Модератор реальности - Игорь Абакумов

Дедок сделал глотательное движение, дернув кадыком вверх-вниз, и потянулся к ключу зажигания. Двигатель нехотя сделал несколько оборотов вхолостую и неожиданно радостно заурчал. Водитель счастливо заулыбался, снял машину с ручника и приготовился продолжить движение.

– Секундочку. Пассажиров возьми, коль один едешь. – Сержант прижал капот машины жезлом и обернулся к собакам: – А ну, ребятки, давайте-ка сюда…

Он открыл заднюю дверцу машины и призывно кивнул:

– Ну?

Семейка не заставила долго себя упрашивать. Кобель резво вскочил, подтолкнул мордой подругу и схватил зубами щенка. Вся троица быстренько оказалась на заднем сиденье.

– Вот так-то. – Сержант захлопнул дверь. – Перевези их, отец, на ту сторону…

Когда машина спустилась наконец с моста и подъехала к перекрестку со Шпалерной улицей, над плечом водителя возникла широкая морда, покрытая коркой запекшейся крови, и коротким утробным рыком попросила остановиться.

Дедок спорить не стал.

21.19. Пятница, 14 мая 2010 г., г. Санкт-Петербург, ул. Гатчинская

Катерина не решилась выключать изрыгающие треск мобильники, не выяснив причину происходящего. Отодвинув кресло с Сергеем чуть в сторону, она уселась на принесенную с кухни табуретку и нырнула в бурлящие компьютерные процессы. Первое же сделанное открытие заставило Катю длинно выругаться. На IP-адресе, запомнившемся ей с посещения квартиры бывшего мужа, «висела» именно Сережкина машина…

Стало понятным, кто виноват. Осталось уточнить – виноват в чем? А потом уж – что делать? В том, что она что-нибудь да сделает, Катерина не сомневалась.

О том, что Сергей плотно работал с «неолитовским» движком, Катя, конечно же, знала. Только вникать в это раньше не хотела принципиально. Сославшись на желание забыть это слово вообще. Забыть… Вот и Семен Петрович тоже рекомендовал – забыть.

Не так-то это просто, оказывается. Видимо, чтобы распутать этот немыслимый клубок между бывшим мужем и… возможно – будущим, понадобится как раз все вспомнить.

И Сергей, и Ирина Владимировна – «в игре». Это стало очевидным очень быстро. Только было много странного. Ну, то, что идет одновременный пересчет сразу нескольких карт, – это нормально. Вот только каким-то непостижимым образом получалось, что игроки тоже размножились. По меньшей мере – раздвоились. И проходят теперь минимум по два уровня. Разом, одномоментно…

А что? Это могла бы быть интересная опция. Изнутри одной игры заходить в другую. «Неолит»…

Катерина оборвала понесшийся вскачь поток собственных мыслей. Нет больше «Неолита». Нету. Остались только последствия, отголоски, эхо. И надо с ними поскорей разобраться и действительно забыть.

А еще к движку теперь подгружены программы посторонние, чуждые. И в пересчете принимают самое активное участие. Катя попыталась вычислить этих незаметных червячков, но те оказались слишком скользкими и легко уходили от внимания стандартных средств контроля.

– Ах, вы так? Ладно…

Установить связь со своим домашним компьютером – дел на пару секунд. Перед запрятанной в самом дальнем уголке памяти папкой с именем «АрхивНлТ» Катерина на секунду замялась. Давала себе слово не возвращаться к этой помойке, а вот приходится… С другой стороны, не стерла же, жалко было…

Бросив взгляд на бесчувственного Сергея, решительно раскрыла папку и вооружилась всем арсеналом «Неолита».

Повоюем еще…

Через несколько минут Катерина взволнованно вскочила с табуретки и нервно прошлась по комнате. Застыла на секунду возле монитора и решительно схватила с кушетки виртуальный шлем. Уже усевшись пред экраном, снова застыла.

– Нет… Сделаю, пожалуй, сначала вот что…

Подключив к компьютеру свой мобильный телефон, она запустила программку связи, выудила из архивной папки один из исполняемых файлов и набрала номер Ильи.

18.47. Понедельник, 9 мая 1988 г., г. Киев, Киевская гарнизонная военная комендатура, map #1836

Тяжелая дверь камеры предварительного заключения с металлическим лязгом захлопнулась за спиной Андрея, снаружи проскрежетал засов. Так и не ставший разводящим младший сержант Бутченко сел на широкую деревянную полку и уперся невидящим взглядом в точку на серой поверхности двери. Теперь Андрей отделен от свободы двумя бронированными дверьми, вооруженным часовым в коридорчике между ними, пустой подвальной комнатой, лестницей и еще одной дверью, ключ от которой есть только у первого разводящего действующего караула. КПЗ – «короче, полная задница», свободы уже нет.

Но Андрею все равно.

Он не знал, благодарить ли ему сержантов-летчиков за то, что они ему принесли, или ненавидеть. Зачем ему абсолютная память, если он помнит теперь и Такое? Зачем ему знание о параллельных мирах, если в одном из них умрет Она? Зачем ему все это – Здесь?

Здесь?

Андрей вскочил на ноги, задержал дыхание, и его губы поползли в улыбке.

Как они это делали? Какой-то звук, сквозь зубы. Примерно…

Низкий потолок камеры рухнул на голову стеклянным дождем. Преодолевая сопротивление воздуха, сержант схватился за вспыхнувшую изнутри голову и упал на колени. Нужные знания и понимание необходимых действий ворвались в его мозг в течение какой-то наносекунды.

На искаженном болью лице Андрея сверкнула счастливая улыбка. Он знал, куда ему надо и как туда попасть.

Выйдя из замедления, сержант постучал кулаком в дверь:

– Эй, на посту! Долго мне здесь париться?

Часовой по ту сторону несколько секунд прикидывал, нарушить ему чуток устав или не стоит. Тяга к злорадству пересилила.

– Заткнись, придурок! Сейчас «передвижка» сменится – быстренько тебя в «Белый лебедь» свезет.

Андрей улегся на полку, подложив под затылок ладони, и блаженно закрыл глаза.

– Олеська, жди меня. Я скоро…

19.38. Понедельник, 9 мая 1988 г., г. Ленинград, ул. Гагаринская, map #1836

Вячеслав уселся прямо на асфальт и прислонился к водосточной трубе. Дворик-колодец был пуст, видимо, с этого берега Невы народ тоже эвакуировали в южные районы. Да даже если кто и остался в домах и мог видеть в окно, как он перекинулся обратно, – плевать. Вытерев со лба пот, Слава взял на руки щенка и посмотрел на сидящую рядом собаку. Взгляд ротвейлера демонстрировал настороженное ожидание.

– Что? Я должен что-то придумать, да?

Ирина коротко гавкнула и попыталась вильнуть обрубком хвоста.

– Ага… Можно подумать, будто я всю эту кашу заварил. – Кротков тяжело поднялся на ноги. – Что? Нет, ты пока побудь собакой. Обувки у тебя нету, да и обратный переход довольно болезненный…

Чуток размяв ноги, Слава присел перед Ириной и слегка потрепал лобастую голову. Вздохнул.

– Что ж нам делать-то тепереча?..