Гиперсеть - Василий Головачев

– Можешь смотреть, – послышался голос ВерЛюбы.

Савва-Делл оглянулся… и обомлел.

За свои тридцать с лишним лет он повидал немало красавиц, прогуливающихся по пляжам Европы и мира, выступающих в телевизионных шоу и на подиумах различных конкурсов, но такую красивую женщину, одетую в нечто немыслимо прекрасное, перистое, полупрозрачное, «ангельское», видел впервые. Если не считать жены, мало в чём уступавшей прототипу.

«Очнись!» – ревниво заметил Делл.

Савва пришёл в себя, мимолётно вспомнив слово «очнись», сказанное ему на Земле Викторией Шаховой.

«Вот кто – Само Совершенство! А не этот напыщенный болван Самсунг!»

«Согласен».

– Сядем, – предложила ВерЛюба Деллу-Савве, оценив его взгляд.

У кровати выросли из ниоткуда такие же воздушно-ажурные кресла, удобные, «живые», подстраивающиеся под тела седоков и под их желания. Мягко приняли пару.

– Боюсь… – прошептала женщина.

Он взял её за руку, вспоминая, как реагировала на этот жест Лилия. Сердце Делла, отзываясь на чувства Саввы, сплясало самбу.

– Всё будет хорошо, милая! Мы же тренировались. Вдохни глубже.

ВерЛюба набрала в грудь воздуха.

– Поехали!

Савва сжал своё «я» в бесплотное веретено и прыгнул в голову женщины, как в воду.

Короткая темнота, вспышка призрачного света, множественные сотрясения скользящих по «телу» вихрей, столкновения с упругими и – живыми! – сгустками, протягивающими к нему тоненькие пальчики! Разбрызгивание собственного сознания по миллионам виртуальных бесплотных ячеек… и вылет в свет внешний, тёплый, с ощущением биения жизни в теле… в теле женщины!

– Ой! – вздрогнула ВерЛюба.

«Всё в порядке, Верная, – поспешил он успокоить носительницу, – я уже здесь!»

Делл, сидящий напротив, сонно моргнул, провёл ладонью по лицу, словно стирая следы пребывания Саввы…

– Забавно…

– Что?! – встревожилась ВерЛюба.

– Такое впечатление, будто я сплю…

– Веди себя как раньше. Скоро придёт Самсунг.

– Я понимаю… надо привыкнуть… – Делл выудил из воздуха стакан с тоником. – Как ты там устроился?

Вопрос предназначался Савве, и он ответил:

– Если бы ты знал, насколько женщины отличаются от мужчин!

ВерЛюба, произнёсшая эти слова, принадлежащие переселенцу, засмеялась, и Делл заметил эту перемену.

– Ты… изменилась.

– Сильно?

– Н-нет, пожалуй… просто я… слишком хорошо тебя знаю. Кем ты сама себя ощущаешь?

«Разведчиком, – подсказал Савва, – собравшимся в рейд в тыл врага».

ВерЛюба послушно повторила фразу.

– Что такое тыл? – не понял Делл.

– Чужие мозги, – заговорил теперь уже Савва. – Поторопитесь, друзья мои, у нас осталось очень мало времени. Ведите Кешу… э-э, Лучмала.

Толстяк-учёный появился в спальне через минуту в сопровождении Беспута и Вистрона. Печать характера Кеши уже лежала на облике Лучмала, и вёл он себя со всеми соответственно – бесшабашно, пренебрежительно, важно, как и подобает гению и будущему сенатору Царцаха. Забавно было наблюдать за ним «с другой стороны», глазами ВерЛюбы, и если бы не это обстоятельство, Савва непременно осадил бы приятеля.

– Все в сборе? – оглядел компанию Лучмал. – Чего носы повесили?

– Тебе выдали интенсионал по Самсунгу, – сказал Делл, имитируя речь Саввы, как его учили. – Изучил?

– Не боись, майор, – отмахнулся Кеша-Лучмал, – никто не отличит настоящего Самсунга от запрограммированного мной.

Савва с облегчением перевёл дух; были опасения, что бывший завлаб Сколково заметит подмену.

– Занимай пересадочную станцию.

Эти слова тоже подсказал Савва, и хотя Делл произнёс их не слишком уверенно, Кеша не обратил внимания на его тон, по-прежнему считая Делла носителем Саввы.

– Мне сесть?

– Садись напротив, – показала ВерЛюба. – И у меня просьба: не копайся в моей памяти, пожалуйста.

– Щекотки боишься? – фыркнул Лучмал-Кеша, колыхнув складками жирного лица.

– Кеша! – строго сказал Делл.

– Молчу, молчу, обещаю.

– Начали отсчёт, – сказал Коттин. – Пять… четыре… три…

На счёте «ноль» Лучмал вытаращил глаза, откидываясь на спинку кресла, и тотчас же вздрогнула ВерЛюба.

«Спокойно, миледи, это я! – радостно сообщил объявившийся в её голове Кеша. – Беру вас под контроль».

«Не надо! – испугалась женщина. – Самсунг может почувствовать чужого!»

«Должен же я осмотреться? – безапелляционно изрёк переселенец. – Надо выработать общую стратегию поведения, подготовиться, выяснить, правильно ли мы выбрали носителя».

По многочисленным «пещеркам» и «комнатам» памяти ВерЛюбы поползли невидимые щупальца: Кеша начал обследовать своё новое «жилище».

Савва едва не выбрался «из норы», чтобы дать приятелю подзатыльник. Но его опередила ВерЛюба, начавшая сопротивляться засевшей занозой в голове чужой воле. Кеша почувствовал это, сдал назад.

«Всё, всё, я только одним глазком… – Он хихикнул. – До чего же у вас, женщин, много тараканов в голове!»

«Своих считай!»

«Посчитал уже, успокойся».

Делл, наблюдавший за подругой, с тревогой заглянул ей в глаза.

– Ты в порядке? Он… пересел?

– Д-да… нормально… мы устраиваемся.

– Самсунг будет через несколько минут.

– Я готова, уходи. – ВерЛюба замерла и добавила, чуть изменив голос: – Я тоже готов.

Делл понял, что это сказал Кеша.

– Сиди тихо! – наставил на голову женщины палец Делл; Савва мысленно поаплодировал ему: точно так же поступил бы и он. – Самсунг ничего не должен учуять до того момента, когда мы решим напасть!

– Ладно, ладно, я понял, буду кроток и нем. – Кеша и в самом деле успокоился, сворачиваясь бестелесным клубком.

ВерЛюба встала, опираясь на руку друга.

– Так и полетишь в этом пеньюаре? – поинтересовался он.

– Хочу произвести на него впечатление.

– Да-а! – выговорил вдруг Лучмал, разглядывая женщину выпученными глазами Иванушки-дурачка, впервые увидевшего жар-птицу.

ВерЛюба и Делл переглянулись и засмеялись.

И только Савве было не до смеха. ВерЛюба и Лилия слились для него в одно целое, и от этого ощущения, ощущения боли и горечи потери, хотелось кричать.