Ковен - Андрей Респов

— Вы почувствовали, дорна… — благоговейно прошептал Светлый.

— Понимаете, что… это? — Богиня Лоос аккуратно вернула лук на шёлк, пристально глядя в глаза Светлому.

— Конечно, дорна. Мой дед передал мне его в день совершеннолетия. По преданию… древка касалась рука самого Великого Альва…

— Даже если это и правда, Труинн! Не слишком ли вы опрометчивы?

— В стенах своей лавки мне ничего не грозит. А пожелавшему прикоснуться к этому луку без моего согласия я не позавидую.

— Божественный дар… можете гордиться оказанной Отцом Всех Богов честью, мастер.

— Откуда… — альв побледнел, — мастресс Лоос, кто вы?! — Светлого, как подменили. Одним движением он столкнул свёрток с прилавка внутрь магазина, а сам с каменным лицом встал, загораживая свой товар спиной.

— Успокойтесь, мастер. Не нужно мне это сокровище. Просто я хорошо могу определять божественные дары. Так уж случилось… И вам ли мне объяснять, что это мужской лук?

— Вы необычная, дорна, — Светлый облегчённо выдохнул, видя спокойно стоящую перед ним Лоос, — и всё же я не совсем понимаю…

— Я же сказала, Труинн, скука, всё от неё…

— Хм, а если вам… поупражняться? В Долине за «Гномьим приютом» прекрасное стрельбище! — расцвёл от идеи Светлый. Ему побыстрее хотелось спровадить странную и, чего греха таить, пугающую гостью.

— Пострелять? Хм, мысль не лишена привлекательности. Есть серьёзная проблема, мастер. На один из ваших достойных луков я золота наскребу, да только после таких трат жить и питаться буду уже на улице.

— Великий Альв! Да разве это проблема? Я дам вам любой из луков с этой витрины в аренду всего за несколько золотых и… слово дорны Дома Эрелинн, — мастер был сама предупредительность.

— А стрелы? — Тёмная решила ковать железо, пока горячо.

— Два колчана тренировочных, — отрезал мастер мрачнея.

— Великолепно! Сколько я должна? — Лоос трудно было скрыть нетерпение. Долой скуку!

— Десять золотых, — тон торговца не предполагал возражений.

Лоос мысленно махнула рукой. Острое желание развеяться отвратило её от дальнейшего торга. Выходя из лавки и шагая к одной из самых знаменитых таверн, «Гномьему приюту», славящейся как своей кухней, так и разнообразным весёлым контингентом клиентов, Лоос впервые за последние недели ощутила небывалый подъём настроения. Альва сразу оценила эту таверну за нескучные вечера, ибо есть в своём домике, пялясь на четыре стены, пусть и великолепно приготовленные блюда, ей перестало нравиться уже на третий день одиночества.

Гном Тардул, хозяин «Гномьего приюта», давно изучивший вкусы незнакомой и щедрой альвы. И, поскольку время ужина уже наступило, при появлении Лоос в дверях, радушно улыбнулся Богине, сделав знак одной из разносчиц накрыть свободный столик поближе к окну с видом на Долину. Таверна была построена у той части рынка, что располагалась на небольшом холме. Поэтому из её окон был хорошо виден как сам стихийно разросшийся посёлок, так и большая часть Долины Справедливости.

Тардул, продолжая улыбаться, вышел навстречу Лоос. Этот гном расположил альву к себе с первых минут знакомства. Хозяину таверны удавалось всегда выглядеть опрятным. Чистая рубаха и передник, аккуратно расчёсанная борода, подстриженные ногти! Богиня подозревала, что этот гном держит в каморке за прилавком всегда готовую чистую смену одежды. И, о Великий Альв! От Тардула умопомрачительно пахло свежей выпечкой. Всегда! Приятно удивлённая в первый день видом хозяина «Гномьего приюта», Лоос стала у него столоваться и серьёзно подумывала переехать из домика в одну из комнат на втором этаже таверны. Останавливало только беспокойство о том, что её будут искать Цензоры, когда понадобиться свидетель по делу Гудрун.

— Мастресс Лоос! Как я рад! Вы сегодня раньше обычного. Это очень хорошо! Со вчерашнего дня начался большой наплыв посетителей. Прибыли северными вратами два каравана и три южными. Так много новых постояльцев! — всё же, один недостаток у гнома был. Болтливость. Лоос мысленно скривилась, но улыбнулась заботливому владельцу таверны:

— Я тоже рада, мастер. Торговец Труинн подсказал, что у вас рядом где-то есть стрельбище. Хотела поупражнялась с луком…

— Хо-хо! Стрельбище!? Да у меня лучший полигон в округе: мишени и движущиеся макеты, навесы, столы и даже мастерская! И не какие-нибудь дорогущие магические, а великолепно слаженные механические, клянусь бородой Подгорного! Мой дядя, да будет светло и тепло ему за Гранью, не зря слыл мастером золотые руки. Вы получите истинное удовольствие, мастресс!

— Отлично! И я могу им воспользоваться прямо сейчас?

— Конечно, конечно, мастресс. Лично вас провожу! Только… вы ведь не будете иметь ничего против компании?

— Компании? Вашей?

— А? Нет-нет! Конечно, нет. Великому искусству стрельбы из лука я недостаточно уделял внимания, как не настаивал отец. Гному, знаете ли, надо что попроще. Дубина, молот, лопата, скалка, наконец. Я к тому, магесса, что на стрельбище уже тренируется одна из моих гостей. Хуманка, что прибыла с караваном из северного портала. Вы ведь не будете против её компании? Дама она приличная, прибыла со спутником… Вот он мне не нравится. Ругатель знатный… Но ведь его там не будет?

— Я поняла, мастер Тардул и не против компании с вашей хуманкой.

— Замечательно, мастресс! Тогда прошу пройти в заднюю дверь, вот туда, за стоечку, тут будет поближе. Не споткнитесь, мастресс, порожек высокий…

Хозяина таверны пришлось ещё какое-то время потерпеть на стрельбище, пока он показывал, как пользоваться рычагами, взводящими пружины макетов целей, и где находится ворот, вращая который можно приблизить или отдалить круглые мишени.

Хуманка, выбравшая место на дальнем правом краю стрельбища, никак не отреагировала на приход гнома и альвы. Она продолжала с размеренностью мельничного колеса посылать в мишень одну стрелу за другой. И как отметила Лоос, с отменной точностью.

Когда Тардул, от которого у альвы уже начинала болеть голова, оставил её, колчан хуманки успел опустеть, и она стала вращать скрипящую ручку ворота, притягивая мишень, плетённую из соломы, чтобы извлечь стрелы. Закончив вынимать засевшие наконечники, она сняла тетиву с лука, положила его на один из грубых дубовых столов и зашагала в сторону Тёмной альвы.

Крепкая молодая женщина тридцати лет, небольшого роста с сильными и красивыми руками, пронзительным взглядом голубых глаз. Волосы цвета спелой пшеницы, собранные во множество тонких косичек, сплетались в богатый тяжёлый хвост, перевязанный кожаными ремешками и спускавшийся ниже талии. Лоос отметила, что часть прядей была прокрашена тёмно-синей краской. Волевое лицо с крупными чертами и прямым носом, открытый лоб…

И живой интерес в пристальном взгляде, под которым альва невольно подтянулась, гордо выпрямив спину.