Мерцающие - Тед Косматка

Мы заехали на стоянку утром воскресенья. Та же пустая асфальтовая площадка – еще более пустая, чем в прошлый раз. Зеленого «BMW» перед входом не было.

Я заглушил мотор, и мы подошли к зданию.

Дверь оказалась заперта. Я позвонил. Вышла женщина в коричневом халате. Седые волосы. Тощая. Из бригады уборщиков.

– На выходные все закрыто, – объявила она через стекло.

– Я работаю в «Высокопроизводительных», – сказал я.

Она наморщила лоб.

– Там теперь все закрыто.

– Мне только вещи забрать.

– Пропуск у вас есть?

– Я не захватил. Могу назвать имя.

Она тряхнула седыми волосами. Строгая бабушка.

– Никого не велено пускать без документов.

Мерси достала пистолет и боком прижала его к стеклу.

– Вот его пропуск. С фотографией и всем прочим.

Женщина разинула рот.

– На что спорим, стекло не пуленепробиваемое? – продолжала Мерси.

Женщина открыла дверь.

– Мы вас не обидим, – успокоил я.

– Может быть, – добавила Мерси попятившейся уборщице. Та подняла руки. – Не останавливайтесь, – посоветовала ей Мерси.

– Здесь денег нет.

– А мы не за деньгами. Ключи у вас?

Она протянула мне черную магнитную карточку.

– Спасибо. – Я ее взял. – Тут чего-нибудь вроде веревки не найдется?

– Мы только убираем. Ничего такого нет.

– Ну и ладно, – кивнул я, достал из вещмешка моток изоленты и оторвал полоску. – Мы захватили с собой.

* * *

Мы не поехали на лифте, свернули на лестницу. На четвертом этаже я подергал дверь. Заперто. Рядом с дверной ручкой было считывающее устройство для пропусков.

Я провел по нему карточкой, но ничего не вышло. Замок не сработал. Я попробовал еще раз. С тем же успехом.

– Дай-ка мне.

Мерси выстрелила, выбив искры из ручки. В тесном тупике выстрел оглушил, а пуля срикошетила по ступенькам.

– Давай не будем повторять, – предложил я.

Дверной ручке пришлось плохо – ее своротило на сторону, кусок отщепился. Рядом с ней отскочившая пуля оставила в металле створки небольшую вмятину. Я повернул ручку, но она по-прежнему не подавалась.

– Черт, – ругнулся я, – нужен другой ключ.

– Попробуй этот.

Мерси показала. Пролетом ниже на стене висел пожарный топорик. Этот ключ сработал безупречно.

Ручка отвалилась от первого же удара и со стуком покатилась по лестнице. Еще три удара усмирили механизм замка.

– Прошу! – Я широко распахнул дверь.

* * *

Мимо лифта мы по коридору вышли к кабинетам. Все было примерно так, как мне помнилось. Хаос. Запустение. Столы, стулья и больше ничего. Бетон и ковер. Потом мы наткнулись на желтую ленту полицейского ограждения. На дальней стороне комнаты было выбито окно, осколки разлетелись по цементному полу. Стекло заменили фанерой. Ленточка трепетала.

«Он храбро принял прописанное лекарство».

Я пошел вперед.

Звук. Дальше по коридору. Мерси его тоже услышала. Мы разом повернули головы, но ничего не увидели. Все те же пустые кабинеты. Никакого движения. Звук не повторился.

– Держись рядом, – велел я.

Мерси взглянула на меня пустыми глазами, прикрыла веки. Мы бок о бок двинулись по комнатам – Мерси с пистолетом, я с топором.

Если не считать окна и полицейской ленты, все вроде бы осталось нетронутым. На вид точно так, как мне запомнилось. Кабинеты, лаборатории. Наконец мы вышли к винтовой лестнице.

– Теперь вниз, – сказал я.

Мы спустились. Следующий этаж выглядел так же: пустой, заброшенный, наши шаги эхом отдавались по железному колодцу лестниц. А потом короткий коридор вывел нас к черной двери. Последней.

Она была открыта.

Я взглянул на Мерси.

– Это там.

Сердце громко билось в груди.

Мы шагнули внутрь. В комнате было пусто и темно, но, едва мы перешагнули порог, включилось аварийное освещение. Комната не изменилась. Длинные ряды аппаратуры стояли в стороне, в тени. Кварцевая сфера по-прежнему торчала на шесте в дальнем конце. Топор сполз с моего плеча, ударил обухом об пол. Рукоять скользила в ладони. Я крепче сжал ее и прошел к панели управления.

– Держись подальше, – предупредил я и поднял топор. Мне вспомнился пробитый череп Боаза.

Топор опустился с громким треском, в панели появилась зияющая дыра. Я высвободил лезвие и снова замахнулся. Пластик панели рассыпался, потроха вывалились на пол к моим ногам.

Я перешел к аппаратуре, встал в позу бейсболиста и ударил так, что топор застрял в механизме. Его не сразу удалось высвободить, пришлось упереться ногой и дернуть как следует. Я отступил и снова глубоко вонзил топор. Выдернул и ударил снова. Провода, металлические и пластиковые детали посыпались на пол. Я пошел вдоль ряда, обрабатывая технику со всех сторон. Времени ушло много. Я вскрыл топором каждый кожух, плечи у меня горели, я запыхался.

Наконец я остановился, опершись на рукоять топора.

Мерси наблюдала за мной усталыми глазами. Путь вышел долгим и трудным.

– Всё?

– Еще одно, – сказал я.

Выйдя на середину комнаты, я остановился перед стальным шестом. Сфера переливалась даже в полутьме. Шестнадцать дюймов светящегося кварца. Не за нее ли погиб Стюарт? Венец всех наших трудов и моих страхов.

– Абераксия, – сказал я.

Изнутри сферы проступала странная геометрия. Ограненный кристалл. Он был выжжен в кварце, как световой блик на сетчатке.

Я перехватил рукоять топора двумя руками.

– Э, э, э! – прозвучало у меня за спиной.

Я обернулся и увидел в дверях Брайтона.