Война - Ираклий Берг

2. Спорные территории непременно послужат причиной для новых войн, если кому-либо достанутся.

3. Для предотвращения подобного развития событий необходимо создать отдельное государство. Ни тем и не тем. Таким образом вопрос будет снят, ведь ваши враги останутся ни с чем, чего вы все и добиваетесь.

Был там еще четвертый пункт, но он не лег на бумагу и циркулировал устно. Что-то про то, что Англии надоело ждать когда все устаканится и вообще торговля стоит.

Вскоре Национальное Собрание приняло Конституцию и появился Уругвай.

Лондон высоко оценил результаты работы посланника, которую тот сам воспринимал как занятное приключение между зарисовкой долин Патагонии и партией в карты с испанским генералом по дороге домой.

Виконт получил новое предписание и прибыл в мятежные провинции Нидерландов. Здесь он было едва не расстроился.

— Всё очень просто, друзья мои! — радушно приветствовал он посланников городов. — Первым делом необходимо создать Временное Правительство.

Посланники смутились. Временное Правительство уже было создано.

— Как? — поразился англичанин.

— Увы! — подтвердили посланники, вводя виконта в курс дела. Сперва было Революционное Правительство. Затем подумали и оно стало называться Временным Правительством. Затем ещё подумали и оно стало ЦК — центральным комитетом. Комитет объявил Независимость и выборы в Национальный Конгресс.

— А Конституция? — воскликнул лорд.

— Разрабатывается специальной комиссией. Вы понимаете, — робко заметил самый смелый их представителей, — дело в том, что вы здесь не первый англичанин.

— Зачем же меня отправили? — удивился Джон. Вскоре, впрочем, он понял. Независимому государству требования правильный король. Виконт вступил в игру и добился очередного успеха. Предложенный кандидат устраивал новых подданных тем, что не имел никакого отношения ни к Франции, ни к Голландии, все его интересы находились в Англии, а значит он совершенно незаинтересован ни в каких территориальных уступках кому бы то ни было, что очень важно для любого новообразованного государства.

Так появилась Бельгия.

Далее виконт полгода прослужил в Неаполе, где не обнаружил ровным счетом ничего интересного кроме архитектуры, и получил затем должность посла Великобритании в Стамбуле.

— Мой лорд, они здесь.

— Я вижу только вас, Дэвид.

— Русские! Русские здесь!

Понсонби прищурился. Вид человека почти ворвавшегося к нему был забавен.

— Запомните, Дэвид. Пока я здесь представляю своего короля, русских тут нет и не будет. Дальнейшее будущее более туманно.

— Ах, вы не понимаете! — человек дрожал от возбуждения, едва не заламывая руки.

— Сядьте, Дэвид, сядьте. Выпейте хересу и успокойтесь.

Человек подчинился с видимой неохотой. Манеры Дэвида Уркварта оставляли желать лучшего, но виконт редко обращал на то внимание.

«Бедный мальчик, — подумал он изучив его личное дело, — бедняга получил воспитание в Европе, и то непонятно какое, без отца. Вот результат.»

Уркварт недавно стал секретарём посольства, но знакомы они были и раньше. Дэвид трудился в торговом представительстве Англии, а внимание к себе привлёк ещё во времена войны в Греции.

Привлеченный движением Спасения Эллады он отправился воевать. Оглядевшись, примкнул к крайним националистам. Одной войны для молодого человека оказалось недостаточно, и он открыл второй фронт. Днем стреляя в турок или «неправильных» греков, вечерами Дэвид писал письма полные силы и ярости, требуя от Лондона оказывать наибольшую поддержку Греции.

Лондон оценил предлагаемый пыл и приставил его к делу переговоров с османами. Там незаметно произошло изменение. Дэвид отправился к туркам врагом, но вернулся другом.

— Ничего. Теперь-то они попляшут.

— Что вы имеете в виду, Дэвид?

— Уважаемый сэр. Мой лорд. Я имею в виду то, что всего в пяти домах от нас сейчас сидят русские. И знаете, мне кажется я знаю, что они сейчас делают, мой лорд.

Понсонби не торопясь раскурил гаванскую сигару.

— Что же, Дэвид, просветите меня. — виконт ловко пустил колечко дыма. — Что же они там делают?

— Они смеются над нами, мой лорд. Вот что!

— Смеются? Русские? Должно быть у вас жар, Дэвид. Уверяю вас, русские совсем не умеют смеяться. Они и улыбаются с трудом.

— Вы издеваетесь надо мной! — Уркварт почти лишился самообладания, с силой вжимая пальцы в край стола.

— Вы ошибаетесь. — ледяным тоном отозвался виконт. — Это вы издеваетесь над собой.

Уркварт понял, что перегнул.

— Прошу вас извинить меня, мой лорд. Действительно, эта новость помутила моё сознание.

— Это прискорбно, Уркварт. Тем более, что в вашей новости нет самого главного, а именно самой новости.

— Что вы имеете в виду, сэр?

— То что это такая же новость как закат или восход Солнца. Разве русские не должны были отправить миссию к султану? Должны были. Они её отправили. Она прибыла. Вот и всё. Что в ней собственно нового?

— Хотел бы я обладать вашей выдержкой и невозмутимостью, достопочтимый виконт. Увы — я лишь простой человек, почти как те моряки в пабе старого боцмана.

— Не имел чести посещать данное заведение. Но вот они прибыли, эти русские. Что дальше?

— Как это что? — не понял секретарь. — Я лично вижу нашей задачей всеми силами мешать им. Или я не прав?

— Во всяком действии существует цель, дорогой Дэвид. Действие лишенное цели не может по существу именоваться действием. Помешать. Вы, как и я, как и любой человек в Стамбуле, отлично понимаем задачу русской миссии. Вы предлагаете им помешать. Допустим. Что это нам даст?

— Войну.

— Дэвид… — разочаровано протянул Понсонби.

— Вы несогласны? Но ведь это идеальный шанс.

— Дэвид, — уже мягче повторил виконт, — вы сейчас говорите только свое мнение, или столь любимого вами Решида-паши?

Уркварт заёрзал на стуле.

— Паша наверняка считает так же как я.

— Вы можете за то поручиться?

— Мой лорд, я вас не понимаю.

— Всё вы отлично понимаете, Дэвид. — виконт с наслаждением пустил ещё несколько колечек. — Потому и вбежали сюда как рвущийся к выпивке матрос в пабе этого… как его… не суть важно. Вы просто дурак, дорогой Уркварт.