Мульт - Елена Кароль

— Ну почему сразу пугать? — рассмеялась приглушенно и одним взглядом указала на дедулю, который занял диванчик неподалеку от нас. — Гордиться. Хвастаться. Выгуливать, наконец.

— Нда… Медали я ещё не выгуливал, — хохотнул Док, а когда на нас зашикали рядом стоящие люди, которым мы мешали своей болтовней, поспешил извиниться и притихнуть.

Пришлось вытягивать шею и смотреть, кто и что там вещает. О, князь!

Князь Олег Павлович Долгорукий выглядел очень импозантно в своем белом военном кителе с аксельбантами и эполетами. Форма подчеркивала его стать и даже молодила. И пускай я не любила усатых и бородатых мужчин, именно этому растительность шла, придавая ему особую аристократичную солидность.

Русоволосый и сероглазый, он обладал прекрасно поставленным голосом с приятным тембром, так что в какой-то момент я даже заслушалась, пропуская смысл мимо ушей, но наслаждаясь тональностью.

Сначала князь поздравил всех присутствующих с профессиональным праздником, упомянув то, что именно медики как никто другой понимают ценность человеческой жизни и стоят на страже их здоровья. Упомянул ряд значимых для города показателей: низкую смертность беременных и новорожденных, прекрасный показатель выписных эпикризов и прочие, именно медицинские нюансы. Обозначил высокий интерес молодежи именно к этой профессии и даже похвалил частные медорганизации за то, что они в принципе существуют, тем самым снижая нагрузку на государственные учреждения.

А потом начался этап награждения.

Сначала поздравили почетных работников городских больниц и поликлиник, чей непрерывный стаж преодолел рубеж в сорок, а то и пятьдесят лет. Они получили звание заслуженных медработников и соответствующую медаль «Отличник здравоохранения». Следом наградили троих хирургов и одного профессора за заслуги в развитии медицины и здравоохранения. А потом начались награждения тех, кто в этом году спасал человеческие жизни в катастрофических и просто неподходящих условиях. Так наградили медалью сотрудников бригады скорой помощи, которые по зиме в лютую метель выехали в пригородный поселок на вызов к роженице и мало того, что добрались, так ещё и приняли невероятно сложные роды прямо на дому, сохранив жизнь и матери, и малыша, родившегося недоношенным. Ещё одна бригада одаренных медиков проявила себя в спасении сразу трех людей, пострадавших в жуткой автокатастрофе — их тела зажало в искореженном автомобиле и всё то время, пока их вырезали из металла сотрудники МЧС, они умудрялись поддерживать их жизни удаленно.

— И наконец впервые на моей памяти награды «За заслуги в военной медицине» удостаивается не профессиональный врач и даже не военный, а молодая женщина…

Савелий с приглушенным смешком пихнул меня в бок, а я выразительно закатила глаза.

— По образованию медик, но в душе — настоящий боец, за последние недели она проявила себя неоднократно в ситуациях, граничащих с катастрофой. Если бы не её своевременная помощь, знания, способности и воля к победе, мы бы не досчитались многих бойцов, в этот час снова сражающихся за правое дело и нашу с вами безопасность.

Говоря красиво, но в то же время достаточно обтекаемо, чтобы не сказать ничего, князь, наконец, разродился:

— Я приглашаю на вручение награды Полину Дмитриевну, графиню Ржевскую.

Успев изобразить «красивое лицо», я с легкой полуулыбкой вышла в центр зала и под приглушенное обсуждение присутствующих и редкие вспышки фотокамер журналистов дошла до князя. Я прекрасно понимала, что окружающие недоумевают: что именно я сделала, где и когда, но в то же время наверняка догадываются, что раз не прозвучало никакой конкретики, то информация либо засекречена, либо… Медаль не заслужена.

Уверена, были и те, кто считал именно так. Но какое мне до них дело?

— Добрый вечер, ваша светлость, — поприветствовала я князя, присев в легком реверансе, и продолжив говорить то, что от меня хотели услышать: — Для меня огромная честь заслужить эту награду и принять её из ваших рук.

— Рад знакомству, ваше сиятельство, — в свою очередь любезно ответил князь, но я чувствовала, что он изучает меня гораздо пристальнее, чем мне бы самой хотелось. — Отрадно видеть, что на наших землях проживают настолько красивые и неравнодушные к чужим жизням женщины. Эта награда ваша по праву.

И ловко приколол медаль к левой стороне груди.

— Благодарю.

После этого мне пожали руку, задержав достаточно, чтобы нас сфотографировали в этой позе, вручили коробочку и документ, прилагающийся к награде, и я вернулась к сияющему Савелию, который ждал меня с распростертыми объятиями и в итоге обнял так крепко, что я не удержалась и пискнула.

— Медведь! Мои ребра…

— Шутить изволите, ваше сиятельство? — хохотнул «Витязь». — Да они у вас крепче титана и надежнее слова аристократа! Уж мне-то не заливайте, я вас как облупленную знаю. Кстати, проставляться дома будете?

— А надо? — засомневалась, потому что сама об этом даже не думала.

— Ваше право, — беспечно пожал плечами Док и, пользуясь тем, что церемония завершена, фуршет продолжается и снова можно общаться, не понижая голос. — Но у нас принято обмывать. Особенно первую награду. Особенно заслуженную.

Подумав, поняла, что действительно стоит устроить домашним праздник. В самом деле, мы даже завершение ремонта не праздновали! Все в трудах, все в непрекращающихся трудовых заботах.

Хватит. Мы заслужили праздник!

— Уговорили. — Я широко и беспечно улыбнулась. — Попрошу завтра Дарью продумать праздничное меню на вечер и закажем вкусностей в ресторане. Может даже в том же «Айсберге». Устроим себе заслуженный выходной. Чур, не напиваться!

— Ха! Да вы за кого меня принимаете, Полиночка? — шутливо возмутился Савелий. — Целители моего уровня в принципе напиваться не способны.

— Ваше сиятельство…

Пока мы болтали, потихоньку двигаясь к столам, где обновили закуски, на этот раз принеся и сладкие десерты, нам навстречу шагнул князь Долгорукий и, вежливо кивнув, протянул руку.

— Позвольте пригласить самую прекрасную и загадочную даму вечера на танец. Савелий Павлович, позволите?

— Конечно, ваша светлость. Конечно.

Забрав из моих рук сумочку и одним взглядом дав понять, что будет неподалеку, Док отступил, ну а я, вручив князю руку, позволила мужчине увести себя ближе к центру зала. Сама я танцевать не сильно любила, особенно вычурные вальсы, но прекрасно помнила, как это делается, ещё со времен обучения в лицее. Пускай та память изначально была не моей, это не отменяло того факта, что я освоила её от и до.

Наверное, со стороны мы выглядели настоящей парой — оба светловолосые, в белых пиджаках военного кроя, но мне на ум почему-то шло сравнение с отцом и дочерью. Всё-таки по возрасту это определение подходило больше, ведь князь был