Эхо Земли - Шон Уильямс

— Конечно, Питер, мы прибудем к Машине Маккирди быстрее, чем туда дойдет сообщение о только что состоявшейся встрече. Но часть моего «я» постоянно пребывает там и находится в курсе всех новостей. Эта часть и мой оригинал станут координаторами будущего эксперимента. Когда он завершится, мы сможем вернуться в Систему и продолжить нашу беседу.

После этих слов они покинули Ио.

За время короткого путешествия к Машине Кэрил не проронила ни слова; она лишь молча рассматривала свои руки, словно видела их в первый раз. Похоже было, что она напряженно пыталась что-то вспомнить.

Интересно, какие проблемы вызывает у нее временный обрыв связи с другими компонентами столь сложного «я»? Наверное, подобные ощущения похожи на переживания человека, у которого внезапно выкрали большую часть его мозгов… С другой стороны, Питер знал, что дело обстоит не совсем так, потому что оригинал Хацис был почти в той же степени реальным человеком, как и он сам; поэтому Кэрил сохраняла способность самостоятельно существовать и мыслить — даже в отрыве от центрального, ведущего компонента ее «я». Скорее всего проблемы Кэрил являлись просто следствием дезориентации в необычной обстановке.

Устройство, которое Кэрил назвала Машиной Маккирди, находилось слишком далеко от Солнца. Для невооруженного глаза оно мало отличалось от обыкновенной тени. После увеличения изображения Машина превратилась в группу концентрических сфер, выполненных из материала, похожего на стекло; шары располагались на отрезке примерно в тысячу километров возле своего центра — округлого сероватого тела размером в половину Луны.

Гигантское устройство обслуживалось множеством мелких космических кораблей старого образца, которые облепили его, словно мухи. Среди них выделялись космические буксиры, предназначенные для переориентировки элементов внешней оболочки Машины, у которых, очевидно, не было собственных двигателей. Еще можно было разглядеть с дюжину искусственных спутников наблюдения — все они были ориентированы к центру конструкции, — а также какой-то огромный вращающийся цилиндр, внутри которого, как показалось Питеру, искусственно поддерживались условия, сходные с земными. Правда, Эландеру оставался непонятен смысл потребности в таком цилиндре, поскольку его общие впечатления о Винкуле подсказывали, что теперь здесь почти всем заправляет либо искусственный интеллект, либо загруженный извне разум. Может быть, вращающаяся прозрачная банка предназначалась для существ, застрявших на промежуточных этапах эволюции? О массе подобных псевдоинтеллектуальных вариантов человеческой жизни уже упоминала в своем рассказе Кэрил.

Вдруг компаньонка Питера внезапно вздрогнула. Хотя Кэрил не проронила ни слова, у Эландера возникло впечатление, что она находится на связи с кем-то вне прорезателя; ее внимание вдруг сфокусировалось внутрь нее самой, словно Хацис вдруг поглотила виртуальная круговерть — нечто вроде сети «КонСенс».

Питер мог лишь понадеяться на то, что подобная «отключка» — вполне безобидное событие, вроде сеанса связи с другими компонентами ее собственного «я». Эландер с нетерпением ожидал комментариев Кэрил по этому поводу.

Теперь он может успокоить своих друзей на Адрастее, сообщив, что с ним все в порядке. Они, наверное, с нетерпением ждут очередного послания: в своей последней передаче Питер смог лишь вкратце описать теперешнее состояние Солнечной системы. Экипаж «Типлера» наверняка ждет подробного рассказа. Члены команды корабля узнают о том, что произошло с Землей, с человечеством и, самое главное, какая судьба оказалась уготована им самим…

— Можешь начинать, Питер.

Голос Кэрил внезапно прервал ход его мыслей. Питеру пришлось вернуться к реальности бытия.

— «Арахна», мне необходимо связаться с Адрастеей…

Сверхсветовой передатчик «прядильщиков» представлял собой почти мгновенное средство связи, хотя и ограничивал длину и байтовый размер сообщения в обе стороны, позволяя обмениваться с адресатом лишь достаточно короткими фразами. Питер не сразу привык к такой особенности чудо-техники — подобно тому как первым колонистам на Луне пришлось поначалу мириться с шестисекундной задержкой связи с Землей.

— Ожидаю твоей команды, Питер Эландер, — раздался голос электронного мозга прорезателя.

— Кэрил (такое обращение к далекой энграмме заставило вздрогнуть здешнюю Хацис, стоявшую рядом с Питером), у меня все в порядке. Я вошел в контакт с представителями местной власти. Собираюсь передать им данные с магнитных носителей прорезателя. После обсуждения с ними всех необходимых деталей планирую возвратиться на Адрастею…

Эландер на некоторое время замолчал, пытаясь найти нужные слова. Рассказать правду — непростое дело.

— Здесь теперь все довольно странно: совсем ничего из того, что можно было ожидать и даже предполагать, находясь на Адрастее. Но я думаю, что мне удастся сделать все, что в моих силах.

Питер снова умолк. В конце концов он решил, что на этом можно поставить точку.

— Пока все… Можно отсылать.

Вскоре прорезатель коротко вздрогнул: сообщение было отправлено. Кэрил с интересом наблюдала за колебаниями конструкции корабля, пока те не утихли полностью.

Когда все пришло в первоначальное состояние, она внимательно изучила экранное изображение Машины Маккирди и пришла к выводу, что та пришла в состояние колебательного резонанса с прорезателем.

— Очень интересно. Наша Машина зарегистрировала передаваемый импульс. Его раскодирование проводится прямо сейчас. Твой корабль, Питер, использует очень сложную систему кодировок и компрессии сигнала в момент отправки сообщения. Нам придется потрудиться для выделения собственно полезного импульса. Когда, по твоим расчетам, мы получим ответ с Адрастеи?

— Через пару минут, — ответил Эландер. — Там всегда кто-нибудь дежурит. Если это не Кэрил — твоя энграмма, — то на вахте могут быть Джеми Сивио или Джин Эвери. Они не заставят себя ждать.

Кэрил кивнула.

— Самый первый сигнал из космоса, полученный нами — или, как его называют, Диссонанс, — имел необычно большую мощность импульса, хотя мы так и не смогли раскодировать его. Если с помощью Машины Маккирди нам удастся расшифровать ответ с Адрастеи, это будет означать, что мы научились если не отправлять, то хотя бы принимать сообщения, применяя данный метод. Уже кое-что.

Кэрил смотрела на него восторженным взглядом. Интересно, с чем связана такая перемена в ее поведении? Может быть, она удачно соединилась с каким-нибудь другим компонентом ее собственного «я»?

Питер уже знал минимум о трех «рабочих» компонентах Кэрил Хацис в пределах Солнечной системы: оригинал находился совсем неподалеку, другой компонент обретался на Машине, а раньше всего Эландер познакомился на космическом зонде еще с одной Кэрил…

Все эти составляющие, разбросанные по Солнечной системе, являлись суммой разных точек зрения, работающих на один конечный результат. Питер с трудом представлял себе, как именно проходят мыслительные процессы в вареве из такого множества разнообразных мозгов, с обилием приправ и специй, замешенном одним и тем же поваром…