Идущий на Север. Долина Башен - Вадим Денисов

– Спешить надо…

– Что делать с плащом, Марк?

– Надевай прямо поверх своего, он длиннее, – удачно придумал я. – Ты в нём покажешься ещё внушительней, девицам это понравится.

– Хех! Сама Судьба ходит за спиной и играет в свою игру… Ещё месяц назад я был простым охотником за головами, – задумчиво произнёс воин, снимая с сучка и тщательно отряхивая трофей. – И чем занимаюсь теперь?

– Очень добрым и нужным делом, дружище.

Речные суда в рейс к низовьям Арана пока не собираются, приготовлений не видно. Так что вечерком в местной таверне начнутся обязательные расслабляющие процедуры, народ заведётся и, как водится, немного подерётся. Не думаю, что находка растерзанного зверьём тела тут кого-либо удивит. Это мутный чужак, большой тревоги не будет.

* * *

Я мечтал раздобыть одежду из шкур северных оленей.

Лучшей защиты от холодов придумать нельзя, точно знаю, читал. При носке такой одежды создаётся дополнительный слой так называемой скрытой теплоты испарения, и под одеждой поддерживается термостабильный микроклимат. Тепло даже в самый лютый мороз. Дело в том, что остяной волос северного оленя внутри полый, и воздушная прослойка работает, как теплоизолятор.

По этой же причине убитый северный олень не тонет в воде, что и позволяет его бить на переправах через реки. А камус – куски шкуры с коротким, плотным и твёрдым волосом, срезанные с ног оленя, – идеально подходит для изготовления обуви. В камус не забивается снег, он не боится воды. ДСО, то есть дикий северный олень, так же как его сородич – американский карибу, водится и на этой планете. Правда, мало кто видел эти стада, о «мохнорогих» проще узнать из письменной истории Ванкоры, в столице, например, чем из устных рассказов северян.

В этом регионе мохнорогие не водятся, нет необходимой кормовой базы и прежде всего ягеля и других мхов.

Домашним оленеводством отгонного типа занимаются «бродячие», так называют племена оленеводов, проживающих в далёких областях, примыкающих к побережью Студёного океана. С ними кое-как поддерживают торговые отношения северные варвары, ничего на бумаге не фиксирующие, а потому и сведения, полученные из пятых-десятых рук, чудовищным образом искажены. Таковы же и карты северных областей, там царит сплошной период наивной картографии, который существовал на Земле вплоть до семнадцатого века…

Нет ясности и с ледовой обстановкой в тех краях. «Исследования», гораздо больше похожие на предания, демонстрируют разнобой в представлениях. Моря Студёного океана то круглый год скованы льдом, то вдруг выясняется, что в короткий летний сезон плавание в тех широтах хоть и затруднительно, но вполне возможно. Для большинства попыток освоения землепроходцами северных берегов Ванкоры характерна одна и та же картина – быстрое продвижение, которое вскоре прекращалось… Почему так? Анализируя упоминания о морских экспедициях деловых людей к Студёному океану, я предположил, что всё дело в изменении климатических условий, в Малых ледниковых периодах, в периодическом общем похолодании приполярных областей. У кого-то получилось проплыть по чистой воде, а следующие поколения уже не смогли…

Время научных экспедиций ещё не пришло.

Так или иначе, но контакта цивилизованных народов с оленеводами до сих пор нет, племена варваров, типичных охотников и собирателей, проживающие вплоть до северной границы тайги, служат надёжным заслоном.

Ничего, как только в процессе развития фриланы и теллины выбьют на своих землях всю пушную дичь, начнётся неизбежная экспансия.

В общем, на оленьи шкуры я не уповал, мы вполне удовольствуемся традиционными для теллинов куртками из прекрасно выделанной овчины. Тем больше было моё изумление, когда в лавке одного из мастеров Элона вместе с кожевником, шьющим зимнюю одежду для горожан и на продажу, удача повернулась к нам широко улыбающимся лицом.

В ответ на мой робкий вопрос мастер, что-то неразборчиво буркнув себе в жёлтые усы, медленно удалился в подсобное помещение и вскоре вытащил на свет божий образцы: это была парка с капюшоном и унты.

– Опытные промысловики используют именно такую одежду, уважаемые, – пояснил он. – Раз в год мне привозят её из наших дальних поселений, что стоят выше по реке, а они покупают шкуры у варваров.

– Да это же то, что нам надо! – необдуманно воскликнул я от радости.

– Стоить будет дорого! – тут же предупредил хитрец, озвучивая цену.

Стоящий рядом Геллерт Де Вельд без стеснения выругался, а Гика, глухо закашляв, отодвинул меня в сторону и попытался переиграть:

– Разве эти шкуры пользуются большим спросом у городских модников, уважаемый? Отчего такая цена?

– Горожане изделия из шкур мохнорога вообще не берут, только обувь в почёте, – спокойно кивнув, честно признался мастер. – Такая одежда очень тяжела, и, кроме того, волос мохнорогого оленя очень ломкий, сыплется на пол и прилипает к телу.

– Так в чём же дело? – прогудел Гел, облокачиваясь на прилавок.

– Их очень мало, – скупо улыбнулся тот. – Каждый год я беру чуть побольше, опасаясь, однако, что мне так и не удастся вернуть свои денежки за шкуры и вложенный труд, но изделия расходятся быстро, хвала Ванку! Так что, если вы не возьмёте – невелика беда, знающие люди разберут за неделю. И торговаться я не буду.

– Может, есть у других торговцев? – прошептала мне на ухо Лана, но мастер услышал.

– Не надейтесь, милая девушка, такие изделия есть только у меня. Уважаемые, я назвал цену, и теперь решать вам. Старый Руку с сыновьями, что проживает в Бурлене, готов обновить износившееся, Бака, бывший егерь, решивший стать добытчиком пушного зверя, пару дней назад приценивался. А ещё…

– Довольно, уважаемый.

Я внимательно посмотрел на мастера. Жёсткие выцветшие волосы соломенного, как бывает у большинства теллинов, цвета, нависли над открытым морщинистым лицом. Глаза голубые, умные и веселые – он уже понял, что вопрос решён.

Да решён, паразит ты этакий, решён…

Спасибо чернобородому и его тугому кошелю, средств у экспедиции достаточно, можно не поджиматься.

Унты у хозяина лавки были двух типов: тачаные, в виде обычных сапог с жёсткой подошвой, и мягкие конусообразные, каковые носят бродячие оленеводы. Подъёма у них нет в принципе, владелец формирует его сам по ноге, температуре воздуха и надобностям с помощью ремня-стяжки. Очень тёплые! И, увы, менее удобные в ходьбе.

Однако по-настоящему космических морозов, градусов под пятьдесят, например, я не ожидаю, хоть конечная цель и расположена в горах, поэтому можно брать классический покрой обуви, так и удобней, и привычней. Все унты сделаны из камуса.

Началась примерка. Если с мужчинами больших проблем не было, то миниатюрной Лане парку с ходу подобрать не удалось, требуется существенная переделка.

– Сейчас снимем мерки, подгоню всё, а для девушки постараюсь особо. Завтра утром сможете забрать, – предупредительно молвил он.