Мастер собак - Олег Дивов

Мастер тяжело вздохнул и с усилием провел ладонью по глазам.

– Ты как? – спросил Бенни. – Ничего?

– Знаешь, вполне прилично. Не думал я, что грудью встречу психотронную атаку и останусь настолько жив-здоров.

– Она слабенькая была, – сказал Бенни пренебрежительно. – Эти кляксы, они же не нашего кондового производства. Они же из-под земли. Штука тонкая. А ты на нее всей мощью своего блокированного разума наехал… Вот ты попробуй, как Костенко, против советской психотронной пушки! Которая, во-первых, плохо сделана, а во-вторых, плохо отлажена. И, главное, хреново придумана. Отчего ею впору не людей зомбировать, а ракеты сшибать…

– Ну, один-то раз я выдержал, – напомнил Мастер.

– Ты не выдержал, – сказал Бенни веско. – Ты мутировал.

– Но остальные-то просто умерли. Подумать только, пять тысяч! Как вспомню, так вздрогну.

– Еще бы… – вздохнул Бенни. – Ладно, хватит. Не о том думаем. Нам сейчас молиться надо, чтобы твой близнец пришел и сказал: молодцы, парни. Выпускайте засадный полк, а я пока кое-кому мозги откомпостирую.

– Хорошо бы, чтоб откомпостировал. А то страсть как под суд не хочется.

– Да уж. Нападение на стратегический объект… Все-таки какая у тебя легенда, а?

– Есть лазейка небольшая. Понимаешь, в некоторых форсмажорных случаях я могу действовать, никого не спросясь. Но такой случай тоже придется спровоцировать. Все, хватит с тебя! Меньше знаешь – лучше спишь.

– Мне все равно снятся кошмары, – пожаловался Бенни.

– Таню жалко, – сказал вдруг Мастер очень спокойным голосом. – Пострадала ни за что. Я, скотина такая, ее использовать хотел. А получилось – твари ее использовали. Двенадцать дней она под ними была… – при этих словах Мастера всего передернуло.

– Ты почему мне сразу не сказал? – спросил Бенни с обидой в голосе. – Мы могли бы отодрать от нее эту наведенную матрицу, я уверен.

– Я должен был знать, что они задумали, – сказал Мастер горько. – Когда она прятаться от меня начала, я сразу погнал ребят за ней последить и снять на видео. А у зомбированных личностей, сам знаешь, есть очень характерные признаки, особенно поначалу, когда человек с новой поведенческой матрицей сживается… Вот. Очень печально все это было.

– Она ведь могла тебя просто убить, – сказал Бенни.

– Нет. Во всяком случае, не с первого захода. Сначала они должны были попытаться сделать меня своим. Я ничем не рисковал.

– Ты как раз страшно рисковал, дурак, – вздохнул Бенни.

– Я не мог иначе, – сказал Мастер с мягкой улыбкой.

– Но ведь это была не она! Женщина, которая сунула тебе кляксу под подушку, это ведь была не Таня! Это была тварь! – возразил было Бенни, но вдруг осекся и застыл с открытым ртом.

– Это была ведьма, – поправил Мастер. – И это была не любовь, а… конное двоеборье. Но я слишком хорошо знал это тело, чтобы не одержать над ним верх. Я сыграл на ней, как на музыкальном инструменте, и было даже интересно. И когда она заснула, я сказал себе, что мне это было нужно, потому что до этой ночи я не испытывал таких чувств к тварям, как сейчас. Теперь я действительно знаю их холод, Бенни. Их бесчувствие. Их неприятие нас. Их пустоту.

Мастер поднялся на ноги, шагнул к Бенни и остановился перед ним, уперев руки в бока.

– И в то же время, – сказал он с глубокой печалью в голосе, – я ошибся. Я-то думал, что после этой ночи смогу наконец убить Саймона. А теперь мне это сделать еще тяжелее. Я теперь жалею их, понимаешь? Они убоги. Они просто роботы. Мне стыдно их трогать… стыдно. Мастер прошелся по кабинету и встал у окна. Бенни молчал, потрясенный до глубины души.

– Как ты думаешь, – спросил Мастер, – она после всего этого останется нормальным человеком?

– Ну… – Бенни обрадовался перемене темы. Иначе он все еще размышлял бы о том, что такое Мастер и как теперь к нему относиться. – Она пережила сильнейший шок, но это можно загладить хотя бы под гипнозом. А насчет изменений в организме, это мы, я думаю, тоже поправим. Вот с Саймоном и штабными – тут, наверное, метаморфоза зашла слишком далеко. Если найти и заглушить их кляксы, они просто умрут.

– Саймон застрял в Школе, как кость в горле! – прорычал Мастер. – Он больше не делает ошибок и только с восходом спешит поскорее убраться домой. Зато в темное время суток весьма активен и сует нос туда, куда не надо. Ч-черт!

– А почему ты вбил себе в голову, что это именно твое дело – с ним разобраться? – осторожно спросил Бенни.

– Я думаю, это личное, – хмыкнул Мастер.

– А я думаю, – заявил Бенни, – что ты просто мазохист. И когда ты причинишь себе достаточно боли, ты станешь таким же запредельным, как твой близнец. А тогда уж тебе ничто не помешает рвануть отсюда на далекую звезду. Вот и все. Ты просто готовишь почву для побега.

– Не исключено, – протянул Мастер задумчиво.

– Я пошутил, – объяснил Бенни.

Мастер озадаченно уставился на него, ритмично хлопая ресницами.

– Ты ее вылечи, ладно?

Бенни потряс головой, переключаясь.

– Да, конечно. Поверь, я сделаю все, что могу.

– Понимаешь, – сказал Мастер, прижимая руку к сердцу, – она ведь мне совершенно не нужна была. Просто ребята вели наблюдение за Штабом и сообщили – пришел журналист. Я дал команду ввести человека в курс дела. Глаза раскрыть, так сказать. А это оказалась она… Мне тогда и в голову прийти не могло, что ее Генерал и Саймон втянули в это дело именно из-за меня. И в итоге она из-за меня пережила такое… Ты уж постарайся, отец.

– Ну, ты еще женись на ней из чувства раскаяния, – буркнул Бенни, который терпеть не мог, когда его упрашивали. – То-то Карма обрадуется.

– Карма тоже натерпелась. Вот за кого я боялся прошлым вечером, так это за нее. Бедняжка совсем растерялась. Могла весь спектакль испортить. Сделала бы стойку, как на тварь… Слава богу, она просто Татьяну приняла за нового человека. А поутру-то, несчастная, совсем обалдела… Кстати, мне пора ее проведать, она же там одна сидит во дворе, в машине. Пошли вместе? Она тебя любит. Все время спрашивает, как у тебя дела.

– Пошли! – улыбнулся Бенни.

* * *

– Когда же ты повзрослеешь наконец! – стонал Доктор. Он ходил по кабинету, нервно потирая руки и поминутно хватаясь за графин с водой, чтобы сделать из горлышка жадный судорожный глоток. – Это черт знает что! Мне наплевать, как ты к себе относишься! Но нельзя же из-за своих эстетских замашек устраивать такое… такое… – Доктор навис над Мастером с несвойственной себе агрессией. Сидевший на краешке стола Бенни невольно им залюбовался. «Вот сейчас Доктор ведет себя вполне по-мужски. Не хитрит, не пудрит мозги, не прячет эмоции. Почаще бы так».

Развалившийся в кресле Мастер только улыбнулся. Он был на Базе уже третий час, успел несколько раз выскочить во двор к Карме, трижды связаться со Школой, выясняя, как там дела, позавтракать и обыграть Бенни в шахматы. С его лица исчезла нездоровая бледность, скованность движений прошла, это был прежний Мастер, спокойный, ироничный и уверенный в том, что всегда прав. Только опытный человек смог бы сейчас разглядеть, что этот парень буквально час назад вышел из тяжелейшего стресса.