевел мне Кеннет жестикуляцию принца. — И если ты не против, я ненадолго тебя оставлю? Его высочество желает переговорить со мной наедине.

Ну еще бы я стала возражать принцу. К тому же Кеннет всю дорогу просидел как на иголках. Ему не терпелось разглядеть поближе, а еще лучше — ощупать своего спасенного друга. Поэтому я спокойно отпустила мужа.

Гаспар тоже вышел из кареты, как он сказал — прогуляться и осмотреться.

Так что мы остались в женской компании. Оно и к лучшему — после недавней истерики Селестина еле держалась на ногах, и ей требовалась моя поддержка. Она уже не плакала, но дыхание у нее было прерывистым, как у долго рыдающего ребенка.

Теперь я готова была ее искренне пожалеть — как бы ни накосячила бывшая подруга в прошлом, она попыталась все исправить. И у нее даже что-то получилось.

Мы просидели, обнимаясь, минут пятнадцать. А потом Селестина не выдержала и спросила:

— А тебе совсем неинтересно, о чем они там разговаривают?!

— Наверное, готовят новый заговор. — Моя улыбка вышла несколько злорадной. — Но я уверена, что, вернувшись, Кеннет мне все расскажет.

* * *

Вот только разговор, который вели между собой герцог Оттон Гемс и его высочество Нортридж-младший, не предназначался для женских ушей.

— Кеннет, я понимаю, у тебя не было выбора… Хотя ты даже на эшафоте умудрился подцепить молодую красотку! Но до меня дошли слухи, что все твое имущество теперь принадлежит этой женщине.

— И она прекрасно справляется с таким тяжелым грузом, в отличие от меня. Уверен, слухи про моего управляющего до тебя тоже дошли. — Герцог кривовато ухмыльнулся и пожал плечами. — Да и с заговором я попался, как наивный болван. Доверился Уорбейну, еще и прикрывал его от властей. Нет, Оливия гораздо лучше разбирается в людях. Это она организовала твое спасение, я лишь нажал на кнопку артефакта.

— И пробежался по дворцу в женском платье, — рассмеялся принц. — Ценю! Это достойная верноподданническая жертва. Но все же если ты хочешь развестись, то я королевской волей могу аннулировать все ваши соглашения, а любой из священников — разорвать вашу связь. Конечно, эта женщина получит и титул, и деньги…

— Этой женщине нужен я. — В голосе герцога проскользнули гордые самодовольные нотки. — Она была готова бежать со мной, бросив и титул, и деньги, и родственников. — И, отогнув рукав камзола, Кеннет продемонстрировал другу браслет перемещения. — Мне тоже нужна только она. Поэтому нижайше прошу тебя как представителя королевской семьи благословить наш союз. И спасибо, что согласился приехать на наше венчание.

— Твой посланник был не слишком-то деликатен, — снова рассмеялся принц. — Он буквально настаивал, что я должен тайно проследовать за вашей каретой и это важно для раскрытия заговора. Конечно, я не слишком сопротивлялся. Но напор меня поразил! Пожалуй, этого чрезвычайного уполномоченного следует назначить управляющим всей королевской канцелярией.

* * *

Не знаю, о чем там они разговаривали, но выглядел Кеннет вполне довольным, когда заглянул к нам с Селестиной предупредить, что все идет по плану. И он, как и положено жениху, ждет невесту в храме. А меня проводит его высочество, в знак особого расположения.

— Сударыня, — Нортридж-младший подал мне руку, помогая выйти из кареты, — позвольте высказать свою благодарность и восхищение. Но я все же вынужден спросить…

Мы медленно шли по мостовой в сторону красивого величественного здания с куполами, как у наших церквей. Селестина и Гаспар заметно отстали, а брат с женой ждали у входа в храм. Так что, можно сказать, мы прогуливались в полном одиночестве. И естественно, принц воспользовался моментом, чтобы меня проверить, прежде чем доверить лучшего друга.

— … в какую сумму я оцениваю свой брак с герцогом Оттон Гемсом?

— Вы на редкость проницательны. Или это я слишком предсказуем?

— Скорее, ситуация достаточно банальна. Вы догадываетесь, что я вам отвечу, не так ли?

— Даже если я предложу вам сумму, вдвое превышающую стоимость всего герцогства Оттон Гемс?

— Ого… вы очень щедры, ваше высочество. — Я рассмеялась. — Только мне уже много раз предлагали внушительные отступные за моего мужа. От вас я, правда, такого предложения не ожидала. Но отвечу как и всем: у вас не хватит денег, чтобы заставить меня отказаться от Кеннета. Он бесценен.

Нортридж-младший удовлетворенно улыбнулся и поцеловал мою руку.

— Совершенно с вами согласен. Теперь я абсолютно спокоен за своего друга.

Мы обменялись с его высочеством понимающими взглядами, а потом меня перехватил Винсент. Все же передавать невесту жениху полагалось родственнику или опекуну.

Ох… вроде бы не первый раз замужем. В прямом смысле слова. Та маленькая церквушка с разноцветными витражами навсегда останется в моей памяти самым волнительным и, несмотря ни на что, счастливым моментом.

Но путь по ковровой дорожке до здешнего богатого алтаря под руку с Винсом оказался ужасно длинным и удивительно коротким. Я опомнилась, только когда в третий раз сказала Кеннету «да» и сияющая петля божественного благословения затянулась узлом на наших руках. Меня вернул в реальность горячий поцелуй мужа.

Впрочем, к чему помнить что-то еще?

Особенно если сразу после свадьбы нас ждал не медовый месяц, а последняя битва.

Его высочество попросил нас с Кеннетом сопроводить его во дворец для разговора с королем. Да и капитан гвардейцев с приказом от регента никуда не делся.

Зато лорд Уорбейн покинул наше общество. Я сама проследила, как господин королевский уполномоченный Далтон Бонд защелкнул на его руках наручники и посадил в свой служебный экипаж. Что ж, туда гаду и дорога. Надеюсь, обвинений хватит для прямой дорожки на эшафот.

Винсент, Гаспар и вверенная их заботам Селестина были отправлены домой. А мы поехали во дворец. Творить добро и причинять справедливость. Если получится.

В карете,