Возвращение в Эдем - Гарри Гаррисон

Мы добыли их, и теперь судьба тану зависит от стреляющих палок – а так не должно быть. Надо найти способ обходиться без них, естественный для тану.

Если мы сможем выжить лишь благодаря оружию мургу, – тогда все мы наполовину мараги, а не я один.

Хватит, говорю. Все мы должны снова стать тану. Это ясно.

– Нс понимаю, – недоуменно сказала Армун.

– Помнишь остров мургу? Когда ты зажигала костер, а Калалекв убивал живые лодки мургу.

– Да, так было.

– Пусть он покажет нам, как убивать этим способом всяких мургу. Научимся делать таккуук. Черный яд в пузырях, от запаха которого выворачивает наизнанку.

Обмакни в него стрелу – и убьешь любого марага.

Видишь разницу? Те вещи, которые мы умеем делать, не умирают – это не стреляющие палки, которые болеют и дохнут. И умение делать яд не сгинет со смертью одного охотника – все будут уметь его делать.

Будем делать таккуук и жить, где пожелаем.

– Думаю, я поняла теперь... поняла, как это для тебя важно. А что если мы не сможем делать таккуук.

Что тогда?

Он поднялся и потянул ее за руку.

– Надо понять, как его делать. Спросим не откладывая. Что может сделать один охотник, сумеет повторить и другой. Помни – мы не мургу. И не должны стараться на них походить. Быть может, когда-нибудь мы сумеем оценить их познания, умение преображать животных. Когда-нибудь. А сейчас нам не нужны их знания. Пошли к Калалекву.

Парамутан лежал на спине и, пыхтя, жевал здоровый кусок сырой печенки его лицо и руки были в крови.

Живот после пиршеств раздулся, но он не сдавался.

– О, ты самый великий едок среди парамутанов! – похвалил его Керрик.

– Воистину. Это ты верно сказал. Но я и самый великий охотник...

– Значит, ты знаешь все?

– Абсолютно!

– А ты умеешь делать таккуук?

– Калалекв знает все, что только можно знать. Его таккуук замертво уложит самого большого из уларуаквов.

– Не объяснит ли мохнатый и мудрый парамутан простодушным тану, как это делается?

– Никогда! – крикнул тот и захохотал.

Керрик и Армун даже подумать не могли, что это так смешно. Насмеявшись, прожевав и проглотив кусок печени, парамутан объяснил;

– Это очень важное и сложное умение. Меня ему научил отец, я передам его моему сыну, Кукуджуку, когда он станет взрослым. Но ты взрослый охотник и можешь узнать все сейчас. Только придется заплатить за тайные знания.

– Это справедливо! Чего же ты хочешь?

– Цена высока – каменный нож с острейшим краем.

Керрик достал нож и молча протянул парамутану.

Калалекв провел пальцем по лезвию и обрадованно забормотал:

– Тогда я объясню тебе, а потом все покажу. Ты должен будешь поймать особую рыбину, смешать ее кровь и внутренности и закопать эту смесь где-нибудь в теплом месте. Потом выкопаешь, добавишь сок из корней высоких цветов, что растут только на этом побережье. Вот почему мы возвращаемся сюда. Меняться и добывать эти корни. Они нужны, чтобы получить настоящий таккуук. Они усиливают крепость яда. Вы и рыбачить будете с таккууком?

– Мы охотники. Яд нужен нам, чтобы смазывать наконечники стрел и не бояться в лесу огромных мургу.

– Не бойся, таккуук убьет их.

– Мы уже набоялись досыта, – проговорила Армун. – Хватит.

Ее страху пришел конец. Арнхвит не станет марагом.

Керрик будет один ходить к своему Другу. Пусть разговаривает с ним, как она с парамутанами. Когда-нибудь эта тварь умрет. И все кончится. Придет конец всем страхам.

– Ты боишься идти на остров, – сказал Долл, сплюнув на песок.

– Не боюсь, а просто не хочу, – возразил Арнхвит. – Это тебе надо бояться – твой отец отлупил тебя, заметив на острове. Ты плакал тогда – я видел.

– И я! – завопил один из мальчишек и бросился бежать, когда Долл кинулся за ним.

Арнхвит тоже отступил – он был ниже, чем Долл, и не смог бы одолеть его в схватке. Оставалось только надеяться, что тот обо всем позабудет. Этому не суждено было осуществиться. Так и не поймав обидчика, Долл вернулся и больно ткнул пальцем Арнхвита в живот.

– Я видел, как ты ходил на остров с отцом. Я прятался и видел, как вы оба стояли рядом с марагом.

– Не смей говорить о моем отце!

– Почему? – ухмыльнулся Долл, и все мальчишки явно были на его стороне. – Ты собираешься запретить мне? Ну-ка, попробуй. Твой отец – наполовину мараг. И я видел, как вы там вертели задами и тряслись.

Вот так.

И он принялся изгибаться во все стороны и размахивать руками. Мальчишкам это показалось забавным.

– Заткнись! – Больше Арнхвит ничего придумать не мог.

– И я видел, как ты сам ерзал... так, и так, и так!

Мальчишки засмеялись. Воодушевленный успехом, Долл стал крутиться, изображая движения снова и снова. Арнхвит вспыхнул и, увидев перед собой спину врага, изо всех сил толкнул его. Долл повалился на землю, Арнхвит снова толкнул. Долл завопил, и Арнхвит бросился бежать.

Он бежал так быстро, что вопивший от ярости Долл не мог его догнать. За ними с криками помчались мальчишки. Они долго носились между шатрами. Потом Арнхвит перепрыгнул через костер, но Долл догнал его, схватил за руку и повалил на землю. И принялся колотить. Кулак Долла угодил Арнхвиту в нос, хлынула кровь – наблюдатели отозвались одобрительными воплями. Поднявшись, Долл пустил в ход ноги – и завизжал, получив крепкую затрещину.

– Маленького бьешь, младшего! – гневно рявкнула Меррис. – Лучше попробуй со мной справиться! – Она отвесила ему еще одну оплеуху, тот увернулся и бросился бежать. – Ну, кто еще хочет?

Она гневно оглядела мальчишек. Те поспешили исчезнуть.

– Мальчишки... – проворчала она себе под нос, подняла Арнхвита и вытерла ему слезы.

Намочив в холодной воде тряпку, она смыла кровь и прижала тряпку к носу. Наконец кровотечение и рыдания утихли.

– Иди к себе в шатер и полежи, иначе кровь снова пойдет, – велела она. – И не лезь к ним.

Расстроенный Арнхвит поводил ногой в пыли, отбросил в сторону щепку... Мальчишки посмеялись над ним – и были правы. Он действительно так делал, когда говорил на иилане'. Никогда больше он не станет говорить с этим противным марагом. А может быть, наоборот? Он умеет говорить с ним только он один из всех мальчишек. Значит, он лучше их. И он немедленно пойдет туда, куда другим путь закрыт.

В шатре было пусто, Малаген куда-то увела сестренку. Отца и матери не было уже давно. Никому, никому он не нужен. Одному только Надаске'. Арнхвит взял лук и колчан со стрелами. Заметив у входа свое рыболовное копье, прихватил и его. Он покажет Надаске', как бить им рыбу.