Валентин Понтифик - Роберт Силверберг

Появился Слит. Он некоторое время смотрел на них, как будто понемногу избавляясь от подозрительности и хандры, потом подошел поближе, и Карабелла без предупреждения метнула ему нож, дубинку и топорик, а он, небрежно ловя предметы, пустил их летать вокруг себя и так же непринужденно добавил к каскаду еще три предмета, которые кинул ему Валентин. На лице Слита вроде бы появилась тень напряжения, которую невозможно было бы представить себе десять лет назад, разве что в тех случаях, когда он исполнял свои отработанные приемы с завязанными глазами, но ничто иное не позволяло заподозрить хоть какого-то снижения его незаурядного мастерства. «Эй!» – воскликнул он, кидая дубинку и топорик Валентину, и принялся безжалостно переадресовывать остальные предметы Карабелле, прежде чем корональ успел поймать первый предмет. И они втроем – Карабелла, Валентин и Слит – продолжали жонглировать с величайшей серьезностью, как будто вновь стали странствующими жонглерами и готовились к выступлению перед королевским двором.

Глядя на виртуозную технику Слита, Карабелла решилась тоже воспроизвести несколько сложных трюков из своего былого репертуара. Слит в ответ еще больше усложнил движения, и вскоре Валентин уже достиг предела своих возможностей. Тем не менее он старался не отставать от них и неплохо преуспевал в этом, лишь изредка роняя тот или иной предмет, пока не осознал, что его забрасывают с обеих сторон хохочущая Карабелла и сосредоточенный серьезный Слит, и тут у него сразу перестали гнуться локти и онемели пальцы, и все, чем он жонглировал, посыпалось наземь.

– Ах, мой повелитель, ну куда же это годится! – раскатился над поляной грубый и восхитительно знакомый голос.

– Залзан Кавол! – удивленно и радостно воскликнул Валентин.

Огромный даже для своего племени скандар подлетел к нему, стремительно изобразил знак пылающей звезды и, не говоря больше ни слова, подобрал с земли все, что уронил Валентин, и с маниакальным восторгом начал перебрасываться ими со Слитом и Карабеллой, используя сразу четыре руки; этот, доступный только скандарам, стиль жонглирования не способен долго поддерживать ни один, даже самый искусный, жонглер-человек.

Валентин всмотрелся в лесную полутьму и увидел, что под дождем бежит целая толпа – Лизамон Халтин, на плече которой устроился вруун, Тунигорн, Тизана, Эрманар, Шанамир, а из остановившейся неподалеку заляпанной грязью большой летающей лодки все вылезали его спутники, все, понял Валентин, кого он оставил в Гихорне, благополучно добрались сюда.

– Доставайте вино! – крикнул он. – Это необходимо отпраздновать! – и бросился к приехавшим, обнимая одного за другим, встав на цыпочки, обхватил великаншу, радостно хлопнул по плечу Шанамира, торжественно пожал руку величественному, как всегда, Эрманару и стиснул Тунигорна в объятии, от которого у кого-нибудь послабее надолго перехватило бы дух.

– Мой повелитель! – прогремела Лизамон. – Пока я жива, больше никуда не отпущу вас одного! Не сочтите за грубость, повелитель, но зарубите себе на носу: больше никогда! Никогда!

– Если бы я мог предвидеть, – подхватил Залзан Кавол, – что в тот же день, когда вы сказали, что оторветесь от нас на дневной переход и доберетесь до Стейча, мы попадем в такую страшную бурю и потом несколько недель будем искать вас… ах, мой повелитель, какого же вы мнения о своей охране, если позволили себе вот так взять и удрать от нас? А потом Тунигорн сказал, что вы уцелели в бурю, но отправились в Пьюрифайн, не пожелав дождаться нас… ах, мой повелитель, мой повелитель… не будь вы тем, кто есть, я при встрече обвинил бы вас в измене самому себе, так и знайте, мой повелитель!

– Надеюсь, вы простите мне эту опрометчивость, – выговорил Валентин.

– Мой повелитель, мой повелитель!..

– Поверьте, я вовсе не собирался так надолго убегать от вас. И специально послал Тунигорна, чтобы он отыскал вас и отправил вслед за мною. И каждую ночь я отправлял вам послания – надевал обод и всеми силами мысли тянулся к вам, к тебе, Делиамбер, и к тебе, Тизана…

– Мы получали эти послания, мой повелитель, – сказал Делиамбер.

Правда?!

– Каждую ночь. И очень радовались тому, что вы живы.

– Но ни разу не ответили? – вопросительно произнес Валентин.

– Ну что вы, мой повелитель, – ответил вруун, – мы отвечали всегда. Но знали при этом, что не достаем, что моих сил не хватает, чтобы преодолеть такое расстояние. Мы пытались попросить вас задержаться где-нибудь и дать нам возможность догнать вас, но вы с каждым днем углублялись все дальше в джунгли, а мы постепенно отставали, и я никак не мог пробиться к вашему сознанию. Да, мой повелитель, не мог.

– Но в конце концов вам это удалось.

– Только с помощью вашей матери, Владычицы, – объяснил Делиамбер. – Тизана встретилась к ней во сне, в послании, сумела объясниться, и Владычица поняла ее – она поддержала силой своей мысли мое послание и перенесла его, куда я сам никогда не дотянулся бы. В результате нам все же удалось переговорить с вами. Мой повелитель, нам нужно очень многое сообщить вам.

– Да уж, – поддержал его Тунигорн. – Заранее предупреждаю, Валентин, ты очень удивишься.

– В таком случае удивляйте меня.

– Тунигорн, конечно же, рассказал вам, что мы уличили советника по сельскохозяйственным вопросам Й-Уулисаана в том, что он шпион метаморфов?

– Да, он успел сообщить об этом. Но как вам удалось его разоблачить?

– Едва вы отправились вперед, на берег Стейча, как мы на первом же ночлеге застали Й-Уулисаана в процессе мысленной связи с кем-то, находящимся вдалеке. Я тут же попросил Залзана Кавола и Лизамон схватить его.

– Но откуда у Й-Уулисаана могла взяться такая сила? – спросил Валентин, изумленно моргая.

– Потому что он меняющий облик, – ответила Тизана, – а меняющие облик умеют каким-то образом сливаться разумами, используя при этом в качестве усилителей великих королей морских драконов.

Валентин застыл с таким видом, будто на него напали сразу несколько противников, и молча переводил взгляд с Тизаны на Делиамбера и снова на старую толковательницу снов. Он изо всех сил пытался вникнуть в смысл услышанных слов, но в них было столько странного, совершенно неведомого ему, прямо-таки непостижимого, что доходило это с большим трудом.

– То есть как это… – медленно проговорил он. – Метаморфы, значит, разговаривают друг с другом при поддержке морских драконов? Кто бы мог предположить, что драконы не просто разумны, но обладают столь мощным разумом?

– Они называют их водяными королями, – сказала Тизана. – И получается, что у этих самых водяных королей и впрямь очень мощные умы. С их-то помощью шпион беспрепятственно передавал донесения.

– Донесения о чем? – с тревогой спросил Валентин. – И кому?

– Мы застали Й-Уулисаана с поличным, – продолжил рассказ Делиамбер. – Лизамон и Залзан Кавол схватили его, и он сразу начал менять облики. Мы хотели доставить его к вам на допрос, но вы отправились вперед, к реке, потом началась буря, и мы не смогли поехать за вами. Поэтому мы сами его допросили. Он признался, что был шпионом, и его задачей, мой повелитель, была помощь вам в планировании действий по борьбе с заболеваниями растений и другими бедствиями, после чего он сразу же информировал свое руководство о принятых решениях. Что было большим подспорьем для метаморфов, поскольку именно они занимаются созданием и распространением этих болезней.