Йона - Фред Скарди

Шейла кивнула.

— Раз все так обернулось... — сказала она. — Нас никто не будет спасать, кроме нас самих. Смогла бы ты запустить все это обратно?

— Не знаю, — пожала Йона плечами. — Я даже не понимаю, что именно происходит.

Шейла вздохнула, подошла к Йоне, обняла.

— Найди Маркуса. Я же попробую организовать спасение наших. — Вместе с девушками Шейла пошла к выходу.

Йона тяжело вздохнула и пошла в направлении лож. Ей казалось, что будет множество трупов, но Арена была пуста. Видимо, казненных сразу уносили.

Если бы ей и правда удалось запустить системы города — вся эта система рабства вернулась бы на круги своя. Но если корабль не восстановит функциональность — многие, если не большинство, погибнут. «Выбор есть всегда...» — снова вспомнились слова мамы. Сейчас они были как насмешка над действительностью. Реальность сурова, иногда нет никакого выбора.

— Йона! Йона!

«Мне кажется, или я слышу...», — не веря собственным ушам и глазам, Йона побежала.

МАРКУС!

Откуда-то из-за трибун в районе верхней ложи вышли двое: ее Маркус и рядом, оперевшись на него, ковыляло существо в полтора раза выше. То самое, которое она видела вчера на Арене, справа от Амарок. Не помня себя от счастья, Йона прибавила ходу.

— Это — Бурхан, — сказал Маркус, когда она достигла их — они уже были внизу, у бортика, и Йона перемахнула через решетку. — Он спас меня.

Она захотела обнять Маркуса, но ей было неловко перед Бурханом. Парень отпустил модификата и приобнял ее.

- Привет, моя «марсианка»! - произнес он.

Она вскинула глаза.

- Да, я знаю, - сказал ласково он и коснулся губами ее лба.

- Твой секрет вышел из-под контроля, - усмехнулся Бурхан. — Наконец-то вживую вижу легендарную Йону.

Голос его был приятным, напоминающим густое женское контральто. Он был одет в тот же красный балахон, что и вчера, правда теперь уже с порезами. Тот же золотистый пояс, те же две длинные, тугие косы бурого цвета, розово-красная кожа, и невероятно зеленые раскосые глаза. Йона невольно залюбовалась, существо для своего вида было прекрасно.

— Здравствуйте... — сказала Йона. — Что случилось? — спросила она, показывая на ногу, которую Бурхан немного поджал.

— Пришлось расправиться с охраной, чтобы выбраться и вытащить его. — Он кивнул в сторону Маркуса. — Ты сможешь остановить гибель города? — Бурхан окинул взглядом Арену.

— Не знаю, — сказала Йона. — А что произошло?

— В системах управления появился неизвестный вирус. Сработала защита, теперь она же не дает запустить все обратно. Сможешь сделать это так, чтобы у мутантов больше не было управления?

Бурхан переминался с ноги на ногу. Йона не просто видела, но и физически ощущала, как ему больно.

— Гравитонные машины Дигнити и Онора будут удерживать Либерти, пока не пройдет эвакуация модов и части необходимого человеческого персонала, а «простых» никто спасать не будет, — сказал он. — Для модов они — расходный материал. Если твой дом горит — ты же не побежишь туда спасать тараканов. — Он кисло улыбнулся. — Высказывание не мне принадлежит, мутанты так рассуждают, но не я.

— Я имела опыт взаимодействия с программными вирусами. Не очень хороший. Но я попробую.

— Хорошо, — сказал Бурхан. — Что нужно делать?

— Надо попасть в сеть, — ответила она.

— Отведу тебя к ближайшему работающему терминалу. Почему-то на периферии, в промышленных зонах пока есть еще места с питанием, — сказал Бурхан. Он огляделся, посмотрел на решетку. — Сломать бы это. Неохота обходить по кругу и терять время.

— Путь неблизкий, так что, давайте я сначала помогу вам с ногой, — сказала Йона и присела, приложив руку. На уровне ее глаз теперь располагались запястья Бурхана, и она с удивлением отметила на них едва уловимую деформацию кожи в виде номера. Угадывалось 5L322.

Через несколько минут Бурхан задвигал больной ногой, как обычно. Поблагодарить Йону он не успел. «Опасность!» — крикнул Маркус. Йона метнула взгляд в указываемом им направлении. По песку Арены к ним неслось существо, которое на ходу, из человека превращалось в огромного волка, вдвое выше самого себя до трансформации. Зверь с легкостью перепрыгнул через решетку.

— Мункар! — с ненавистью выкрикнул Бурхан. — Как же я мечтал об этом дне, пожиратель детей! А где Накир? Тоже где-то здесь? Подай его мне сюда! Я вас обоих убью!

— Предатель, — выкрикнуло существо, ударом сбило Йону и набросилось на Бурхана. Тот мгновенно вскочил и вступил в схватку. В бою они выглядели равными по силе, но у Амарока было преимущество в острых длинных клыках и мощных когтях. Сразу же одежда Бурхана была разорвана еще в нескольких местах, появились раны, из которых сочилась кровь.

Йона стряхнула с себя первоначальное оцепенение, взяла Маркуса в охапку, перепрыгнула с ним за решетку, а сама решила вернуться Бурхану на выручку.

Йона... Йона... Дочь Ареса! Остановись!.. Подумай о Маркусе...

Голос в голове принадлежал Сотеру, зов доносился будто с периферии ее сознания, и при этом источник казался засевшим глубоко внутри, где-то рядом с ее «Я» - он снова хотел получить над ней контроль.

— Смотри! — услышала она крик Маркуса. Он показывал вверх. Но и так, по звуку корабля было понятно, что легат вернулся в город — над Ареной завис его треугольный «шариот».

— Бежим! — крикнула Йона, обхватив Маркуса.

Сверху прилетело несколько выстрелов, которые благодаря защите Йоны не достигли цели. «Колесница» тем временем приземлилась перед дырой в решетке, загородив выход с Арены. Из-под корабля возникла та самая огромная «жаба» с рогами, которую Сотер гладил в первый день Игры — причем двигалась она довольно юрко, несмотря на кажущуюся собственную громоздкость. Далее появился сам легат.

«Давай, маскота, принеси его мне!», — услышала Йона телепатический призыв Сотера к своему питомцу. И одновременно почувствовала, как Сотер уже каким-то новым способом пытается «залезть» ей в голову и подавить ее волю.

В несколько мощных прыжков «жаба» оказалась в опасной близости от них. Ее пасть разверзлась, словно огромная бетономешалка, и прежде, чем Йона успела отпрыгнуть вместе с Маркусом, та выстрелила невероятно длинным языком и обхватила юношу. Вельзебуф потянул его к себе с огромной силой. Маркус вскрикнул и Йона в страхе, что Вельзебуф разорвет его, пытаясь