Командир Браге - Макс Мах

– А кто узнает, что это были англичане?

– Все, Лиза! – пожал плечами Иван. – Это то, чего я не успел тебе рассказать. В момент нападения в ресторане находился высокопоставленный сотрудник МИ-6 майор Ричард Седжвик.

– Случайно? – нахмурилась Лиза.

– Нет, – покачал головой Иван. – Он руководил твоим похищением.

– Ты это точно знаешь?

– Точно, – кивнул Иван. – И ты со мной согласишься, когда взглянешь на эту листовку, – он достал из кармана сложенный вчетверо листок желтой бумаги и протянул Лизе. – Посмотри! Это розыскной лист на майора Седжвика. Удрал, гад, теперь ловим по всему городу…

Лиза взяла листок. Развернула. И едва сдержала готовую сорваться с губ площадную брань. С фотопортрета на нее смотрел капитан ван Россом.

* * *

В конечном счете, не сегодня так завтра, но этот разговор был неизбежен. И он состоялся. Увы.

– Яков… – было крайне сложно начать, но и не спросить оказалось невозможно. – Яков, я…

– Тебе плохо? – встрепенулся Джейкоб. – Позвать врача?

Лизу оставили в больнице – чего и следовало ожидать – еще на два дня. Хочешь не хочешь, а обязан соответствовать. Раз отравлена, значит, лечись. Ну, или хотя бы наблюдайся.

– Да нет! – отмахнулась Лиза. – Не надо! Чувствую я себя как раз нормально… Скажи… То есть нет! Постой!

Паганель пришел ее навестить вечером того же паскудного дня. Полина позвонила ему по собственной инициативе. Впрочем, Лиза не возражала. Она и сама соскучилась. Но любовь любовью, а вопрос – этот вопрос – висел над ними, как дамоклов меч.

– Я сначала хочу извиниться, – у Лизы было омерзительное чувство, что она затягивает Джейкоба в гнилое болото ее собственных тайн и бед, разрушая все светлое, что уже успело между ними возникнуть.

– Извиниться? – удивленно поднял брови Джейкоб. – За что?

– За гадкий вопрос, подразумевающий еще более гадкие подозрения, – решилась, наконец, Лиза.

– Гадкий вопрос? – он все еще не понимал или искусно скрывал свое знание, что маловероятно, но все же возможно в свете обвинений, выдвинутых Иваном Кенигом.

– Яша, ты шпион?

– Я кто? – кажется, ее вопрос его озадачил.

– Ты шпион? – повторила она свой вопрос. – Ты работаешь на специальную секретную службу?

– Я джентльмен! – Словно бы это могло что-то объяснить! Не в современном мире, да и раньше…

– Хорошо, – чуть кивнула Лиза, – значит, ты не работаешь в СИС. А как же тогда миссия в Кушан?

– Ах вот ты о чем! – улыбнулся Яков. – Не знаю, кто твой источник, Лиза, но должен сказать, его осведомленность впечатляет. Да, это была разведывательная миссия, но я выполнял личную просьбу премьер-министра.

– Вот и славно! – перевела дух Лиза.

Поручение премьер-министра, просьба, услуга… Это не шпионаж. Она и сама не так давно без трепета и сомнений откликнулась на просьбу Ивана. Но разве можно назвать ее шпионкой?

– Скажи, а Ричард Седжвик… Это правда, что он навещал тебя на постоялом дворе?

– Да, – недоуменно посмотрел на нее Джейкоб. – Откуда ты знаешь? – нахмурился он. – И потом, какое отношение имеет мистер Седжвик к нашему разговору? В чем дело?

«Действительно, Яша, в чем дело?» – Сжало сердце, и во рту стало горько, словно желчь поднялась горлом.

– Яша, ты его давно знаешь?

– Лет пять или шесть… – пожал плечами Яков. – Но объясни мне, пожалуйста, в чем все-таки дело?

– О чем вы говорили, когда он вчера зашел к тебе?

– Это допрос? – в голосе Якова зазвучала обида, как тогда во время застолья во Владимире. Но сейчас все было куда хуже. Паганель не дурак, сообразил, поди, откуда у Лизы такая осведомленность.

– Нет, просто вопрос. Мой вопрос. Имею я право спросить?

– Да, – кивнул Паганель. – Конечно. В этом нет сомнений, но…

– Ответь, пожалуйста! – перебила его Лиза.

– Лиза, мы с майором Седжвиком давно и хорошо знакомы…

«Господи! Ну, что у тебя за друзья, Яша? Ты что, совсем не разбираешься в людях?! Кого ни возьми, все мерзавцы. Или у вас других нет? Но ты-то не такой, я знаю!»

– Он зашел ко мне, так как знал, что я нахожусь в Шлиссельбурге. Визит вежливости, если это тебе так важно.

– Вы говорили обо мне?

– Ну, разумеется, Лиза! Он спросил, чем я так долго занимаюсь в Себерии. Я сказал, что здесь живет моя невеста. Он спросил о твоем имени. Я ответил. Слово за слово, я стал рассказывать о тебе. А что, нельзя?

– Можно… Он интересовался нашими планами? Встречаемся ли мы сегодня или завтра? Вернулась ли я в город?

– Ты его в чем-то подозреваешь?

– Только в том, что он организовал на меня нападение.

– Глупости! Лиза, этого не может быть! Седжвик джентльмен!

«Джентльмен? Господи, Яков, ты не должен был этого говорить! Зачем же сказал? И что мне теперь с этим делать?»

– Считаешь, это достаточный повод, чтобы не верить себерской полиции? – Лиза взяла с прикроватной тумбочки и протянула ему розыскной лист.

– Ерунда! – отмахнулся Яков, просмотрев листовку. – Это какое-то недоразумение! Зачем бы ему нападать на тебя. Вы даже не знакомы!

– Ошибаешься, Яков. Мы знакомы. Только тогда его звали иначе. Твой Седжвик это мой капитан ван Россом. Пират, бандит и убийца. Я, кажется, тебе рассказывала…

– Ты не могла ошибиться? – снова нахмурился Паганель. – Это серьезное обвинение, Лиза. Очернить человека легко, вернуть ему честное имя гораздо сложнее. Я должен с ним поговорить. Он джентльмен, и я не верю… Возможно, есть какое-то другое объяснение…

– То есть моего слова тебе недостаточно? – Ее словно по лицу ударили.

«Мое слово против его… И кому ты поверишь?»

История повторялась. То же самое произошло тогда во Владимире. И ведь Паганель ей не чужой. Он, несомненно, ее любит, и все-таки не может поверить ей на слово. Не может согласиться с тем, что люди, которых он знает как джентльменов, способны на злодейство.

«Он просто наивен, как детя. Искренен… За это я его и полюбила», – Лиза пыталась успокоить себя, но у нее ничего не получалось.

«Он просто не знает, как это бывает в жизни!» – Но Лиза знала одно жестокое правило юриспруденции и, к сожалению, должна была с ним согласиться. Незнание законов не освобождает от ответственности.

Сердце уже не болело. Оно разрывалось. И слезы стояли в глазах.

– Уходи! – сказала она. – Уходи, Яков!

– Лиза! – вскинулся он, все еще ничего не понимая.

– Уходи и не возвращайся! – сухо повторила она.