Аберрация - Дмитрий Федотов

Когда «серые», применив уже известную людям тактику отвлекающего вектора внимания, ударили в направлении силовой подстанции, а следом — по главным воротам, майор Соболев, чтобы сбить напор атаки, зашел с несколькими «витязями» матрикатам во фланг. Бойцам удалось точными выстрелами поразить почти половину атакующих ворота «серых», но тут неожиданно развернулись матрикаты, нападавшие на подстанцию, и теперь уже люди оказались зажатыми в узком пространстве между двух подсобных зданий. Их бетонные стены ненадолго задержали «серых», которые просто расстреляли препятствия из своих ужасных трансмутаторов и буквально разметали храбрецов. Соболев погиб одним из первых. Из его группы не уцелел никто.

А когда матрикаты вновь пошли на штурм входных ворот, выяснилось, что и этот вектор являлся отвлекающим. По чистой случайности сторожевая «двойка» «витязей», прикрывавшая замаскированный служебный вход в комплекс ЦУПа, заметила на экране одной из камер мелькнувшую бледную тень. Лишь своевременный дружный залп из страйкеров и ракетометов не позволил «серым» прорваться внутрь. Трое из них дезинтегрировали практически одномоментно и, похоже, как-то повредили еще двоих своих «напарников». В результате первая атака захлебнулась, и тогда Судзима, взявший на себя командование после гибели Соболева, повел «витязей» в контратаку…

Никто из оставшихся в живых бойцов не видел, как погиб японец, но все в один голос заявили, что это было самым верным решением: матрикатов уничтожили всех!

— Сколько вас осталось? — глухо поинтересовался Шактибинду у нового командира подразделения, сержанта Боброва.

— Одиннадцать. Ровно тридцать процентов личного состава.

— М-да, еще одной такой атаки ЦУП не выдержит. — Директор СКБ медленно прошелся по кабинету, который ему уступил господин Рено. — Ведите своих бойцов на посадочную площадку, сержант, и обеспечьте безопасную эвакуацию оперативного состава.

Боец молча козырнул и вышел, а Шактибинду немедленно вызвал начальника по внутренней связи.

— Сворачиваемся, господин Рено! Здесь оставаться опасно. Я объявляю полную эвакуацию сотрудников Центра управления.

— А как же… «Годвэйгеры», господин директор?! — Изумлению толстяка не было границ.

— Управление торпедами будет немедленно передано на один из скайрейсеров*. Это теперь — единственная возможность не потерять армаду и избежать нападения матрикатов.

— Но ведь еще нужна связь с самим космолетом?

— Я сам определю, откуда ее осуществить. Начинайте эвакуацию, Рено!..

* * *

Уже в стратоплане, взявшем курс на Европу, Шактибинду связался со своим главным аналитиком, а отныне — и первым помощником.

— Судзима погиб, Ким. Теперь ты — моя главная опора. Есть новости?

— Пришла информация о подозрительной активности на территории боливийского испытательного полигона компании «Cold Fusion Reactions», — ровным голосом начал докладывать кореец. — По данным орбитального комплекса «Небесное око», там, на месте одного из цехов проявился объект, сильно напоминающий спайкер, построенный в Гренландии семь лет назад.

— Почему-то я не удивлен, — горько усмехнулся Шактибинду.

— Получается, «мистер Смит» жив?

— Ну, пока это не на сто процентов… Однако кому еще под силу подобное, да в такие сжатые сроки?

— И без привлечения ресурсов ООН и СКБ.

— Вот именно! Скорее всего, конечно, это наш старый знакомый — никак не угомонится. Так что снова есть работа для Личи с его «терминаторами». Пусть проверят все на месте и выяснят, кто за этим стоит.

— Хорошо, Джамар, — кивнул Чонджу. — Хирохито жалко, — вдруг добавил он и прервал связь.

— Мне тоже, — сказал Шактибинду пустому экрану инкома и устало прикрыл глаза.

Цветок Хроноса. Желтый лепесток

Минус-третий хронокварк

Хмурый голландец просветлел, увидев Роулинга в обнимку с грозным оружием.

— Значит, вашему чудо-бойцу удалось совладать даже с матрикатом?!

— К сожалению, мы ничего не знаем о подробностях его похода, — развел руками Береснев. — В настоящий момент наш «геккон» в очень плохом состоянии, и вопрос стоит так: выживет ли он вообще?

— Но насколько я слышал, у этих… модифицированных людей и способность к самовосстановлению превосходит все мыслимые возможности?

— Да, но они также не беспредельны…

— Сейчас самое главное, — вмешался Роулинг, — что мы наконец-то получили шанс побороться с хронозавром на равных! И я предлагаю сделать это, не откладывая. Помните о том, что отстройка реальности продолжается, и с каждым часом вернуть все назад становится проблематичнее.

— А я бы все же не спешил с походом, — покачал головой Кирилл. — Вы же совершенно не знаете свойств зоны нестабильной метрики, — он кивнул на «зеленую мглу», заполнившую больше половины пространства вокруг колонн хроногенератора.

— Если бы у нас было время и хотя бы малейшие технические возможности для изучения этой зоны, — раздельно сказал Роулинг, — то поверьте, дружище, я бы никогда не полез туда, пока не собрал всю информацию. Но дело в том, что у нас нет ни того, ни другого!

— Я иду с вами, полковник! — храбро заявил Ван Дамм. — У нас сохранился полный боекомплект стража, и я умею обращаться с ним.

— Страж — это кто? — насторожился Береснев.

— Ну, до катаклизма охрану всего комплекса несли стражи — киборги из элитного отряда Комитета планетарной безопасности…

Кирилл быстро переглянулся с заметно напрягшимся Роулингом, глубоко вздохнул и кивнул:

— Хорошо, господин Ван Дамм, идемте. Я помогу вам облачиться в боекомплект.

Они ушли, а Роулинг тут же направился к ближайшему оперативному пульту.

— Послушай, приятель, — обратился он к дежурному технику за пультом, — ты бы не принес мне стаканчик кофе? А я тут пока покараулю…

— Вы хотели сказать «тоника», сэр? — улыбнулся тот.

— Именно «тоника», — оскалился американец, хотя внутри у него все сжалось от нехорошего предчувствия. — Дьявол, как же все быстро происходит! — выдохнул он, едва техник отошел. — Они ведь тут даже не ощущают, как меняются!..

Он осторожно пристроил трансмутатор рядом с пультом и принялся лихорадочно работать на клавиатуре, запуская серию тестовых программ, позволяющих оценить состояние управляющих и питающих контуров «Хроноса». Однако спустя пару минут сдался и, чертыхнувшись, откинулся на спинку кресла оператора.

— Ни хрена не работает! Похоже, дело совсем дрянь. Нельзя терять ни минуты!..

Он не глядя принял от техника пузатый стакан с какой-то лиловой жидкостью, взял под мышку трансмутатор и принялся расхаживать вдоль пульта, прихлебывая «тоник», в ожидании возвращения голландца.