Финт - Терри Пратчетт

Лицо Финта сияло простодушным интересом. Сэр Роберт между тем продолжал:

– Разумеется, я послал своих людей на месте выяснить все подробности этого ограбления и умышленного вандализма; похоже на то, что еще до пожара колесо кареты было повреждено, но преступник, по-видимому, нацарапал поверх герба на карете имя «Мистер Панч». Я должен предположить, что вы, безусловно, ничего об этом не знаете?

– Так ведь, сэр, как вы сами помните, тем вечером мы были на торжественном званом ужине, – жизнерадостно напомнил Финт. – Я вернулся домой вместе с Соломоном; я уверен, он подтвердит мои слова, если потребуется.

«Интересно, – подумал он, – а соврет ли Соломон полицейскому ради меня? – И в голове молнией пронеслась мысль: – Да Соломон наверняка врал полицейским по всей Европе, при полной поддержке Господа, и в присутствии полицейского небось затруднится вспомнить, какого цвета небо».

Сэр Роберт улыбнулся, но в улыбке его не ощущалось теплоты, а барабанная дробь пальцев зазвучала настойчивее.

– Мистер Финт, я ни минуты не сомневаюсь, что мистер Коган именно так и скажет. А раз уж мы затронули эту тему, вы, случайно, ничего не знаете о некоем еврейском джентльмене, который не далее как нынче утром оставил для меня в приемной сверточек с документами? По словам дежурного сержанта, он положил сверток на стол и поспешно шмыгнул за дверь, и даже имени своего не назвал. – Воспоследовала очередная улыбка без тени веселья. – Безусловно, в общем и целом, все престарелые еврейские джентльмены в черных одеждах похожи друг на друга в глазах любого стороннего наблюдателя, за исключением их родных и близких.

– Надо же, никогда об этом не задумывался! – подивился Финт. Он откровенно наслаждался происходящим, равно как отчасти и сэр Роберт, пусть и на свой каверзный лад.

– То есть вы ничего не знаете, – подвел итог сэр Роберт. – Вы ничего не знаете, ничего не слышали, и, разумеется, вас вообще там не было. – И добавил: – Любопытные документы, чрезвычайно любопытные. Особенно в свете нынешних дебатов. Неудивительно, что посольство требует их назад. Но я, конечно же, понятия не имею, где они. Надеюсь, Соломон вам сообщил приблизительную стоимость вашей добычи?

– Что, сэр, простите, сэр? Соломон при мне ни про какие документы не упоминал, а я их в глаза не видел, – заверил Финт, думая про себя: «Да за кого он меня принимает? За младенца несмышленого?»

– Да-а-а-с, – протянул сэр Роберт. – Мистер Финт, вам доводилось слыхать присловье: «Так остер, что того гляди сам порежется?»

– Доводилось, сэр; так я ж с ножами очень осторожен, сэр, не сомневайтесь.

– Рад это слышать. Вы можете идти. – Но едва Финт взялся за дверную ручку, сэр Роберт обронил: – Второй раз вам это с рук не сойдет, молодой человек.

– Ясное дело, сэр; так я и в первый-то раз ничего такого не делал, – откликнулся Финт. Головой он не покачал, разве что мысленно. «Да-да, они всегда ждут, чтоб вы поверили, будто уже в безопасности, и тут как набросятся! Чес-слово, даже я мог бы научить их паре-тройке фокусов!»

Финт вышел из Скотленд-Ярда и весело проорал, едва переступив порог:

– Я ж вам говорил! Не к чему вам придраться, парни, я вообще ни при чем! – Но про себя подумал: «Итак, часы тикают. Правительственные часы. Часы Анонима. И мои. Для Симплисити будет лучше, если мои пробьют первыми».

А что Аноним? Здесь Финт задумался. Его единственное описание сводится к тому, что этот человек всякий раз выглядит по-разному… И как такого прикажете опознать? Но юноша утешал себя мыслью: «Дело близится к развязке, а Анониму еще только предстоит все обо мне выведать и узнать, где меня искать. Ему придется непросто». Это Финта не вполне успокоило, потому что он тут же вспомнил: Аноним – профессиональный убийца, его, по-видимому, нанимают устранять всяких важных особ; а уж сопливого тошеренка он играючи прихлопнет!

Финт на минуту задумался – и произнес вслух:

– Я – Финт! Так что пусть попробует – все зубы пообломает!