Ледяной бастион - Алексей Бессонов

«Пума» коснулась грунта столь мягко, что толчок вышел почти неощутимым. Над головами столпившихся в коридоре людей гулко загрохотали башни ближнего боя, выдвинутые перед самой посадкой. Грохот сливался с нудным завыванием редукторов поворота, и в этой какофонии можно было сойти с ума: от непереносимого шума не спасали даже задраенные боевые шлемы, он, казалось, пронизывал все тела, норовя разодрать его в клочья.

Баркхорн дал команду на прекращение огня тогда, когда Ариф уже хотел вызывать его по внутреннему каналу. Обе двери шлюза ушли в свои пазы, и Кириакис прыгнул вперед, забыв захлопнуть забрало шлема.

В лицо ему ударило пламя. Вокруг корабля горело все, что могло гореть: зеленые прежде холмы, отделявшие пустырь от цехов, полыхали сваленными на них пластиковыми болванками – вывороченная огненным бешенством земля перемешалась с кипящей темной массой, и все это было объято ревущим, тонущим в жирном черном дыму пламенем.

Ариф загерметизировал снаряжение, превратив его в подобие боевого скафандра, и бегло огляделся. Люди не нуждались в его командах – в наушниках металась холодная скороговорка Роберта:

– В обход справа, туда, где нет огня! Арьергард, держим прикрытие!..

Их было человек двадцать, и они мчались вслед за Робертом, огибая крайний справа холм, на котором гореть было нечему. Двое самых рослых, несшие в руках продолговатый контейнер заряда, бежали в середине колонны, замкнутые в традиционный четырехугольник охранения.

Первые противники встретились на спуске с развороченного холма: над плоскими крышами длинных, выстроенных в ряд строений, заговорили решетчатые башни с лазерами. Они были к этому готовы. Укрывшись в лощине, Ариф вскинул свой тяжелый четырехствольный «Нокк» и выдернул из казенника плоскую рамку прицела. На секунду ему показалось, что вращающаяся на верхней площадке конструкция слишком уж массивна и непохожа на известные стационары, но задумываться над этим было некогда, он загнал сверкающий белый глаз в перекрестье и нажал на спуск. «Нокк», выставленный на стрельбу всеми стволами сразу, исторг гремящий фонтан голубоватого пламени, и лазер на башне вспух пронзительным шаром взрыва. Ариф развернулся, целясь в следующую башню, но выстрелить не успел – они уже падали, исковерканные ураганным огнем залегших по ямам и лощинам людей.

– Внимание! – выкрикнул Роберт. – Живая сила противника на двух часах! На двух часах!

Ариф повернулся, привстал на одно колено, его большой палец скользнул по казеннику, переводя излучатель на последовательную стрельбу, а нижняя челюсть привычно нащупала в шлеме сенсор поиска противника. Электроника тотчас прорисовала алым несколько десятков полуодетых фигурок, бегущих от корпусов. Стволы заговорили по кругу, и они начали исчезать одна за другой, теряясь в шквале возникшего на их пути пламени.

– Ара, прикрой сзади! – крикнул Роберт.

Прикрывать сзади было не от кого, скорее уж – с флангов. Вместе с Арифом посреди дымящихся ям остались еще два человека, остальные рванулись вперед. Они резво забежали в центральный – насколько можно было понять – корпус, и несколько минут Ариф слышал только изумленные восклицания солдат и неразборчивую ругань Роберта. Он забеспокоился… и тут в уши резанул отчаянный крик:

– Их тут тысячи, милорд! Тысячи!!! – и резкая, беспорядочная стрельба.

– Оставаться здесь! – крикнул Ариф своим людям, срываясь с места.

Под высоким потолком огромного корпуса метались голубые молнии выстрелов… метрах в сорока от входа начинались какие-то темные, похоже, зачехленные сооружения, и между ними судорожно метались фигурки людей в имперских комбинезонах, совершенно неразличимые невооруженным взглядом из-за мимикрии снаряжения.

– Роббо, что у вас? – спросил Ариф, подбегая к Роберту, укрывшемуся за углом прикрытого тканью агрегата.

– А ты посмотри, и послушай, – посоветовал тот. – Я не могу понять, что все это значит…

Ариф опасливо высунулся в проход. Сперва он просто ничего не понял: все их люди уже не метались по корпусу, а стояли или лежали, укрывшись, как и их командир, за странными зачехленными агрегатами, и безостановочно палили вглубь помещения. Присмотревшись – тьма не была ему помехой – Ариф не поверил своим глазам. Прямо перед ним, буквально в нескольких метрах от его лица, тяжко шевелилась, плеская белыми огнями выстрелов, какая-то темная неоднородная масса. Через секунду он понял – то были люди, тысячи обнаженных людей, мужчин и женщин, многие были с оружием. Передние ряды уже давно превратились в омерзительное пережаренное месиво, и уцелевшие, казалось, плясали на бруствере из трупов своих товарищей – раз за разом выметаемые убийственным огнем залегших по укрытиям солдат.

– Да они все под кайфом! – понял Ариф и почувствовал, как по спине ползет волна липкого пота, вызванного ужасом и отвращением.

– Безусловно, – согласился Роберт с каким-то непонятным равнодушием. – Вся беда в том, что через десять минут у нас выйдут боеприпасы. Проклятье, тут нужен танк, и не один!

– Закладываем бомбу прямо здесь, – решил Ариф, – и давай сматываться. Дальше мы явно не пройдем, мы и так уже влипли. Тебе не кажется, что эти штуки, – он ткнул прикладом в агрегат, за которым они прятались, – до боли напоминают синтезаторы и молекулярные миксеры высокого давления?

– Я тоже так думаю. Но где мы ее спрячем?

Ариф не без труда приподнял тяжелый край плотного чехла и заглянул внутрь. Его взору предстала какая-то глубокая выемка с грязными, в потеках, металлическими стенками. Находившийся в их распоряжении портативный заряд вполне мог там поместиться.

– Давай, наверное, сюда, – сказал он. – И – рискнем, поставим небольшое замедление. Даже если эти параноики успеют бомбу найти, то уж вынести ее они точно не успеют, это с гарантией. Да и вообще, какая разница, где она грохнет? С этакой-то мощностью…

Роберт молча хлопнул его по плечу и вызвал минеров. Когда люди с зарядом смогли подползти к ним, из всех стрелков продолжали бой лишь три человека – у остальных кончились боеприпасы. Ариф стремительно расстегнул продолговатый кофр и откинул крышку таймера.

– Я ставлю три минуты, – сказал он.

– Все в корабль! – приказал Роберт, – Срочная эвакуация!

– Давай, – хрипло выкрикнул Ариф.

Вдвоем они приподняли чехол и, напрягаясь изо всех сил, вперли тяжеленную сосиску в темную нишу. Оборачиваясь, Ариф увидел, как к воротам – спиной вперед – отбегают последние прикрывающие. Думать было некогда. Едва чехол, хлопнув, упал вниз, они с Роббо дернули с места, как на стометровке.

Они уже не видели, что происходило в цеху. Спотыкаясь на спекшихся валунах вывороченной пушками земли, диверсанты стремительно миновали холм и один за другим начали запрыгивать в распахнутый шлюз звездолета. У них было несколько раненых – Роберт помогал забрасывать их внутрь; в корабль он влетел последним. В коридоре началась жуткая каша. Это было очень тяжело – что есть духу бежать по тесной пластиковой кишке и на бегу тащить пятерых беспомощных, окровавленных людей.