Баламут 2 - Василий Горъ

Тут «вибрация» прекратилась. Хотя все время, пока я вводил местное начальство в курс того, что мы устроили в «Девятке», Скуратов чувствовал себя не в своей тарелке. Напрягался и по пути к нашему «Стрибогу». Но тут я сообразил, что он почему-то боится летать, и «похвастался» родительнице, что «прикупил» самый быстрый, комфортабельный и безопасный самолет, когда-либо выпускавшийся в Российской Империи.

Язва, врубившаяся в причины, заставившие меня развыпендриваться, подхватила объяснения и сообщила «подруге», что именно на таких бортах летает Император, Императрица, Великие Князья, члены Императорского Совета, министры и другие особо важные сановники. Мало того, походя коснувшись руки Якова Леонидовича и почувствовав его страх, она помогла мужчине подняться по трапу, завела в салон-гостиную и, недолго думая, отправила в целительский сон.

Подобравшегося Тёму успокоил я:

— Федор Всеволодович, это не происки коварных шпионов, сумевших нейтрализовать «самого боеспособного члена отряда», а самая обыкновенная помощь в уже проигранной войне со страхом перед полетами! Говоря иными словами, Алмаз будет мирно спать до посадки, а вы можете занять любое понравившееся кресло и заниматься, чем хотите — в Великом Новгороде мы будем только через шесть часов, а за это время можно заскучать. Далее, сенсоры вызова стюардессы найти не проблема, эта девушка — тезка моей матушки, в меню нет разве что черта в ступе, да и то не факт. Ну, а мы отправимся отдыхать. Во второй салон. До встречи через шесть часов.

— И-и-и… Федь, не начнешь доверять моему сыну — выброшу за борт! — без тени улыбки добавила моя родительница. — Ибо надоело!

В том же самом «боевом» настроении она перешагнула и через порог спальни. А там, оглядевшись и как следует ценив интерьер, плотно закрыла дверь и вздохнула:

— О, боги, как я, оказывается, соскучилась по благам цивилизации!

— Ну, так пользуйся! — ухмыльнулась Даша, скинула ботинки, вывела на экран телевизора меню и, принявшись расстегивать комбез, предвкушающе замурлыкала: — Так, что у нас тут есть вкусненького? Оль, как насчет форели в сливочном соусе и какого-нибудь винца?

— Родину продам! А если есть еще и шоколадный тортик, то две. Так, сын…

— Уже, мам! — буркнул я, упав в кресло и сев спиной к ней, подождал разрешения повернуться и последовал примеру женщин. Только натянул и футболку, и шорты. В это время самолет начал разгон по взлетке, так что нам пришлось прервать процесс подготовки к раннему, но сытному завтраку. Зато после того, как машина набрала высоту, занялись кто чем. Родительница на правах гостьи отправилась в душ, Шахова опустила столик и занялась его сервировкой, Долгорукая начала подбирать подходящую музыку, а я на пару минут сходил в пилотскую кабину и расспросил экипаж, как прошла неделя ожидания.

На обратном пути задержался в закутке стюардессы и перебросил на счет Ольги деньги, потраченные ею из своего кармана на закупку продуктов, поблагодарил девушку за хозяйственность и вернулся к своим. Мама моего возвращения не заметила: сидела перед телевизором и во все глаза смотрела какую-то юмористическую передачу.

— Все, мы ее потеряли… — притворно вздохнула Язва, дождалась, пока я сяду в кресло, устроилась у меня на коленях и, судя по вспышке счастья в эмоциях, активировала щуп.

— Шахова, хватит смущать моего сына! — краем глаза заметив ее маневр, проворчала родительница, но как-то без души. Видимо, вспомнив, как была отбрита накануне выхода с Базы.

— Мой мужчина — как хочу, так и смущаю! — фыркнула Лара и сразу же подколола: — Кстати, Оль, а ты уже решила, где будешь спать, у нас в ногах или на кресле? А то на этой кровати четыре человека в ряд не поместятся!

Родительница недовольно засопела и нехорошо прищурилась, так что мне пришлось спешно менять тему разговора:

— Мам, мы сядем в Волховце и прямо с аэродрома поедем во дворец. Причем не абы к кому, а к Императору. Может, тебе стоит влезть в Сеть, подобрать подходящий наряд и заказать доставку покупок прямо к трапу? Имей в виду, что объект режимный, и для того, чтобы продавить разрешение, мне потребуется время…

…В виртуальный поход по магазинам Великого Новгорода матушка отправилась сразу после завтрака, приняв на грудь полбутылки белого вина и потребовав помощи у Долгорукой, как у самого авторитетного эксперта по современной моде в нашей компании. Смотреть за тем, как они выбирают шмотье, обувь и аксессуары, было невероятно скучно, поэтому я опустил в горизонталь спинку одного из кресел и лег. А через считанные мгновения был вынужден перевернуться на бок и потесниться. Лару, вжавшуюся спиной в мои грудь и живот, обнял абсолютно бездумно, почувствовал, как женщина переплетает свои пальцы с моими, невольно улыбнулся и провалился в сон. А через какое-то время проснулся от ощущения сверлящего взгляда, открыл глаза, увидел матушку, укоризненно взирающую на меня, и вопросительно выгнул бровь.

«Рука!» — отпальцевала она и взглядом показала на мою правую.

Я шевельнул пальцами, сообразил, что лежу, баюкая в ладони грудь Шаховой, и пожал одним плечом.

«Ты хочешь сказать, что для нее это нормально?»

Я утвердительно кивнул.

«То есть, она считает себя твоей на полном серьезе?»

Я кивнул снова и… потерял дар речи, «прочитав» следующую серию жестов:

«Считай, что выиграл главный приз в своей жизни: пока Лариса жива, твоя спина прикрыта! В общем, холь, лелей и береги — других таких нет…»

В этот момент проснулся «главный приз», лениво приоткрыл один глаз, как-то догадался, что мы с матушкой беседуем, и сонно поинтересовался, о чем речь.

— Твоя подружка заявила, что ты у меня чудо… — прошептал я, чтобы не разбудить еще и Дашу.

— Да, я такая… — довольно мурлыкнула женщина, подставила щечку под поцелуй и, получив желаемое, сладко потянулась. А когда почувствовала, что моя ладонь греет ее грудь, накрыла ее своей, посмотрела на коммуникатор и расстроено выпятила нижнюю губу: — У-у-у, мы почти прилетели, а значит, особо не понежишься. Кстати, Баламут, а где мы сегодня ночуем, у тебя или у меня?

— Только не говорите, что у Рата есть квартира в Великом Новгороде! — ошарашенно выдохнула моя родительница.

— Не хочешь — не скажем! — тихонько хохотнула Язва. — Хотя да, есть. А еще имеется премиленький особнячок в Дагомысе.

— А почему я об этом ни сном, ни духом?

— Твой сын не любитель хвастаться. А мы стараемся соответствовать, а то отлучит от тела!

— О чем хихикаем? —