Игра без правил - Алекс Орлов

В начальственный кабинет на самом вернем этаже бетонной высотки ворвался офицер разведывательного отдела. Он столько дней провел на рабочем месте без душа и регулярного питания, что теперь, когда удалось засечь объект, презрел всякие условности.

– Сэр, мы его засекли! Мы его поймали!..

Но, натолкнувшись на строгий взгляд скучающего начальника, офицер остановился, поправил китель и пригладил волосы.

– Что у вас, майор Квазик?

– Сэр, мы сумели засечь этот автомобиль.

– Что за автомобиль?

– Он уходил от всех фильтрующих постов полиции и национальной гвардии и теперь оказался на дороге в Лапуту.

– В Лапуту?

– В Лапуту, – повторил Квазик.

– Отлично. Кажется, это…

– Заброшенная база, сэр. И совершенно пустой город. Можно высадить туда батальон спецназа, и они все прочешут.

– Все прочешут, – повторил генерал, криво усмехаясь. – А что скажут про нас коллеги?

– Ну… А что они могут сказать? Они провинциалы, сэр. А у нас главное управление, между прочим.

– Я начальник, ты дурак?

– Примерно так.

– Ладно, что удалось выяснить?

– К сожалению, сэр, информация со спутников поступает с задержкой – обработка на сервере, приоритет задач, то да се.

– По делу, Квазик! – не сдержался генерал.

– Прошу прощения, сэр. Одним словом, теперь мы знаем, что объект был вынужден забраться в Лапуту.

– Что представляет собой это… эта Лапута?

– Был городок на двенадцать тысяч населения, включая военных и членов их семей. Они обеспечивали проводку до добывающих территорий. Когда добыча прекратилась, партизаны ушли – грабить нечего. Потом ушли и военные, им сократили бюджет. А затем хлопнулся и весь город, жизнь там прекратилась.

– Это очень занимательно, но зачем туда устремился наш объект?

– Ему некуда деваться, сэр, он попался. Разрешите, я домой пойду, а? Очень помыться хочется.

– Идите.

Начальник сомкнул веки, подождав, когда за майором закроется дверь. Потом надавил кнопку интеркома:

– Журбена ко мне.

– Слушаюсь, сэр.

Начальник снова прикрыл веки, прислушиваясь к окружающим звукам – тарахтению генератора на двадцать шестом промышленном этаже. Там проводили финишную сборку сервера и не могли положиться только на одну лишь энергетическую сеть.

А еще лифт – трень-брень. За что он там задевает в шахте? Холифилд дважды вызывал службу ремонта, но они ничего не нашли, и снова – трень-брень. Причем не всегда, а лишь иногда. Стоит смежить веки и – трень-брень. Холифилд даже выбегал в лифтовой холл, но возле шахты этот противный звук пропадал. А когда генерал возвращался в кабинет, звук появлялся вновь.

Наверное, это какая-то медицинская проблема и следовало обратиться к врачу, но… Но военные врачи такими пустяками не занимались, им подавай законченных шизоидов или сквозные раны, а гражданские специалисты – им требовался допуск и последующая ликвидация. Так никаких врачей не напасешься.

Примчался Журбен – капитан спецназа при главном управлении министерства безопасности. После ранения он слегка приволакивал ногу, и хотя внешне это было незаметно, генерал по звуку определял приближение Журбена.

Едва распахнулась дверь и показалась квадратная фигура, Холифилд махнул рукой, останавливая капитана с распахнутым для доклада ртом.

– Не нужно, приятель, просто послушай, что я скажу, – сказал он, и Журбен какое-то время стоял с открытым ртом, а когда закрыл его, это стало знаком, что он готов принимать информацию. – У тебя двенадцать часов, капитан. Ты должен прибыть в Лапуту, это на Фармапласте. Прибыть и возглавить операцию по поимке чрезвычайно опасного преступника. Он нужен нам живым или доступным для идентификации.

– Я понимаю, сэр, но пока я буду добираться…

– Пока ты добираешься, на месте будут сформированы необходимые силы, командовать которыми ты сможешь уже в пути.