Стальные псы - Владимир Василенко

Хитрости и жадности Дервишей остается только поражаться. Эти прохвосты таки не просто использовали неопытных игроков, желающих получить шанс вступления в гильдию, в качестве чернорабочих. Они заявляли претендентам, что шанс этот платный и стоит ни много ни мало пять монет серебром. На возмущенные возгласы о том, что это грабёж и произвол и что их гильдия даже не топовая, следовал высокомерный и многословный ответ, сводящийся к тому, что Дервиши – это элита Артара. Клан, пусть и не самый большой и пока не самый сильный – зато самый богатый, и крепость у него будет построена раньше, чем у остальных. И потом начальный взнос за вступление в гильдию станет в десятки раз больше.

Я-то особо не спорил – мне нужно было попасть на территорию рудника, и пять серебрушек за это не казались высокой ценой.

Несколько часов до этого я потратил, шастая рядом с выходом из ущелья. Долго наблюдал издалека за самим рудником и замком, за пролегающими здесь дорогами. Соваться в замок явно не было смысла – по всему периметру стройки были расставлены часовые. Причем, судя по безупречной дисциплине, на стенах дежурили не игроки, а неписи – уже знакомые мне латники, а также с десяток лучников. Проскользнуть мимо них я и не мечтал, даже учитывая то, что на побережье постепенно опускались сумерки.

Рудник охранялся сейчас не так рьяно, но народу на нём тоже хватало. И это, пожалуй, к лучшему – есть шанс затеряться в толпе. И главное, что мне удалось выяснить в ходе разведки – время от времени от рудника в замок отправляются небольшие караваны тяжелогруженных телег. Возят, видимо, какие-то материалы – либо руду, либо просто камни. А может, и слитки – ведь, судя по дымящим трубам, часть руды переплавляют прямо рядом с шахтами. Телеги эти сопровождаются всего парой-тройкой бойцов – езды-то от рудника до замка меньше получаса. И пропускают их за стены крепости беспрепятственно – ни разу не увидел, чтобы дотошно досматривали.

Это пока единственный способ забраться в крепость, который мне удалось придумать. Что делать, когда окажусь за стенами, – я пока не придумал. Я понятия не имел, как цитадель Дервишей устроена изнутри, так что придется импровизировать. Надежду давало то, что там еще вовсю идет стройка, так что должно быть полно всяких укромных и труднодоступных мест. А уж лазать по стройкам я с детства люблю.

Я безропотно отдал распорядителю рудника – скучающему магу в расшитом золотыми змеями балахоне – свой взнос. Выслушал предупреждения насчет того, что кража любой вещи с рудника – даже ржавой лопаты – карается сбросом с южного обрыва. Выслушал обещания того, что самым старательным и ответственным работникам будет дан шанс проявить себя и заслужить место в гильдии. Выслушал жалобы на то, как же его задолбало здесь сидеть и командовать всякими нубами вместо того, чтобы отправиться на какие-нибудь приключения. И только после этого мне показали мой участок и сказали, что делать.

Поработать пришлось недолго – чуть больше часа. Но для меня это время растянулось в целую вечность. Работа была не особо тяжелая, но тупая и монотонная – помогать другим таким же горемыкам вытаскивать из шахт тележки с обломками каменной породы, опустошать их в общую кучу, пустые тележки возвращать обратно ко входу в шахту. Возле извлеченного несколько игроков сортировали обломки: куски руды – в одну кучу, крупные валуны, которые могли сгодиться в строительстве, – в другую, всякий мусор выбрасывали с обрыва. Работали все, надо сказать, без особого энтузиазма. Я так и вовсе четверть часа потратил на Медитацию – если уж предстоит вылазка в крепость, то хотелось быть во всеоружии.

Подходящую телегу я заприметил сразу – она стояла у одного из плавильных цехов и почти не охранялась, только двое работяг потихоньку грузили на неё что-то. Я крадучись, подбирался к ней всё ближе, бросал как бы невзначай взгляды, прикидывая, на что она годится с такими бортами, с тяжелыми, окованными железом колёсами – без спиц, просто деревянные кругляши. Этакий маленький деревянный танк. Сверху груз прикрывался полотнищем толстой ткани, притянутой к бортам веревкой, продетой в отверстия по её краям.

Я пришел к выводу, что забраться внутрь точно не получится – по крайней мере, пока не закончится погрузка. Но мне удалось улучить момент и нырнуть под неё. Там я зацепился руками и ногами за железные скобы на днище и подтянулся. Сбоку меня вроде бы не должно быть видно, тем более в сумерках.

Вот только продержусь ли я так всю дорогу? В реале точно бы не продержался, но виртуальным мышцам это было под силу.

Первые несколько минут я был весь на взводе – адреналин внутри кипел, я вздрагивал от каждого шороха, поминутно казалось, что под телегу кто-то заглянет. Но время шло, а вокруг была всё та же скукотища. Работяги, наконец, набили телегу под завязку. Кстати, судя по звукам, грузили они все-таки что-то металлическое – видимо, слитки железа. А то и серебра. Затем эти двое долго и неумело запрягали в телегу двух лошадей, потом позвали еще пару бойцов для конвоя. К тому моменту, когда телега наконец сдвинулась с места, я уже чуть не уснул.

Колымага была тяжелой и тащилась еле-еле. Конвоиры, бредущие рядом с ней, болтали о всякой ерунде – о гильдейских взносах, о ценах на экипировку, о том, что некая Эмилия, впечатляющей красоты целительница, на чей бюст заглядываются все Дервиши, в реале – какой-то мужик из Восточной Европы. В общем, всё как всегда – о бабках да о бабах. Скукотища.

Тем временем вечерело, и вокруг сгустилась такая тьма, что конвоиры зажгли факелы – желтые пятна света заколыхались на земле по бокам от телеги. Вскоре колёса загромыхали по толстым доскам откидного моста – мы, наконец, добрались до крепости. Я вздохнул с облегчением – уже начинал жалеть, что вообще во всё это ввязался. То битый час какие-то камни таскаю, то со скуки умираю под этой грёбаной телегой.