Наследник судьбы - Алексей Бессонов

– Готовность минута! – сообщил из ходовой рубки Брентен.

«Ну, вперед, – сказал себе Торвард, – вот я и добрался до тебя, подонок…»

Белая стена на экране с тяжким грохотом отстрелилась в пазы – рука Королева рванула на себя сдвоенную рукоять акселератора, и катер выпрыгнул в темно-синее вечернее небо. Картинка закрутилась, со звоном сработали стабилизаторы, возвращая катер в горизонтальное положение, – машину заколотило в тепловых потоках уходящего вверх линкора, и кругом, по всей площади сектора носового обзора, точно так же колотило десятки черных острокрылых теней, выскользнувших из стального чрева «Валькирии».

– Разобраться по высотам! – приказал Торвард. – Расстояние до финиша – сто десять. Внимание эшелону «А» – сейчас внизу появятся комплексы.

Катера растянулись в небе двумя ровными полумесяцами, в середине верхнего, несущего в своих деках танки, шел катер командира. Нижний, эшелон обеспечения, отстал, сбросил высоту и неожиданно, сжав «рога», рассерженным роем упал на раскрывающиеся норы ракетных шахт. В небольшом вытянутом экране заднего обзора вспыхнуло малиновое зарево.

А впереди появились светлые башни. Торвард скрежетнул зубами:

– Внимание! Бьем стволами пристрелки – только поджечь, не разрушать! Помните, нам нужна паника!

По экрану полоснули сотни тончайших голубых стрел – фланги эшелона, идущие на сотню метров выше центра, открыли огонь первыми. Руки Дитца метнулись к пульту. Изящные белые строения засветились крохотными оранжевыми огоньками – казалось, в башнях проснулись люди, включили свет… да только не было у них такого количества окон.

Костры полыхали уже и в парках, в аккуратных лиственных рощицах, от попаданий вспыхнула трава на лугах. Полумесяц нападающих промчался над горящими зданиями, неровно развернулся, ударил снова – и пошел на снижение. Катера садились везде, где могла поместиться машина с убранными крыльями. Через пять минут после начала атаки все площади и игровые поля перед дворцовыми постройками были заняты черными птицами. Из расположенных в корме деков с ревом выползали танки.

Торвард вел катер по кругу, высматривая место поблизости от самого высокого строения, – он знал, что именно там, в главной башне гнезда, должны находиться приближенные лорда – его женщины и управляющие леном. Завершив круг, он бросил катер на неровное поле для конных игр.

– Грунт не выдержит, милорд, – предостерегающе воскликнул Дитц.

– Не важно! – рявкнул Торвард, отдавая штурвал от себя.

«Трехсотый» опустился; тотчас же просели обе носовые опоры – задние, однако же, удержались, и Ровольт, не теряя времени, отвалил вниз слип танкового дека. Катер качнулся. Задние опоры немного ушли в землю, но это уже не играло особой роли. Танк вышел – а раз вышел, значит, сможет зайти обратно.

– Энджи и Берт – на месте! – скомандовал Торвард, открывая бортовой люк.

– Нет, – девушка упрямо мотнула головой и потянулась руками к подбородку, застегивая ремень шлема. – Я с тобой.

Торвард помедлил на пороге.

– Ну ладно! Живо!

На белой мраморной площади перед ажурным семиэтажным зданием кипела последняя фаза боя. Чей-то танк с разгону взлетел по широченной парадной лестнице, снес заостренным носом полыхающие двери и застрял в проломе, будучи не в силах развернуться – толстые каменные стены сопротивлялись натиску ревущих двигателей. Защитники башни стреляли из окон пятого и шестого этажей, их ряды уменьшались на глазах, выбиваемые прицельным огнем трех стоящих на площади танков. Ровольта здесь не было: он умчался через редкую рощицу в сторону пожираемых огнем казарм гнездовой стражи – туда, где летящие напролом танки наткнулись на неожиданно яростную и организованную оборону.

Выскочивший из катера Торвард моментально оказался в плотном кольце безликих десантников, покинувших при виде командира свои танки. Забежав за широкую корму катера, он осмотрел поле боя. В танках находилось не менее пятнадцати тяжеловооруженных людей, и их стволов вполне хватало для решающего штурма. Прибытия стражи Королев не опасался – он был уверен, что Ровольт разнесет казармы в пыль, не выпустив из них ни одного человека. Придурок в дверях тем временем сумел-таки расшатать стену, и его танк, победно заревев моторами, нырнул в темную глубину горящего холла. Путь был свободен.

«Ну и народ же у меня! – пронеслось в голове Торварда. – Это ж придумать надо было! Совсем ошалели».

– Атакуем! – крикнул он. – За мной, бегом, бегом!

Хлопок забрала – и белые плиты рванулись навстречу. Отряд взбежал по раскуроченной гусеницами лестнице, втянулся в затянутый дымом холл. Торвард переключил шлем на сонарную графику – в дыму он видел лишь корму стоящего посреди холла танка да горящие контуры дверных проемов. Появившаяся на внутренней стороне забрала картинка прояснила ситуацию. В танке все еще находился экипаж – верхняя башня упорно садила в правую от входа стену, сквозь дымный туман летели куски горящей золоченой штукатурки, гранитные брызги и какие-то непонятные ошметки.

– Шестнадцатый! – позвал Торвард, разглядев номер на борту закопченной машины. – Прекратить пальбу!

– Оттуда все время лезут какие-то люди, – меланхолично ответил ему водитель. – Они меня заколыхали.

– Убирайся отсюда! – зарычал Королев. – Живо!

– Есть убраться! – Танк заскрипел гусеницами по битому стеклу и осколкам кирпичей, аккуратно попятился к выходу.

– Туда! – Торвард махнул рукой в сторону выбитого пушками пролома и сбросил «нокк» с предохранителя.

За огромной дырой в некогда вызолоченной стене обнаружилась полуразрушенная лестница – часть пролета была вынесена ко всем чертям вместе с фрагментами противоположного перекрытия: Королеву на секунду показалось, что пушки танка прорубили сквозную дыру через весь первый этаж, и он этому нисколько не удивился – но узкая ступенчатая дорожка все-таки уцелела, повисла, покосившись на профилях арматуры, и вполне могла выдержать человека.

– Поехали, аккуратно!

Следующий пролет уцелел, разрушения закончились на первом этаже. Длинный коридор был пуст: возможно, люди прятались в запертых помещениях, но Торвард не счел нужным их обыскивать. Сперва надо было расправиться с последними стрелками на верхних этажах. Танкистам никак не удавалось их достать, шум выстрелов, доносящийся с площади, не утихал, и дело могло затянуться надолго.

Торвард бросил свой отряд вверх по застланной ковром лестнице. Они остановились перед пятым этажом: в коридоре звонко грохотали излучатели, холодный ветерок, гуляющий меж разбитых окон, отчетливо тянул кровью и горячим металлом.

Люди замерли на ступенях, ожидая команды. Энджи опередила Торварда, осторожно высунулась из-за угла, повертела головой и вернулась обратно.

– Их там семеро, – сообщила она. – Но это не все – кто-то сидит и на шестом – ты слышишь?

– Да… ну что, решаемся?