Время теней - Андрей Павлухин

– Спрячьте в ангар.

– Каким образом? Все тягачи демонтированы.

– Просто откройте ангар. Я справлюсь сам.

– Я не имею права.

Жестко.

Рик вышел, не сказав ни слова. Ситуация безнадежна.

Рауль догнал его за пределами купола. Когда он заговорил, изо рта вылетело облачко пара:

– Ты бывал здесь прежде?

– Я здесь служил, – ответил Рик. – Мы подавляли мятеж тоталов.

– Кто это?

– Что-то вроде партии, конечная цель которой – оккупация Галактики и генетическое изменение всех по своему подобию. Федеральная армия задушила их, несмотря на новое оружие.

– Новое оружие?

– Ничего сверхъестественного. Тоталы применяли психоударные средства. Никаких сведений не сохранилось, технология забыта вместе с ее создателями.

Миновав шлюзовую камеру, они сбросили шубы и поднялись в рубку. На обзорных экранах стыла ночь.

– Мне нужна помощь, Рауль.

– Конечно.

– Тебе придется найти эту базу. Иначе мы никуда не полетим. Ни на Бетельгейзе, ни на Отру. Я отведу корабль на орбиту, потом подключусь к Бинету и выложу объявление. Его прочтут все планетарные пользователи. Я укажу адрес квартиры, которую ты снимешь. К тебе придут люди с базы. Твоя задача – договориться с ними о моей посадке. Придется пересечь с ними океан. Дальше – моя забота.

– Что такое океан?

Рику пришлось объяснять.

– Много воды. Бескрайняя территория, заполненная водой.

Рауль попытался представить – и не смог. Мозг жителя пустыни отказывался воспринимать такую информацию.

– Это опасно, – предупредил Рик. – В океане бывают штормы. Тебе вряд ли понравится. Но выбора нет – ты ведь не умеешь управлять звездолетом.

– Верно, – согласился Рауль. И добавил: – Ваши машины могут видеть из космоса любой объект. Это так?

– Да, могут. Но некоторые объекты умеют маскироваться. С орбиты база будет выглядеть как облако или поверхность океана.

– Как ты узнаешь мой адрес?

– Через сеть. Влезу в регистрационные файлы.

– Ладно… Куда ехать?

Рик рассказал. По линии экватора планету охватывает монорельсовая трасса. Она связывает центральные бируанские архипелаги. Воздушный транспорт здесь не распространен, монорельсовые поезда – лучшее средство перемещения. В семистах километрах восточнее лежит заброшенный кризский город Лланару, построенный на атолле. В этом районе трасса проложена по барьерному рифу…

Ночь нехотя откатывалась под натиском рассвета, забирая с собой холод и колючую ярость звезд.

Рауль взял с собой игольник, нож и заплечный рюкзак, куда сложил оружие, запасную одежду и кредитку с незначительной суммой местных денег. Больше ему ничего не требовалось. Вместо поношенных фолнарских сапог Рик подарил ему армейские ботинки.

Краешек солнечного диска выглянул из-за горизонта, вычертил длинные тени, наложил их на асфальт и на причудливо изогнутые стены кризских зданий.

Они шагали по улочкам Даркпорта, направляясь к станции. Теперь Рауль видел океан – далекую синюю полосу, кромку, означающую границу острова, а еще – длинную стрелу монорельсовой дороги, разделяющую город на две равные части и вытягивающуюся скоростными поездами на восток и на запад.

Рауль впитывал новый мир. Ровные, без единой выщерблины, тротуары, странную геометрию построек, несущую отпечаток иной расы… Антагонизм. Вода против глины.

Старейшины говорят, что Сардонис пришел со звезд. Они говорят красиво: рожден лунами. Маленький Рауль пытался представить, как луны сдвигаются для совокупления, выпускают на свет великого героя. Он не смотрел дальше, не воспринимал всю необъятность вселенной. А теперь эта необъятность вливается в него, ломает, разносит рамки субъективного на световые годы, жонглирует миллиардами звезд и миров, туманностями и пылевыми облаками, улыбается глазами и ртами инопланетных рас, обрушивается на сознание ревом двигателей и заглатывает утробой гипера, пытается убить и свести с ума.

Голубой свет затапливает все вокруг.

Рик попрощался с ним на широком безлюдном перроне. Он помог фолнару купить билет, посадил его на поезд и ушел.

Звездолет взмыл в небе в утренних лучах бируанского солнца.

* * *

По обе стороны трассы искрился океан. Уже час Рауль мчался в комфортабельном вагоне по бескрайнему однообразию, а диск не вылез и на треть.

Дорога была «подвешена» над морской гладью, отмежевана от нее призрачным флером силовой трубы. Через равные промежутки мелькали кубики генераторов поля. Рауль, сидя у окна, наблюдал за унылым пейзажем. Его охватила меланхолическая задумчивость – обо всем и ни о чем. Настроение пути. Рик, в общем, неплохой парень, просто жизнь его подмяла. Что-то произошло – раньше, до того как Рик служил в армии. Глупо – он, фолнар-эдо, отправился в Астерехон, чтобы отомстить, а вместо этого шатается от звезды к звезде, и неизвестно, когда это закончится. Но он вернется, обязательно вернется. Ради памяти, ради Старейшины Зарима. Ради своего клана.

В вагоне ехало еще несколько человек. Все были поглощены своими делами – читали электронные газеты, ели, переключали каналы на встроенных в спинки кресел экранах.

Поезд внезапно остановился. Торможение заняло секунды, затем – резкая остановка. Толчок. По вагонам прокатился голос киберпилота:

– Сохраняйте спокойствие. Задержка вызвана повреждением полотна. До прибытия ремонтной группы и спасателей вы имеете право бесплатно пользоваться вагоном-рестораном. Стоимость билетов будет возмещена по прибытии в Лланару, после подачи заявления. Транспортный департамент приносит свои извинения.

– Опять пираты, – буркнули сзади.

– Пираты? – переспросил кто-то.

– Каботажники. Ходят вдоль полотен и рифа, грабят почтовые и пассажирские поезда.

– А силовая труба?

– Отключают. Взламывают под водой контрольные блоки.

Рауль заметил, что защитная пелена исчезла.

– Спасатели появятся нескоро, – сказал грубый мужской голос. – Десять-двенадцать часов. Это минимум.

– Я подам в суд, – уверенно заявил женский голос. – У меня встреча. Если опоздаю – останусь без работы. В этом виноват департамент.

– Глупости, – осадили ее. – Правительство не несет ответственности за действия каботажников. Это непредсказуемый фактор. Как погода.

– Погода – вполне предсказуемый фактор, – не унималась женщина. – На некоторых мирах.

– Забудьте про это. В ближайшие сто лет.