Судьба - Влад Матт

– Да.

– Ну, так дуй за ним. Да побыстрее. Только нужно чистое и желательно большое, а то сейчас принесёшь тряпку с кухни. Знаю я твою способность соображать.

Жорик молча, развернулся и оставил Павла одного. Паша дождался, когда, Жорик зайдёт за угол дома, убедился, что девчонок ещё не видно и никто не идёт, снял трусы и надел шорты. Сложив нижнее бельё в небольшой прямоугольник, он их понюхал и сказал:

– Дурная привычка.

Положив трусы на один из шлёпок и, раскачиваясь на краю шины, закричал:

– Раз, два, три!

Спиной он нырнул в колесо и достал до дна. Часть воды вылилась на землю, и шлёпки немного отплыли от шины.

Стас с Кирой, выходя из участка, побрели по улице, освещая себе дорогу фонариками телефонов. В соседних дворах свет не горел. Все дома были одинаково убогими. У многих был завален или уже лежал на земле забор. Многие дома выглядели хуже, чем дом Жорика. У них не было окон или вместо стёкол весели пакеты. Сухая трава выросла больше метра. Складывалось впечатление, что деревня заброшенная и здесь вообще никто не живёт.

Можно было подумать, что они одни, но в тишине слышался чей-то громко болтающий телевизор и музыка с дома Жоры. На свет фонаря слетались комары и мошкара.

– Ты только посмотри, сколько звёзд, – сказала Кира, поднимая голову вверх. – Это нечто. Не думала, что когда-то увижу подобное.

– Ага, красиво, – равнодушно смотря на небо, сказал Стас.

– А где большая медведица? Ты что-нибудь понимаешь в звёздах?

– Я и полярную не найду. Я же не астролог.

– Но как романтик, должен же своей девушке показать звёзды.

– Ты, кажись, книги перечитала. Только там может быть такой бред, про звёзды и всю остальную фигню.

– Блин, Стас. У меня такое ощущение, что я нужна тебе только для того, чтобы целоваться.

– Ага, – по привычке ответил Стас, не придавая значение словам девушки.

– «Ага»? Ты сказал «ага»? Ты вообще меня слушаешь!

– Может, пойдём туда?

Стас показал на поле, где не было ни домов, ни заборов, только трава, кусты и холмы. Эту поляну он приметил ещё днём, когда они шли на дачу. Она находилась примерно в пятьсот метров от забора дома Жоры.

– Ты думаешь, тебе что-то достанется, после твоего «ага»?

– Кир, что? – Стас с удивлением посмотрел на неё. – Я разве говорил «ага»?

– Да!

– Извини, не хотел тебя обидеть.

– У тебя что-то случилось? Ты какой-то озадаченный?

– Ничего, как-то нехорошо себя чувствую.

– Перепил? А я тебе говорила, пей меньше.

– Не, я думаю, что не в этом дело. Ну так, что пойдём? Или домой?

– Не хочу туда. Бомжатник, а не дом. И, если честно, Паша меня уже бесит.

– Потом скучать будешь по его ржанию.

– Не дай бог. Даже вспоминать не буду.

Стас сильнее обнял Киру за талию и провёл её на зелёную поляну. На ней они удобно устроились, чтобы обниматься и целоваться. Кира села на Стаса и хотела расстегнуть его джинсы, но он её остановил, вытянув руки.

– Зай, извини, – Стас аккуратно снял Киру с себя. – Не знаю, как тебе это сказать, – он встал и отряхнулся от грязи и травы.

– Что-то не так? Ты сегодня весь вечер, какой-то странный.

– Да. Нет. Тут просто, – Стас говорил отрывисто. Он покраснел и, засмущавшись, продолжил, – мне надо срочно в туалет. Понимаешь? Очень срочно.

– А в чём проблема? Что я там не видела? Туда подальше отойди, и всё. Если уж прям очень сильно хочешь, то можешь прям тут. Всё нормально.

– Мне не по-маленькому, – Стас скрестил ноги и положил руки на живот. – Клапан что-то давит, переел, видимо. Или шашлык всё-таки был несвежий.

– Тогда пошли быстрее домой. Что ты раньше не сказал? Я что не человек? Или ты думаешь, что принцессы не гадят?

– Кир, извини. Я до дома боюсь, не дойду, – Стас начал подпрыгивать и слегка шевелить тазом.

– Слушай, я смотрю тебе вообще плохо. Давай снимай штаны и садись. Я уйду. Всё хорошо, – Кира развернулась и хотела отойти, но Стас её остановил, схватив за руку.

– Ты будь тут, а я добегу вон до тех кустов. За мной не ходи, будь тут, если что кричи. Я дойду. Всё хорошо.

– А бумага у тебя есть?

– Я со стола влажные салфетки забрал.

– Тогда беги давай. Трусы я тебе не собираюсь менять. Мы ещё не дошли до этого уровня.

– Надеюсь, что никогда не дойдём.

– А я думала, что ты мне в старости будешь памперсы менять, а ты вот как заговорил.

– Кирочка, мне сейчас не до шуток.

Стас оставил Киру в одиночестве на поляне, а сам побежал, держась за штаны. Девушка проводила его взглядом. Легла на траву и продолжила любоваться звёздами.

Аудиокассета в магнитофоне закончилась и некому было её перевернуть или поменять. В беседке повисла тишина и хилые стоны Артёма.

Тёма в одиночестве поднялся с земли. Задрав футболку, он убедился, что сильно поцарапал живот. Из некоторых ранок текла кровь. Он потёр пузо и хотел отряхнуть коленки, но понял, что не дотянется. С тяжёлыми вздохами Тёма сел на скамейку, которая громко заскрипела. Убедившись, что доски под ним не сломаются, он подвинул к себе остатки шашлыка на тарелке, взял в руки кусок мяса, смачно намазал его кетчупом и майонезом. Как в топку Артём затолкал шашлык в рот и начал жевать с открытым ртом. Кусок оказался слишком большим для него. Некоторые кусочки вываливались и падали на стол. Запивая шашлык вином из бутылки, он громко рыгнул и услышал Пашин смех.

Пока его никто не видел, он не церемонился с манерами. Всю еду он хватал руками и пил из горла. Пока он был абсолютно один, то решил оторваться и сделать всё что хотел.

Взяв пятый по счёту шашлык, намазав его кетчупом и испачкав себе пальцы, Тёма замер. Позади раздались чьи-то шаги. В тишине он чувствовал, что к нему кто-то приближается. От испуга он выронил кусок мяса из рук. Его пугали не шаги, а то, что его поведение кто-то мог увидеть. Собравшись с духом, он спросил:

– Кто здесь?

Голос его подвёл. Он оказался тонким и непонятным. Слова слились в единый звук. Дыхание стало сбиваться. Проблемы со здоровьем начали усиливаться в несколько раз. Он почувствовал всем телом, что кто-то к нему приближается. Шаги усилились и были похожи на немного шоркающий быстрый шаг.

Тёма начал вертеться, но толстая шея не давала полноценный обзор. Даже если он мог бы повернуться, то ничего не разглядел в темноте. Шаги приблизились вплотную к нему. Он почувствовал за спиной дыхание. Человек ничего не говорил. Артём ждал, что вот-вот незнакомец что-то скажет, но он только стоял и дышал в спину.

– Паш, это какая-то шутка. Она не смешная. Не надо так надомной шутить…

Неизвестный вонзил в Артёма нож.

Тёма хотел крикнуть, но звук застрял комком в горле и был лишь тихий и прерывистый хрип. Парень упал на стол, истекая кровью. От падения посуда подлетела со стола и приземлилась со звоном. Толстяк в последний раз вздохнул и сердце остановилось. Убийца убедился, что Тёма не шевелится, ушёл в темноту.

– Эй, Жора, грёбаный крот, ты где там?! Я тебя сколько буду ждать?!

Паша стоял босиком на земле. Он снял футболку и начал её отжимать. Жарика не было видно. Парень натянул влажную футболку и убедившись, что один, начал снимать шорты.

– Бу!

Маша подкралась со спины и испугала парня. Паша, визгнул, подпрыгнул и, размахивая руками, прокричал:

– Ты что творишь?! С ума сошла, что ли?

– Ты визжишь как девчонка.

Паша понял, что он с припущенными шортами, быстро их натянул и попытался найти свои шлёпки.

– Не беспокойся. Я ничего