Компенсация - Дарья Проценко

* * *

– Не удивили, – прокомментировал Рико. – Эти земляне на диво расчетливы, – с утра он заглянул к Дьёну. – Что будешь делать?

– Ладжос предупреждал о такой возможности. Мы не зря полетели на медицинском звездолете.

– Насколько я понимаю, данный контакт ты считаешь успешным? – кивнул Рико на экран.

– На данном этапе да. Но нужно будет ознакомиться с тем, что эта землянка нам предоставит.

– Советую не затягивать. Военные скоро начнут свою операцию. А после их вмешательства вам будет гораздо сложнее.

– Сколько у нас времени?

– Мало, – нахмурился Рико, – и учитывая объемы и то, как это выглядит в реальности, я тебе сразу могу сказать, что ты не успеешь.

– Я попытаюсь, – пожал плечами Дьён. – Я должен. И еще… Я должен присутствовать, когда они будут забирать тела. Предупреди военных…

– Дьён, я не думаю, что тебе стоит этим заниматься. Я сам разберусь, – возразил Рико.

– Я настаиваю.

– Не справишься с задачей, тебе твою некомпетентность не простят.

– Ты не понимаешь!

– Нет, это ты не понимаешь! Это как раз тот случай, когда личное не должно быть важнее общественного! Ты слишком эмоционален! Неужели это настолько заразно? – притворно удивился Рико.

– Подготовьте нормальное прикрытие и охрану зоны перемещения. Я дам распоряжения техникам, – вернул беседу в нужное русло Дьён.

– Ты уже придумал, как именно будет организовывать…эвакуацию?

– Есть несколько вариантов.

– Не ищи сложностей там, где их быть не должно. Землянки примитивны и ведомы.

Дьёну не нравилось то, как Рико характеризовал окружающий его мир, но он определенно умел наводить других на правильные мысли.

Полдня Дьён просидел за составлением плана с учетом рекомендаций членов рабочей группы. И он был уверен, что Кате все это не понравится.

* * *

– Василевская Ольга, Вилетто Вероника, Воронина Анна, Воропаева Светлана, – Катя просматривала первоначальные списки, предоставленные Мариной Сергеевной. – Прямо музыка для моего слуха! А не то что ваши эти бесконечные Гьёрго, Гьёмар, Рьём, Сарьён… Одни буквы «ё»! И кто такие имена дает детям?

– Если вопрос ко мне, – оторвался от планшета Дьён, – то отвечу просто – родители.

– Да если бы у меня был ребенок то я бы так его никогда не назвала!

– И как бы ты назвала нашего ребенка?

– Ну не знаю, – задумалась Катя, не поднимая взгляда от экрана. Дьён невольно залюбовался ее сосредоточенным лицом. – Если мальчик, то Станислав или Ренат…

– То есть ты гипотетически допускаешь, что у нас могут быть дети…

– Ну, разумеется, ведь мы с тобой… – тут Катя осеклась и бросила настороженный взгляд на Дьёна. Тот невозмутимо вернулся к своему занятию.

Надолго Кати не хватило. Она собственно не собиралась вот так с наскока обсуждать с Дьёном то, что придумалось в катере во время возвращения на звездолет. Но она была настолько обескуражена тем, что расслабилась и наговорила Дьёну этой ерунды про возможных детей, что решила принудительно переключить его внимание.

Гхм, – откашлялась она. – Я вот тут подумала. О нас… В смысле о женщинах. Что нас ждет на Ладьё? Какие перспективы? И учитывая мой не совсем удачный опыт… – при этих слова Дьён откинулся в кресле и сложил руки на груди, а Катя деловито покрутила в руках планшет. – Я обещаю сотрудничать и делать все, что необходимо для процветания ладьёров и Ладьё, делиться опытом и по всем вопросам контактов с землянками действовать от вашего лица и во благо вашей расы, которая меня приняла, если вы рассмотрите и примите мои условия. Вот. Я тут кое – что набросала.

– Интересно, – протянул Дьён, – можно ознакомиться?

– Да. Читай, – Катя протянула Дьёну планшет.

– Не возражаешь если я вслух?!

– Нет.

– Пункт первый: открытие посольства… Хм… А что конкретно ты имеешь в виду? Мы не собираемся контактировать официально с Землей и налаживать с ней какие бы то ни было постоянные связи.

– Это черновик, – смутилась Катя. – Меня так иногда раздражает, что ты все понимаешь буквально… Тут речь скорее о координационном центре. Неком представительстве, куда может придти любая землянка со своими проблемами или запросами. Сотрудниками данного центра тоже должны стать земляне…

– Рационально. Я согласен с тем, что в настоящее время такой центр необходим, поэтому идею одобряю. Так. Далее. Ты хочешь, чтобы землянки не попадали под нашу юрисдикцию?! Это тоже выверты твоего субъективного опыта? Катя!

– А почему мне нельзя использовать собственный опыт? – удивилась Катя. – Я не допущу, чтобы вы своими варварскими ритуалами вмешивались в нашу жизнь. Нам и так будет тяжело, и ты сам понимаешь, что не исключена вероятность ошибок и просчетов в поведении. Землянки эмоциональны и любые супружеские или любовные отношения с нами сложны… – тут Катя запнулась.

– Мне об этом известно не понаслышке, – кивнул Дьён.

– Поэтому ты понимаешь, что нельзя полностью передавать женщину под контроль мужа. Ведь в данном случае именно он станет ее семьей или родом и сможет…эээ…поднять на нее руку.

– Катя! То о чем ты говоришь – недопустимо! Что значит, поднять руку? Ты думаешь, мы будем ежеминутно хвататься за ритуальный нож? Ты не понимаешь…

– Понимаю! А еще я понимаю, что несмотря на гипотетическую ломку вашей системы, это имеет смысл. Все равно удар второго ножа будет остановлен такими же землянками, как и подсудимая. Потому что реакция на подобные действия у наших женщин будет такая же как у меня, когда тебя…

– Признаю. Но я не думал, что это так сильно тебя потрясло… Хорошо. Мы рассмотрим это предложение. В крайнем случае, найдем компромисс… И я не могу такие вопросы решать единолично. Поэтому и обещать ничего не могу.

– Ладно… – смирилась Катя. «Ну хоть рассмотрят!»

– Третий пункт касается сохранения культуры… Это сложно.

– Я знаю. Дьён, – Катя сложила руки на коленях и заискивающе посмотрела на мужа, – вы ждете от нас полной ассимиляции. Но ты же понимаешь, что этого не будет?

– Естественно. Но ассимиляция неизбежна, потому что мы будем давать вам больше, чем брать от вас. И не считай нас извергами. Ты уже какое – то время живешь со мной. Я к чему – то тебя принуждаю? Что-то запрещаю? Нет! И этого не будет. А если будет, то у вас есть координационный центр. – Дьён кивнул на планшет. – И зачем насильно вас встраивать в нашу систему? Пусть все происходит постепенно. Одно поколение, два, три. Ты же понимаешь, что наши потомки уже будут другими и не будут похожи ни на нас ни на вас. А ваш язык, литература, искусство, наука, все, чего вы достигли. Мы не будем этим разбрасываться. Учите, сохраняйте, лелейте. Все в ваших руках. Пока это не мешает нам.