Ботан - Ростислав Корсуньский

Мы с девчонками появились на их поляне внезапно и сразу все вместе. Там как раз находилась Малышка с одной из самок, поэтому все видели своими глазами. Черная вспышка, и мы здесь. Девушки уже лежали, а я падал. И только сейчас я сообразил, что потерял артефакт. Быстро разорвав контакт, я оглянулся, и, найдя место нашего появления, направился туда. Мой «прут» так и лежал в траве — подняв его, я вернулся к разговору. Оставалось, правда, немного — нас перенесли под дерево и стали дожидаться пробуждения, а Малышка меня периодически вылизывала.

Я хотел уже оторваться и рассказать все девушкам, как мой собеседник меня ошарашил.

— Ты когда научишься становиться одним из нас?

Я несколько раз переспросил его, правильно ли я его понял, что могу превращаться в них, но он ответил, что я должен научиться не превращаться в пантра, а принимать боевую форму. Я долго расспрашивал его, несмотря на то, что понимать мысли и образи хищника начал очень хорошо. Оказывается, мой организм стал такой же, как у них. Они просто-напросто чувствуют это. При первой нашей встрече я лишь начинал превращение, поэтому он сразу не учуял этого, и пришлось принюхиваться. А сейчас почти полноценная особь, и меня любой пантр учует за километры. Точного расстояния я не знал, но «бежать на полной скорости надо было бы триста ударов сердца». Сердце у них, конечно, стучит часто, но и скорость такая, что мама не горюй.

Ментально я научился общаться, пусть и на очень близком расстоянии пока, теперь надо учиться принимать боевую форму. И показал какую.

Я впервые так близко видел, как его шерсть превращается в гибкий вороненый металл. Оглянулся на девушек и широко улыбнулся от выражений их лиц. Три изумленные мордашки смотрели на принявшего боевую форму хищника. Я попробовал рукой — теплый гладкий металл. Он сказал, что девушки могут попробовать ударить его мечом или атаковать заклинанием. Литтанна обнажила один клинок и осторожно ткнула пантра в бок — меч отскочил. Затем девушка отошла и атаковала небольшим огненным шаром — молниеносный взмах лапой и заклинание просто растаяло.

Девушки за какие-то пару мгновений задали мне больше десятка вопросов, но я, отмахнувшись от них, продолжил разговор. Попытался узнать, как это могло произойти, но он не знал, да и выяснять не имел никакого желания. Это есть — значит, я пантр. А мне внезапно вспомнился случай, когда я раненую хищнцу притащил к источнику с живой водой. Она тогда впилась когтями мне в плечи и наша кровь смешалась. Вот тогда-то и специальные бионаночастицы попали в мой организм. Или как правильно назвать то, что попало. Тогда все сходиться — во время первой встречи их было у меня очень мало, но они сами воспроизводятся и по каким-то заложенным в них алгоритмам принялись перестраивать мой организм. Отсюда у меня и ночное зрение, и умение мягкого передвижения, и, наверняка, появится все остальное. Честно говоря, я бы не отказался ни от специальной брони, ни от когтей, разрушающих заклинания. Когда я ему сказал об этом, то тот заявил, что постарается мне помочь.

А спустя пару минут, на меня насели три девушки, любопытство которых к этому моменту было выше Эвереста. Я им рассказал о разговоре, так они все без исключения заговорили о том, что и им необходима такая же броня. И по новой насели на меня с вопросом: «Где я ее получил и надо бы туда вновь наведаться». Но, если Литтанне и Тае я доверял полностью и рассказал бы реальную историю моего появления здесь, то к гноме такого доверия не было. Поэтому отделался условием, что как только у меня появиться возможность брони, так сразу и сообщу им. Тем более что у меня присутствовала уверенность, что без источника живой воды в этом случае не обойтись.

Затем девушки принялись за готовку, а меня взял в оборот отец семейства. Он снова потребовал контакта, а потом в меня полилась информация по его ощущениям, когда пантр переходил в боевой режим. Я так понимаю, что это должно мне помочь освоиться с новыми возможностями. Признаюсь честно — я сразу же попытался вызвать у себя похожие ощущения, и у меня, естественно, ничего не получилось. После этого он передал охотничьи навыки.

Три дня мы приходили в себя, а на четвертый двинулись в сторону города гномов. За эти дни я хотел договориться с артефактом, но, кроме как теплоты, ничего добиться путного не сумел. Точнее, он преодолевал защиту всех девушек, когда я как бы атаковал их, но чего-то вроде купола защиты, я так и не сумел вызвать, не говоря уже о портале.

До Дортуунга мы добрались без происшествий. Еще бы! Ведь почти весь путь с нами шла пантр, заставляя всех встречных хищников, и не только их, разбегаться. Охотилась тоже исключительно она. А когда прощались, она сказала только одну фразу: «Береги свой прайд», и скрылась. Девушки заметили мое ошеломление, а когда сообщил им все, так расхохотались, а затем еще всю оставшуюся дорогу до города подкалывали.

Когда проходили ворота, демонесса рассказал, как здесь все выглядело после прорыва Хаоса, а сейчас вообще ничего не говорило о том событии. Направились прямо к гавани, дорогу к которой она знала очень хорошо. А вот там нас ожидало разочарование — только через четыре дня будет идти судно. Пришлось поселиться в гостинице недалеко от пристани. Сейчас Кларисса пришла в наш номер и девчонки принялись обсуждать вопрос, следует ли возвращаться в эльфийскую академию? Гнома, так с содроганием говорила, что не хочет, Литтанна также придерживалась этой позиции, хотя и утверждала, что, если эльфы потратятся на серьезную защиту, то такого больше не произойдет. Также демонесса нам сообщила, что в месте прорыва Хаос оставляет нечто вроде метки, и позже часто происходит прорыв именно там. Кто-то утверждает, что это не просто метка, а своеобразный прокол или трещина, поэтому и легче здесь сделать разлом. А этот город гномы укрепили при помощи своих рун.

— Ботан, — обратилась ко мне Тая, — а ты что думаешь? Куда нам лучше идти учиться?

А я как раз пытался разобраться в себе. Меня постоянно грызло чувство необходимости возврата к эльфам. Вот я пытался понять причину.

— Да вот думаю, что надо возвращаться, — глядя на свое оружие, сказал я. — Знаете,