Время теней - Андрей Павлухин

Флотилия подплыла к воротам. Громадный проем, не меньше пятисот метров в поперечнике. Стволы орудий.

Незаметный дрейф, перемещение вместе с кластером по его орбите. Тягучесть времени. Рауль не выказывал эмоций, но Рик чувствовал его напряжение. Фолнар приготовился к битве. Зверь на грани. Рик представил полчища фолнаров с современным оружием. Если бы племена объединились и встали в ряды федеральной армии… Галактика не знает равных им по силе бойцов.

Перед воротами вспыхнула голограмма: метровая окружность с иконками, разбросанными в мнимом беспорядке. Когда Рик поравнялся с призрачной панелью, в голове прозвучала команда.

Замри.

Команда трансформировалась в нервный импульс – пальцы сомкнулись на руле. Секунды дрейфа над клубящимся туманом. Испарения? Газ? Иллюзия облачного покрова?

Выбери желтое солнце.

Рик протянул руку и «прикоснулся» к указанной клеточке. Она погасла. Операция повторилась с изображениями глаза, кометы, полумесяца и креста.

Наступила тишина.

Все молчали.

Панель растворилась. Хлопок лопнувшей энергопленки вывел Рика из ступора. Орда нигилистов ринулась в проем. Турели безмолвствовали, Рик облегченно перевел дух.

Их пропустили.

Кластер – вывернутый наизнанку город, своеобразная топологическая фантазия. Стены-соты, каждая – жилой блок. Тысячи ячеек. В центре парят террасы паркового комплекса, объединенные лестницами и подвесными мостами. Кроны деревьев нижних террас прорастают в верхние, образуя монолитный биоценоз. По гравийным дорожкам прогуливаются венерианцы, легко одетые и загорелые. Элита мира.

Жарко. Рик расстегнул куртку, взглянул вверх: Там, ограниченный клеткой, сиял ослепительный шар светила, уменьшенная копия местной звезды, окаймленная рекламными сегментами. Потолок, разбитый на информационные сектора. Его антипод, основание кластера, представлял собой лабиринт синтезирующих и очищающих установок, энергетических подстанций и генераторов полей. Кое-где плавали респектабельные призмы гостиничных блоков. Для инопланетных гостей.

Гравитационный луч ударил с серого цилиндра «Геликона» – оттуда, где поселился Михей-Кариначипул. Ударил в ядро флотилии, по баржам и челнокам. Нигилистов разметало над парком, частично размазало по стенам кластера.

Рауль перепрыгнул на ближайшую баржу и, ухватившись за скобы, полез к зачехленному аннигилятору.

Следующий залп зацепил скутер. Машину крутануло, перед глазами Рика все смазалось. Окружающее обернулось бешеной каруселью, калейдоскопом серых и зеленых пятен с примесью городских клеток. Отказали стабилизаторы. Рик понял, что вывалился и падает. Тело с хрустом шмякнулось о металл, заскользило по наклонной плоскости. Ему стало страшно. Он панически зашарил руками. Повезло: удалось ухватиться за бухту стального троса. И тут же навалилась тяжесть, нагружая мышцы и сухожилия весом болтающейся над пропастью биомассы. Гребаное вращение, здесь почти 0,9 «же»… Трос врезался в ладони, на щеку Рика упала капля крови. В сотне метров под ногами – салатовый квадрат террасы. Над парком бушует сражение: уцелевшие нигилисты высаживаются на цилиндр, вступают в бой с охраной Кариначипула. Атака велась с нижних этажей «Геликона» – Рик разглядел там черную впадину выбитого окна. Залпы продолжаются, нанося вторгшимся все больше урона. Сильно пострадали ряды челноков – медлительные аппараты вдребезги разбивались о сотовые стены, теряли управление и дрейфовали над кронами деревьев, становясь легкими мишенями для охраны торговца. С баржами и скейтбордистами Бэксайда дела обстояли получше: первые лишь незначительно смещались от гравиударов, вторые попросту не позволяли наводчику хорошо прицелиться.

Рик подтянулся и выбросил левую руку – выше, к спасительным скобам. Ладонь сомкнулась на холодной железке. Рывок. Следующая скоба. Вскоре он смог найти опору для ног и надежно утвердиться на борту контейнера. Баржу сильно тряхнуло, от чего кисти отозвались болью. Провал окна вместе с нижней частью «Геликона» исчез. Рик сообразил, что движение баржи – отдача, побочный эффект работы аннигилятора.

Он теснее прижался к контейнеру. Второго залпа не последовало. Да и зачем? Орудие уничтожено. Шакалы высаживались на крышу «Геликона», реализовывая численное преимущество.

Рик взобрался наверх. Там, возле расчехленной пушки, деловито хозяйничал Рауль. Оставалось лишь удивляться, как фолнар справился с активизацией, выбором режима и сложной системой наведения.

Факт, что он это сделал.

* * *

Стычка перетекла в стадию мародерства. Жилые ячейки кластера вспарывались лазерными резаками, замки дверей взрывались микрозарядами и выводились из строя электронными отмычками. Тех, кто оказывал сопротивление, безжалостно убивали. Слышались ругань и женские крики. Жители кластера не успели объединиться в ополчение – к нашествию нигилистов никто не был готов.

– Это нельзя прекратить? – спросил Рик, указывая на смотровое окно.

Бэксайд, развалившийся в силовом кресле, саркастически ухмыльнулся.

– Ты сам призывал их к этому.

Рик замолчал, наблюдая, как технику, шмотки и рабынь грузят на баржи, пришвартованные у стен. Сверху – рекламные слоганы, лавина образов. Рауль сидел на ковре и с деланным безразличием рассматривал свой игольник. Головы Михея-Кариначипула молчали, разумная сороконожка не проявляла признаков жизни.

– Мы встречались, как вы помните, – начал Рик.

Левая голова (Михей) сверкнула глазами:

– Вы продавали трансы.

– А вы их отказались купить, – напомнил Рик.

– Мы не отказывались! – возмутился Кариначипул. – Нас не устраивал обмен.

– Обмен, – кивнул Рик. – Вы не забыли условия?

– О, нет, – Михей-Кариначипул изобразил (изобразили?) нечто вроде улыбки. – Вы пришли за этим, уважаемый человек?

– Почти. Я…

– Хватит трепаться, – Бэксайд грубо прервал Рика. – Контроль-Служба знает о нападении. Пора сваливать.

– Хорошо, – Рик посерьезнел. – Условия изменились, скирд. Я требую пароль доступа. К моему звездолету. Быстро.

– Угроза? – на лицах чужого отразилось недоумение.

– Конечно.

– Вы же цивилизованная личность, – скирд переключился на жалобный тон. – Вы ничего со мной не сделаете.

– Я – нет, – согласился Рик. – А вот он (кивок в сторону фолнара)… Дикарь с планеты Отра. Слышали?

Михей-Кариначипул дернулся.

Рауль никак не среагировал, но эффект был достигнут. О мире, где ежегодно наступает анархический период, по галактике ползли темные слухи.

– Пароль длинный, – сказал Михей.

– Человеческое сознание его не запомнит, – поддержал Кариначипул.